Аллергия у грудничка на витамин д: Может ли быть аллергия на витамин д3 у грудничка

Содержание

Аллергия на витамин Д – симптомы и решение проблемы

Автор Владимир Подольский На чтение 7 мин. Просмотров 2k. Обновлено

Витамин Д – это обязательный компонент метаболизма человека, который участвует во многих жизненно важных биохимических процессах. Несмотря общую пользу, вещество может вызывать и неблагоприятные реакции у некоторых пациентов. Аллергия на витамин Д может возникнуть по различным причинам. В зависимости от особенностей происхождения патологической реакции будут определяться методики лечения клинической картины аллергии у пациентов.

Возможна ли аллергия на Д3 у взрослых и детей

Для того чтобы ответить на вопрос, может ли быть аллергия на витамин Д, необходимо разобраться в особенностях поступления вещества в организм. В норме витамин поступает в ткани и органы человека из продуктов питания. Также вещество может вырабатываться в коже под воздействием солнечного света.

Естественные пути поступления в организм не способны вызвать аллергию на витамин Д у ребенка. Такой тип проникновения вещества в ткани регулируется системами человеческого тела, поэтому передозировка витамином из пищи практически невозможна.

Типичной причиной развития аллергической реакции на Д3 является бесконтрольное использование поливитаминных комплексов, содержащих данное вещество. Если не соблюдать правильные дозировки и пить слишком много витамина, то он начинает накапливаться в организме и оказывать токсическое воздействие на клетки и ткани. Внешне это состояние проявляется развитием специфических симптомов, характерных для аллергической реакции.

Особенно опасно бесконтрольное использование лекарственного средства у детей. В раннем возрасте большая доза витамина может вызвать резкую интоксикацию, которая приведет к тяжелым осложнениям. Поэтому родителям необходимо строго соблюдать правила приема препарата и давать его ребенку только по установленному расписанию.

Чтобы не допустить случайного попадания вещества в организм, все витаминные комплексы нужно хранить в изолированном месте, недоступном для детей.

Посмотрите видео:

Аллергическая реакция на передозировку

Передозировка вещества приводит к развитию гипервитаминоза Д – опасного состояния, которое является даже более тяжелой патологией, чем рахит. На фоне острого или хронического употребления большого количества вещества внутрь у пациента развивается поражение жизненно важных органов, возникающее из-за повышенного выхода кальция из костей в кровь. Это приводит к тому, что нарушается активность почек, печени, нервной и иммунной системы, сердца. У больного возникает расстройство общего метаболизма, проявляются отклонения в кислотно-щелочном балансе.

То, как проявляется аллергия на витамины Д, зависит от возраста пациента. Реакция во взрослом возрасте приводит к развитию острой реакции, которая характеризуется следующими клиническими симптомами аллергии:

  1. головные боли и головокружения;
  2. хроническое ощущение слабости, повышенная утомляемость, снижение работоспособности;
  3. боли в области суставов и мышц, отеки;
  4. резкое повышение артериального давления;
  5. сильная бледность, заметная на фото;
  6. при особо острых формах течения реакции – судороги и симптомы аритмии.

Аналогичные проявления имеет аллергия на витамин Д3 и у подростков. В раннем и дошкольном возрасте течение аллергическое реакции имеет специфические особенности, которые необходимо учитывать при проведении диагностики. У маленького ребенка интоксикация будет протекать более остро, с проявлениями полиорганного поражения. Основными симптомами патологии для раннего детского возраста являются:

  • постоянная тошнота;
  • отсутствие аппетита;
  • рвота, у грудных детей – постоянные срыгивания, отказ от молока;
  • сильное обезвоживание организма с выраженной жаждой;
  • учащенное мочеиспускание.

При длительном течении аллергии на витамин Д у грудничков отмечается задержка в физическом и психологическом развитии, которую можно обнаружить на фото. Заподозрить нарушения стоит, если малыш не прибавляет в весе и не проявляет активности в соответствии с его возрастом. При наличии таких нарушений необходимо срочно обследовать ребенка у врача-педиатра, чтобы купировать гипервитаминоз на ранней стадии развития и провести профилактику осложнений.

Помимо непосредственных проявлений интоксикации, на фоне передозировки у пациента в органах могут формироваться кальцинаты – отвердевшие участки органов, которые теряют свою функциональную активность. На фоне этого процесса у больных может развиться пиелонефрит (воспалительный процесс в почках), сопровождающийся образованием камней в мочевыводящих путях. Другим частым осложнением заболевания является формирование кальцинатов в стенке сосудов – ангиокальциноз.

Чтобы устранить проявления гипервитаминоза, необходимо полностью отменить прием витамина Д, снизить пребывание человека на солнце. Медикаментозное лечение аллергической реакции включает назначение витаминов А и Е, а также проведение инфузионной терапии для устранения интоксикации. В особо тяжелых случаях требуется использование особых препаратов на основе кальцитонина (миокальцика, сибакальцина), которые являются естественными антагонистами кальция, нормализующими его обмен.

Индивидуальная непереносимость

В редких случаях у пациентов может обнаружиться индивидуальная непереносимость – особая аллергия на витамин Д. Это состояние обусловлено генетическим дефектом, который повышает чувствительность организма человека к данному вещества. Вследствие такого нарушения та дозировка элемента, которая для всех остальных людей является нормальной, для больного с индивидуальной непереносимостью может оказаться токсической и вызвать тяжелую реакцию гиперчувствительности.

Наиболее часто генетически обусловленная аллергия на витамин Д встречается у детей, у которых данное состояние проявляется следующими симптомами:

  1. Нарушение аппетита;
  2. Постоянная рвота;
  3. Диарея;
  4. Нарушения сна;
  5. Сильное обезвоживание организма;
  6. Крапивница, зуд на поверхности кожи лица и туловища;
  7. В редких случаях – судорожный синдром.

У взрослых состояние протекает более легко, внешне оно проявляется слабостью, головной болью, жаждой и тошнотой.

Если у пациента предполагается наличие индивидуальной непереносимости к витамину Д3, то ему необходимо пройти специальное обследование у аллерголога. Если диагноз подтверждается, то больной переводится на особую диету. Для снятия острой реакции гиперчувствительности ему назначается антигистаминная терапия (тавегил, супрастин и другие средства). В дальнейшем пациенту не рекомендуется использовать препараты витамина Д3, в том числе и те комплексные лекарства, в которых содержится данное вещество.

Аллергия на вспомогательные компоненты препарата

Возникновение патологической симптоматики у пациента после приема поливитаминных комплексов может быть вызвано не только аллергией на само активное вещество препарата. Обычно лекарства на основе витамина Д (в том числе и Аквадетрим) содержат дополнительные компоненты, которые входят в состав препарата для обеспечения наилучшего усвоения действующего элемента.

Если пациенту назначили препарат, содержащий активные аллергены, то ему необходимо полностью отказаться от приема этого средства.

При необходимости дальнейшего применения витамина Д3 больному стоит внимательно изучить состав других лекарств, содержащих данное вещество. При анализе составов лечащим врачом (терапевтом или педиатром) подбирается такой комплекс, в содержание которого не входит аллерген.

Аллергия на некачественный препарат

Если человек приобретает витаминные комплексы у сомнительных распространителей, а не в официальной аптечной сети, то он рискует столкнуться с поддельными средствами. Предположить, что содержат такое препараты, довольно сложно, так как их состав может вообще не соответствовать внутреннему содержимому. Поэтому у больного могут возникнуть патологические реакции в ответ на некачественные препараты, содержащие витамин Д.

Чтобы устранить проявления аллергии на витамин Д такого типа, необходимо полностью отказаться от употребления сомнительного средства. Взамен него стоит приобрести официальный препарат в крупной аптечной сети или на сайте iHerb. Так вы обезопасите себя от подделок и купите гарантированно эффективное средство без непредсказуемых побочных эффектов.

Присмотритесь к следующим средствам:

И прочитайте нашу статью о выборе качественной добавки: «Солнечная добавка – выбираем лучший витамин D».

Пациентам необходимо внимательно следить за сроком годности лекарств. Если время эксплуатации комплекса истекло, то они могут испортиться. Последствия от приема просроченных таблеток могут быть совершенно непредсказуемыми. Поэтому больным рекомендуется контролировать срок годности витаминных комплексов и прекращать принимать их после завершения времени эксплуатации.

Таким образом, аллергическая реакция на витамин Д может возникать у пациента по разным причинам. Несмотря на кажущуюся несерьезность патологии, это состояние представляет собой серьезный риск для организма пациента. Поэтому больному необходимо своевременно обратиться к специалисту при подозрении на аллергию такого происхождения.

Витамин d и аллергические болезни у детей Текст научной статьи по специальности «Клиническая медицина»

Российский педиатрический журнал. 2017; 20(3) DOI: http://dx.doi.org/10.18821/1560-9561-2017-3-166-172

ОБЗОР

Обзоры

© СМИРНОВА Г. И., РУМЯНЦЕВ Р.Е., 2017 УДК 616-056.43-092:612.015.6:577.161.2

Смирнова Г.И., Румянцев Р.Е.

витамин d и аллергические болезни у детей

ГБОУ ВПО «Первый Московский государственный медицинский университет имени И.М. Сеченова», 119991, г. Москва, Россия, ул. Трубецкая, д. 8, стр. 2

Представлены современные данные об участии витамина D в формировании различных форм аллергической патологии у детей. Спектр знаний о биологическом значении витамина D в последнее время значительно расширился. Описаны особенности метаболизма витамина D и его участие в ведущих звеньях патогенеза атопи-ческого дерматита (АД): в регуляции иммунного ответа, нарушениях целостности эпидермального барьера и реализации аллергического воспаления в коже. Обсуждается патогенетическое значение дефицита витамина D в формировании бронхиальной астмы (БА).

Указаны возможности использования витамина D и его аналогов при АД и БА. Авторы полагают, что компенсация дефицита витамина (гормона) D при аллергической патологии является важной профилактической и лечебной задачей в рамках терапевтических стратегий, направленных на улучшение качества жизни больных детей.

Ключевые слова: обзор; витамин D; аллергические болезни; дефицит витамина D; атопический дерматит у детей; бронхиальная астма; патогенез; эпидермальный барьер; иммунный ответ; компенсация дефицита.

Для цитирования: Смирнова Г.И., Румянцев Р.Е. Витамин D и аллергические болезни у детей. Российский педиатрический журнал. 2017; 20 (3):166-172. DOI: http://dx.doi.org/10.18821/1560-9561-2017-20 (3) -166-172

Smirnova G.I., Rumyantsev R.E.

VITAMIN D AND ALLERGIC DISEASES IN CHILDREN

I. M. Sechenov First Moscow State Medical University, 8, building 2, Trubetskaya str., Moscow, 119991, Russian Federation

There are presented data on the participation of vitamin D in the formation of various forms of allergic pathology in children. The spectrum of knowledge about the biological properties of vitamin D has recently expanded significantly. There are described peculiarities of metabolism of vitamin D and its participation in the leading links of the pathogenesis of atopic dermatitis (AD): in the regulation of the immune response, violations of the integrity of the epidermal barrier and the realization of allergic inflammation in the skin. The pathogenetic significance of vitamin D deficiency in the formation of bronchial asthma (BA) is discussed. Possibilities of the use of vitamin D and its analogues in AD and BA patients are indicated. The authors believe the compensation for vitamin D (hormone) D deficiency in allergic pathology to be an important preventive and curative task within the framework of therapeutic strategies aimed at improving the quality of life of sick children.

Keywords: review; vitamin D; allergic diseases; vitamin D deficiency; atopic dermatitis in children; bronchial asthma; pathogenesis; epidermal barrier; immune response; compensation of deficiency.

For citation: Smirnova G.I., Rumyantsev R.E. Vitamin D and allergic diseases in children детей. Rossiiskii Pediatricheskii Zhurnal (Russian Pediatric Journal). 2017; 20(3): 166-172. (In Russian). DOI: http://dx.doi.org/10.18821/1560-9561-2017-20-3-166-172

For correspondence: Galina I. Smirnova, MD, PhD, DSci., Professor of the Department of Pediatrics and Pediatric Infectious Diseases, Faculty of Pediatrics of the I.M. Sechenov First Moscow State Medical University, 8, building 2, Trubetskaya str., Moscow, 119991, Russian Federation. E-mail [email protected]

Conflict of interest. The authors declare no conflict of interest.

Acknowledgement. The study had no sponsorship.

Received 10.04.2017 Accepted 20.04.2017

еуклонное увеличение распространенности аллергии в последние десятилетия является одной из актуальных проблем медицины. По данным ВОЗ аллергия является глобальной

Для корреспонденции: Смирнова Галина Ивановна, заслуженный врач РФ, доктор мед. наук, проф. каф. педиатрии и детских инфекционных болезней Первого МГМУ им. И.М. Сеченова, е-таП: [email protected]

пандемией, настоящим бедствием современности. У каждого третьего человека на Земле имеются проявления аллергии. Согласно прогнозам через 20-30 лет около 50% населения нашей планеты будет страдать от аллергических болезней [1-3]. Особую тревогу вызывает тот факт, что значительную часть таких больных составляют дети и подростки. Причинами роста аллергических болезней считаются генетические и иммунные нарушения, экологические факто-

REVIEW

ры внешней среды, изменения питания и микробиоты кишечника, а также современный урбанизированный стиль жизни [4-6]. Вместе с тем обнаружена тесная связь между дефицитом витамина D и развитием аллергических болезней [7-9]. Следует отметить, что в последние 5 лет число работ, посвященных влиянию витамина D на формирование аллергической патологии, многократно увеличилось, что указывает на высокую актуальность этой проблемы [10-12].

Биологические особенности и метаболизм витамина D. Несмотря на то, что основные функции витамина D известны давно (участие в фосфорно-кальциевом обмене и профилактика рахита у детей), спектр знаний о нем в последнее время значительно расширился [11-13]. Исторически сложилось так, что витамином D называют два родственных жирорастворимых соединения - эргокальциферол и холе-кальциферол. Поэтому принято обобщенное название витамина D - кальциферолы [13]. Они являются жирорастворимыми соединениями и накапливаются в организме, поэтому при передозировке витамина D могут возникнуть серьезные осложнения. Эргокальциферол (витамин D2) может поступать только с пищей растительного происхождения. Холекальциферол (витамин D3) синтезируется эпидермисом под действием ультрафиолетовых лучей (UVB) в диапазоне 280-315 нм и поступает в организм человека с пищей [14].

В отличие от других соединений витамин D по существу не является витамином в принятом понимании этого термина, поскольку поступает в организм в неактивной форме и только за счет двухступенчатого метаболизма превращается в активную гормональную форму [15]. Для его активации холекальциферол сначала в печени при участии фермента 25-гидроксилазы (CYP27A1) гидрокси-лируется по 25-атому углерода с образованием 25-гидроксихолекальциферола (25(HO)D) или кальци-диол, а затем в почках последний гидроксилируется в 1,25-дигидрокси-холекальциферол (1,25(OH)2D3) или кальцитриол. Этот процесс гидроксилирования, протекающий в почках под действием митохондриаль-ной 1а-гидроксилазы (CYP27B1), является скорость лимитирующей реакции, определяющей уровень эндогенной продукции кальцитриола, как активной формы витамина D3 [16]. Увеличение концентрации кальцитриола по принципу обратной связи тормозит синтез 1а-гидроксилазы почек, ингибируя его образование. Затем кальцитриол транспортируется в крови комплексом с белком-переносчиком, связывается с внутриклеточными рецепторами, взаимодействует с хроматином ядра и изменяет скорость трансляции различных белков. В клетках-мишенях это способствует синтезу белков, обеспечивающих всасывание кальция и фосфатов в энтероциты [16-18].

Физиологическое значение. Витамин D жизненно необходим для обеспечения оптимального состояния здоровья человека[17]. Витамин D является уникальным соединением, действующим и как витамин, и как гормон [15]. В обеих формах (кальциферолы) витамин D является провитамином и одновременно это прогормон (витамон), секостероидная сигнальная молекула смешанного, дистантного и местного

действия [19]. Как витамин он поддерживает уровень неорганического фосфора и кальция в плазме крови выше порогового значения и повышает всасывание кальция в тонкой кишке. Как активный гормон действует кальцитриол (1,25(OH)2D3), образующийся в почках, который несколько отличается от стероидных гормонов позвоночных, хотя также построен на основе холестерина. Под влиянием UVB при раскрытия кольца B кальцитриол образует так называемый «секостероид» (стероид с раскрытым кольцом) [20]. В отличие от других витаминов к активной форме витамина D в клетках различных органов и тканей выявлены специфические рецепторы.

Регуляторные эффекты витамина D. Клеточные эффекты кальцитриола (1,25(OH)2D3) реализуются посредством лиганд-зависимых регуляторных молекул, называемых рецепторами к витамину D (vitamin D receptors - VDR) и относящихся к суперсемейству ядерных рецепторов [21]. Функции VDR заключаются в способности модулировать биологические реакции в тканях-мишенях путем регуляции транскрипции генов, что приводит к связыванию витамина D с промоторными локусами генов-мишеней. Этот медленный геномный путь обусловливает изменения транскрипции генов в течение нескольких часов и дней. В этих условиях VDR взаимодействуют с другими транскрипционными факторами, например, с ко-активаторами транскрипции и кальцийсвязы-вающими белками, влияют на ядра клеток-мишеней и стимулирует транскрипцию ДНК и РНК, что сопровождается усилением синтеза специфических протеидов [22]. Другой путь взаимодействия с VDR - быстрый негеномный реализуется на поверхности клеток и способствует быстрому изменению генов (в течение нескольких секунд или минут) в зависимости от реакции [23].

Оценка адекватности обеспечения витамином D детей и взрослых в конкретных условиях до сих пор активно обсуждается, что связано с различными методами определения его содержания в крови. Надежным лабораторным тестом в настоящее время считается точное определение концентраций 25-гидроксихолекальциферола в сыворотке крови при помощи жидкостной хроматографии и масс-спектрометрии (ВЭЖХ-МС) [24]. Его содержание в крови, обеспечивающее оптимальное здоровье костной системы у большинства людей в популяции, составляет 20 нг/мл (50 нмоль/л), а уровень < 20 нг/ мл определяется как дефицит [25, 26]. Потребность в витамине D повышена у людей, испытывающих недостаток UVB: проживающих в высоких широтах, жителей регионов с загрязненной атмосферой, работающих в ночную смену, лежачих больных, не бывающих на открытом воздухе и др. [14, 27]. При отсутствии достаточной инсоляции для профилактики гиповитаминоза D предпочтение отдается рациональному питанию с использованием обогащенных продуктов и витаминно-минеральных комплексов [28]. Активность препаратов витамина D выражается в международных единицах (ME): 1 ME содержит 0,000025 мг (0,025 мгк) химически чистого витамина D, т. е. 1 мкг содержит 40 МЕ.

Российский педиатрический журнал. 2017; 20(3) DOI: http://dx.doi.org/10.18821/1560-9561-2017-3-166-172

ОБЗОР

Витамин D и аллергические болезни. 2-клеточного ответа, что способствует смещению баланса в сторону противовоспалительных цитокинов [38]. Посредством цитокинов витамин О предотвращает воспаление, блокируя взаимодействие иммунных клеток. Его иммуносупрессорная активность позволяет применять препараты витамина О и его аналогов для контроля аутоиммунных заболеваний, связанных с гиперпродукцией цитокинов [32, 33]. Именно противовоспалительные эффекты витамина О позволяют считать его одним из важнейших факторов иммунной защиты организма. VDR-зависимым является сигнальный путь, обеспечивающий диффе-ренцировку Т-лимфоцитов, что предполагает усиление атопической реактивности под действием данного витамина и считается одной из причин большей пораженности аллергией тех поколений детей, которые выросли в эпоху массовой профилактики рахита [33, 39, 40].

На фоне переоценки роли витамина О как имму-норегулятора достаточно убедительно показано, что его дефицит способствует росту заболеваемости не только хроническими инфекциями, но и острыми респираторными заболеваниями (ОРЗ), бронхиальной астмой (БА), хронической обструктивной болезнью легких и др. , хотя при этих формах патологии изменения эндогенной продукции кальцидиола и кальци-триола имеют вторичный характер [41-43]. Установлены значимые корреляции между уровнями 25(ОН) О и частотой госпитализации по поводу ОРЗ у детей [44]. Учитывая это, следует отметить, что респираторные вирусы определяют круглый год, а эпидемии гриппа бывают преимущественно в зимнее время (в северных широтах), когда содержание витамина О в крови достигает минимальных значений. Очевидно, низкий сезонный уровень витамина О, а не высокую вирулентность, нужно рассматривать в качестве причины увеличения заболеваемости ОРЗ и гриппом в холодные месяцы года [44, 45].

Установлено также, что недостаточная обеспеченность детей витамином О тесно коррелирует с частотой пищевой аллергии и является значимым фактором развития атопического дерматита (АД), аллергического ринита (АР) и крапивницы у детей, а также более частых обострений БА [46-48].

Витамин D и атопический дерматит. АД, как

самое раннее и частое клиническое проявление аллергии у детей, характеризуется зудом, возрастной морфологией высыпаний и локализацией [6,49]. Это хроническое наследственно обусловленное аллергическое воспаление кожи, первым реализующееся в атопическом марше, является также фактором риска развития АР и БА[50]. Витамин О непосредственно участвует в реализации ведущих механизмов АД: генетической предрасположенности к атопии через генные полиморфизмы VDR, нарушения целостности эпидермального барьера и каскаде иммунных реакций, реализующих аллергическое воспаление в коже, которая является местом производства секосте-роидов и их депо. При этом кальцитриол регулирует активность пролиферации кератиноцитов, их диффе-ренцировку, формирование цикла волосяного фолликула [51].

Повышенный синтез витамина О, индуцированный узкополосной фототерапией, способствует ускорению восстановления эпидермального барьера посредством активации синтеза филаггрина, а также пролиферации кератиноцитов, которые в этих условиях экспрессируют большое количество каль-цитриола, ускоряющего их дифференцировку [52]. При уменьшении активности 1а-гидролазы происходит снижение содержания белков - инволюкрина, филаггрина и лорикрина - маркеров дифференциров-ки кератиноцитов, необходимых для формирования кожного барьера при АД. Установлено также, что топические ингибиторы кальциневрина способны частично исправлять барьерный дефект кожи при АД посредством локальных изменений активности этого фермента [53].

В коже обнаружено множество генов, работа которых регулируется витамином О. Эти участки, названные VDRE, примыкают к генам, активируемым белковым комплексом VDR-RXR [40, 54]. Это гены, кодирующие продукцию кератиноцитами эндогенных пептидов - кателицидина LL37 и р2-дефензина, обладающих широким спектром антимикробной активности в отношении патогенной микробиоты кожи [55]. Витамин О активирует синтез кателицидина также эпителием респираторного тракта, что препятствует проникновению патогенов в нижние дыхательные пути. В человеческих моноцитах/макрофагах активация То11-подобных рецепторов вызывает антимикробную активность, зависимую от VDR [40]. Е [59].

Данные о частоте дефицита витамина О в популяции неоднозначны, что обусловлено географией, уровнем годовой инсоляции, климатом, характером и привычками питания населения. Показано, что свыше 50% людей в мире имеют дефицит витамина О. Кроме того уровень 25(ОН)О с возрастом снижается даже у тех, кто проживает в регионах с достаточным уровнем инсоляции, среди пожилых людей этот показатель достигает 80-90%. [60]. Учитывая, что УФ-излучение увеличивает концентрацию витамина О в сыворотке крови можно полагать, что клиническое улучшение течения АД опосредовано витамином О, что позволяет контролировать распространенность АД на молекулярном уровне.

Целесообразность использования витамина О при АД продиктована клиническим улучшением течения болезни после пребывания больного на солнце и эффектом фототерапии. При этом витамин О и его аналоги уменьшают восприимчивость к инфекциям у больных АД и контролируют местный воспалительный иммунный ответ [57-59]. Е [62]. Установлено, что при низких уровнях витамина О в крови больных БА заболевание протекает тяжелее, приступы развиваются чаще, по сравнению с пациентами, которые применяли при БА препараты витамина О [63]. Однако при дополнительном введении витамина О в дозах от 500 до 2000 Ед/сутки, было обнаружено, что в 59% случаев уменьшился риск обострений БА. Установлено также, что у пациентов с легкой и среднетяжелой БА добавление к стандартному лечению препаратов витамина О приводило к уменьшению частоты тяжелых астматических приступов [64]. Пероральные формы витамина О (холе-кальциферола) назначались на срок от 4 до 12 мес, а дозировки колебались от 500-1200 МЕ/сутки до введения препарата раз в неделю, раз в две недели или раз в месяц, иногда с болюсным введением. В целом, дополнительный прием витамина О ассоциировался с существенным снижением частоты обострений

астмы. Установлено также, что прием витамина D сократил потребность в стероидном лечении приступов БА [65]. При этом авторами отмечается необходимость проведения комплексных исследований для того, чтобы определить, является ли прием витамина D способом предотвратить развитие БА и как его применение влияет на больных с тяжелой формой БА [65].

Таким образом, спектр жизненно важных биологических эффектов витамина D чрезвычайно широк, а распространенность его дефицита достаточно высока. Именно поэтому компенсация дефицита витамина D является важной профилактической и лечебной задачей в рамках новых терапевтических стратегий, направленных на улучшение качества жизни больных детей с различными формами аллергической патологии.

Конфликт интересов. Авторы данной статьи подтвердили отсутствие финансовой поддержки/конфликта интересов, о которых необходимо сообщить.

ЛИТЕРАТУРА

1. Genuneit J. , Seibold A.M., Apfelbacher C.J., Konstantinou G.N., Koplin J.J., La Grutta S et al. Overview of systematic reviews in allergy epidemiology. Allergy. 2017. doi: 10.1111/all.13123.

2. Смирнова Г.И. Управление течением болезни: атопический дерматит у детей. Рос. педиатр. журн. 2014; 17 (6): 45-53.

3. DaVeiga S.P. Epidemiology of atopic dermatitis: a review. Allergy AsthmaProc. 2012; 33 (3): 227-34.

4. Williams H.C. Epidemiology of human atopic dermatitis-seven areas of notable progress and seven areas of notable ignorance. Vet. Dermatol. 2013; 24 (1): 3-9.

5. Anto J.M., Bousquet J., Akdis M., Auffray C., Keil T., Momas I. et al. Mechanisms of the Development of Allergy (MeDALL): Introducing novel concepts in allergy phenotypes. J. Allergy Clin. Immunol. 2017; 139 (2): 388-99.

6. Смирнова Г.И., Манкуте Г.Р. Микробиота кишечника и атопический дерматит у детей. Рос. педиатр. журн. 2015; 18 (6): 46-53.

7. Hossein-nezhad A., Holick M.F.. Vitamin D for health: a global perspective. Mayo Clin. Proc. 2013; 88 (7): 720-55.

8. Reinholz M., Ruzicka T., Schauber J. Vitamin D and its role in allergic disease. Clin. Exp. Allergy. 2012; 42 (6): 817-26.

9. Benson A.A., Toh J.A., Vernon N., Jariwala S.P. The role of vitamin D in the immunopathogenesis of allergic skin diseases. Allergy. 2012; 67 (3): 296-301.

10. Watkins R.R., Lemonovich T.L., Salata R.A. An update on the association of vitamin D deficiency with common infectious diseases. Can. J. Physiol. Pharmacol. 2015; 93 (5): 363-8.

11. Lombardi C., Passalacqua G. , Bernardis P., Boccafogli A., Borrelli P., Canonica G.W. et al. Vitamin D levels and allergic diseases. An italian cross-sectional multicenter survey. Eur. Ann. Allergy Clin. Immunol. 2017; 49 (2): 75-9.

12. Aguiar M., Andronis L., Pallan M., Högler W., Frew E. Preventing vitamin D deficiency (VDD): a systematic review of economic evaluations. Eur. J. Publ. Hlth. 2017; 27 (2): 292-301.

13. Gröber U., Spitz J., Reichrath J., Kisters K., Holick M.F. Vitamin D: Update 2013: From rickets prophylaxis to general preventive healthcare. Dermatoendocrinol. 2013; 5 (3): 331-47.

14. Abboud M., Rybchyn M.S., Rizk R., Fraser D.R., Mason R.S. Sunlight exposure is just one of the factors which influence vitamin D status. Photochem. Photobiol. Sci. 2017; 16 (3): 302-13.

15. Reichrath J., Lehmann B. , Carlberg C., Varani J., Zouboulis C.C. Vitamins as hormones. Horm. Metab. Res. 2007; 39 (2): 71-84.

16. Inouye K., Sakaki T. Enzymatic studies on the key enzymes of vitamin D metabolism; 1 alpha-hydroxylase (CYP27B1) and 24-hydrox-ylase (CYP24). Biotechnol. Annu. Rev. 2001; 7 (2): 179-94.

17. Ozono K. Regulatory mechanism of calcium metabolism. Clin. Calcium. 2017; 27 (4): 483-90.

18. Bikle D.D. Extraskeletal actions of vitamin D. Ann. N. Y. Acad. Sci. 2016; 1376 (1): 29-52.

19. Caprio M., Infante M., Calanchini M., Mammi C., Fabbri A. Vitamin

17П DOI: http://dx.doi.org/10.18821/1560-9561-2017-3-166-172

ОБЗОР

D: not just the bone. Evidence for beneficial pleiotropic extraskeletal effects. Eat Weight Disord. 2017; 22 (1): 27-41.

20. Фандо Г.П. Жабинский В.Н., Хрипач В.А. Секостероиды: выделение, структура, свойства. В кн.: Биорегуляторы: исследование и применение. Минск: Белорусская наука; 2008; 2: 53-69.

21. Haussler M.R., Haussler C.A., Jurutka P.W., Thompson P.D., Hsieh J.C., Remus L.S. et al. The vitamin D hormone and its nuclear receptor: molecular actions and disease states. J. Endocrinol. 1997; 154 (Suppl.): 57-73.

22. Pike J.W. Genome-wide principles of gene regulation by the vitamin D receptor and its activating ligand. Mol. Cell Endocrinol. 2011; 347 (1-2): 3-10.

23. Pike J.W., Meyer M. B., Bishop K. A. Regulation of target gene expression by the vitamin D receptor - an update on mechanisms. Rev. Endocr. Metab. Disord. 2012; 13 (1): 45-55.

24. Tang J.C.Y., Nicholls H., Piec I., Washbourne C.J., Dutton J.J., Jackson S. et al. Reference intervals for serum 24,25-dihydroxyvitamin D and the ratio with 25-hydroxyvitamin D established using a newly developed LC-MS/MS method. J. Nutr. Biochem. 2017; 46 (1): 21-9.

25. Varsavsky M., Rozas Moreno P., Becerra Fernández A., Luque Fernández I., Quesada Gómez J.M., Ávila Rubio V. et al. Recommended vitamin D levels in the general population. Endocrinol. Dia-bet. Nutr. 2017; 64 (Suppl. 1): 7-14.

26. Mimouni F.B., Huber-Yaron A., Cohen S. Vitamin D requirements in infancy: a systematic review. Curr. Opin. Clin. Nutr. Metab. Care. 2017; 20 (3): 232-6.

27. Haimi M., Kremer R. Vitamin D deficiency/insufficiency from childhood to adulthood: Insights from a sunny country. World J. Clin. Pe-diatr. 2017; 6 (1): 1-9.

28. Wilson L.R., Tripkovic L., Hart K.H., Lanham-New S.A. Vitamin D deficiency as a public health issue: using vitamin D2 or vitamin D3 in future fortification strategies. Proc. Nutr. Soc. 2017: 1-8. doi: 10.1017/S0029665117000349.

29. Muscogiuri G., Annweiler C., Duval G., Karras S., Tirabassi G., Sal-vio G. et al. Vitamin D and cardiovascular disease: From atherosclerosis to myocardial infarction and stroke. Int. J. Cardiol. 2017; 230 (6): 577-84.

30. Vaughan-Shaw P.G., O'Sullivan F., Farrington S.M., Theodoratou E., Campbell H., Dunlop M.G. et al. The impact of vitamin D pathway genetic variation and circulating 25-hydroxyvitamin D on cancer outcome: systematic review and meta-analysis. Br. J. Cancer. 2017; 116 (8): 1092-110.

31. Lin Z., Li W. The Roles of Vitamin D and Its Analogs in Inflammatory Diseases. Curr. Top. Med. Chem. 2016; 16 (11): 1242-61.

32. Adorini L., Penna G. Control of autoimmune diseases by the vitamin D endocrine system. Nat. Clin. Pract. Rheumatol. 2008; 4 (8): 404-12.

33. Arnson Y., Amital H., Shoenfeld Y. Vitamin D and autoimmunity: new aetiological and therapeutic considerations. Ann. Rheum. Dis. 2007; 66 (9): 1137-42.

34. White J.H. Vitamin D metabolism and signaling in the immune system. Rev. Endocr. Metab. Disord. 2012; 13 (1): 21-9.

35. Kikuta J., Ishii M. Current Topics on Vitamin D. The effects of vitamin D on the immune system. Clin. Calcium. 2015; 25 (3): 359-65.

36. von Essen M.R., Kongsbak M., Schjerling P., Olgaard K. , Odum N., Geisler C. Vitamin D controls T cell antigen receptor signaling and activation of human T cells. Nat. Immunol. 2010; 11 (4): 344-9.

37. Kongsbak M., Levring T.B., Geisler C., von Essen M.R. The vitamin D receptor and T cell function. Front Immunol. 2013; 4 (148): 1-10.

38. Bscheider M., Butcher E.C. Vitamin D immunoregulation through dendritic cells. Immunology. 2016; 148 (3): 227-36.

39. Isik S., Ozuguz U., Tutuncu Y.A., Erden G., Berker D., Acar K. et al. Serum transforming growth factor-beta levels in patients with vitamin D deficiency. Eur. J. Intern. Med. 2012; 23 (1): 93-7.

40. Беляева И.В., Николаев А.В., Чурилов Л.П., Яблонский П.К. Кателицидины, витамин D и туберкулез. Вестник Санкт-Петербургского университета. 2013; 11 (3): 3-18.

41. Joseph R.W., Bayraktar U.D., Kim T.K., St John L.S., Popat U., Khalili J. et al. Vitamin D receptor upregulation in alloreactive human T cells. Hum. Immunol. 2012; 73 (7): 693-8.

42. Proal A.D., Albert P.J., Marshall T.G. Inflammatory disease and the human microbiome. Discov. Med. 2014; 17 (95): 257-65.

43. Finklea J.D., Grossmann R.E., Tangpricha V. Vitamin D and chronic lung disease: a review of molecular mechanisms and clinical studies. Adv. Nutr. 2011; 2 (3): 244-53.

44. Martineau A.R., Jolliffe D.A., Hooper R.L., Greenberg L., Aloia J.F.,

Bergman P. et al. Vitamin D supplementation to prevent acute respiratory tract infections: systematic review and meta-analysis of individual participant data. Br. Med. J. 2017; 356: i6583. doi: 10.1136/ bmj.i6583.

45. drzejowska A., Glinska O., Karczmarewicz E. et al. Vitamin D effects in atopic dermatitis. J. Am. Acad. Dermatol. 2013; 69 (2): 238-44.

48. Ronceray S., Benkalfate L., Saillard C., Ezzedine K., Adamski H., Du-puy A. et al. Atopic dermatitis severity and vitamin D concentration: a cross-sectional study. Ann. Dermatol. Venereol. 2014; 141 (4): 265-71.

49. Смирнова Г.И. Эффективное лечение атопического дерматита у детей. Рос. педиатр. журн. 2012; (5): 23-30.

50. Bantz S.K., Zheng T. The atopic marsh: progression from atopic dermatitis to allergic rhinitis and asthma. J. Clin. Cell Immunol. 2014; 5

(2): . doi: 4172/2155-9899.1000202.

51. Bikle D.D. Vitamin D and the skin: Physiology and pathophysiology. Rev. Endocr. Metab. Disord. 2012; 13 (1): 3-19.

52. Weinhold A., Obeid R., Vogt T., Reichrath J. Prospective Investigation of 25(OH)D3 Serum Concentration Following UVB Narrow Band Phototherapy in Patients with Psoriasis and Atopic Dermatitis. Anticancer Res. 2016; 36 (3): 1439-44.

53. Lee H.J., Lee S.H. Epidermal permeability barrier defects and barrier repair therapy in atopic dermatitis. Allergy Asthma Immunol. Res. 2014; 6 (4): 276-87.

54. Kopfnagel V., Harder J., Werfel T. Expression of antimicrobial pep-tides in atopic dermatitis and possible immunoregulatory functions. Curr. Opin. Allergy Clin. Immunol. 2013; 13 (5): 531-6.

55. Смирнова Г.И. Атопический дерматит и инфекции кожи у детей. Рос. педиатр. журн. 2014; 17 (2): 49-56.

56. Hu L., Bikle D. D., Oda Y. Reciprocal role of vitamin D receptor on ß-catenin regulated keratinocyte proliferation and differentiation. J. Steroid. Biochem. Mol. Biol. 2014; 144 (Pt. A): 237-41.

57. White J.H. Vitamin D as an inducer of cathelicidin antimicrobial peptide expression: past, present and future. J. Steroid. Biochem. Mol. Biol. 2010; 121 (1-2): 234-8.

58. Wang S.S., Hon K.L., Kong A.P., Pong H.N., Wong G.W., Leung T.F. Vitamin D deficiency is associated with diagnosis and severity of childhood atopic dermatitis. Pediatr. Allergy Immunol. 2014; 25 (1): 30-5.

59. Akan A., Azkur D., Ginis T., Toyran M., Kaya A., Vezir E. et al. Vitamin D level in children is correlated with severity of atopic dermatitis but only in patients with allergic sensitizations. Pediatr. Dermatol. 2013; 30 (3): 359-63.

60. Kolokotroni O., Middleton N., Kouta C., Raftopoulos V., Yiallouros P.K. Association of Serum Vitamin D with Asthma and Atopy in Childhood: Review of Epidemiological Observational Studies. Mini Rev. Med. Chem. 2015; 15 (11): 881-99.

61. Dogru M., Kirmizibekmez H., Yesiltepe Mutlu R.G., Aktas A., Ozturkmen S. Clinical effects of vitamin D in children with asthma. Int. Arch. Allergy Immunol. 2014; 164 (4): 319-25.

62. Beyhan-Sagmen S., Baykan O., Balcan B., Ceyhan B. Association Between Severe Vitamin D Deficiency, Lung Function and Asthma Control. Arch. Bronconeumol. 2017; 53 (4): 186-91.

63. Korn S., Hübner M., Jung M., Blettner M., Buhl R. Severe and uncontrolled adult asthma is associated with vitamin D insufficiency and deficiency. Respir. Res. 2013; 14: 25. doi: 10.1186/1465-992114-25.

64. Cassim R., Russell M.A., Lodge C.J., Lowe A.J., Koplin J.J., Dharmage S.C. The role of circulating 25 hydroxyvitamin D in asthma: a systematic review. Allergy. 2015; 70 (4): 339-54.

65. Chambers E.S., Nanzer A.M., Pfeffer P.E., Richards D.F., Timms P.M., Martineau A.R. et al. Distinct endotypes of steroid-resistant asthma characterized by IL-17A (high) and IFN-y (high) immunophenotypes: Potential benefits of calcitriol. J. Allergy Clin. Immunol. 2015; 136

(3): 628-37.

REFERENCES

1. Genuneit J., Seibold A.M., Apfelbacher C.J., Konstantinou G.N., Koplin J.J., La Grutta S et al. Overview of systematic reviews in allergy epidemiology. Allergy. 2017. doi: 10.1111/all.13123.

REVIEW

2. Smirnova G.I. Management of disease: atopic dermatitis in children. Ros. pediatr. zhurn. 2014; 17 (6): 45-53. (in Russian)

3. DaVeiga S.P. Epidemiology of atopic dermatitis: a review. Allergy Asthma Proc. 2012; 33 (3): 227-34.

4. Williams H.C. Epidemiology of human atopic dermatitis-seven areas of notable progress and seven areas of notable ignorance. Vet. Dermatol. 2013; 24 (1): 3-9.

5. Anto J.M., Bousquet J., Akdis M., Auffray C., Keil T., Momas I. et al. Mechanisms of the Development of Allergy (MeDALL): Introducing novel concepts in allergy phenotypes. J. Allergy Clin. Immunol. 2017; 139 (2): 388-99.

6. Smirnova G.I., Mankute G.R. Intestinal microbiota and atopic dermatitis in children. Ros. pediatr. zhurn. 2015; 18 (6): 46-53. (in Russian)

7. Hossein-nezhad A., Holick M.F.. Vitamin D for health: a global perspective. Mayo Clin. Proc. 2013; 88 (7): 720-55.

8. Reinholz M., Ruzicka T., Schauber J. Vitamin D and its role in allergic disease. Clin. Exp. Allergy. 2012; 42 (6): 817-26.

9. Benson A.A., Toh J.A., Vernon N., Jariwala S.P. The role of vitamin D in the immunopathogenesis of allergic skin diseases. Allergy. 2012; 67 (3): 296-301.

10. Watkins R.R., Lemonovich T.L., Salata R.A. An update on the association of vitamin D deficiency with common infectious diseases. Can. J. Physiol. Pharmacol. 2015; 93 (5): 363-8.

11. Lombardi C., Passalacqua G., Bernardis P., Boccafogli A., Borrelli P., Canonica G.W. et al. Vitamin D levels and allergic diseases. An italian cross-sectional multicenter survey. Eur. Ann. Allergy Clin. Immunol. 2017; 49 (2): 75-9.

12. Aguiar M., Andronis L., Pallan M., Högler W., Frew E. Preventing vitamin D deficiency (VDD): a systematic review of economic evaluations. Eur. J. Publ. Hlth. 2017; 27 (2): 292-301.

13. Gröber U., Spitz J., Reichrath J., Kisters K., Holick M.F. Vitamin D: Update 2013: From rickets prophylaxis to general preventive healthcare. Dermatoendocrinol. 2013; 5 (3): 331-47.

14. Abboud M., Rybchyn M.S., Rizk R., Fraser D.R., Mason R.S. Sunlight exposure is just one of the factors which influence vitamin D status. Photochem. Photobiol. Sci. 2017; 16 (3): 302-13.

15. Reichrath J., Lehmann B., Carlberg C., Varani J., Zouboulis C.C. Vitamins as hormones. Horm. Metab. Res. 2007; 39 (2): 71-84.

16. Inouye K. , Sakaki T. Enzymatic studies on the key enzymes of vitamin D metabolism; 1 alpha-hydroxylase (CYP27B1) and 24-hydrox-ylase (CYP24). Biotechnol. Annu. Rev. 2001; 7 (2): 179-94.

17. Ozono K. Regulatory mechanism of calcium metabolism. Clin. Calcium. 2017; 27 (4): 483-90.

18. Bikle D.D. Extraskeletal actions of vitamin D. Ann. N. Y. Acad. Sci. 2016; 1376 (1): 29-52.

19. Caprio M., Infante M., Calanchini M., Mammi C., Fabbri A. Vitamin D: not just the bone. Evidence for beneficial pleiotropic extraskeletal effects. Eat Weight Disord. 2017; 22 (1): 27-41.

20. Fando G.P., Zhabinskiy V.N., Khripach V.A. Secosteroids: allocation, structure, properties. In: Bioregulators: Research and Application. [Bioregulatory: issledovanie i primenenie]. Minsk: Belorusskaya nauka; 2008; 2: 53-69. (in Russian)

21. Haussler M.R., Haussler C.A., Jurutka P.W., Thompson P.D., Hsieh J.C., Remus L.S. et al. The vitamin D hormone and its nuclear receptor: molecular actions and disease states. J. Endocrinol. 1997; 154 (Suppl.): 57-73.

22. Pike J.W. Genome-wide principles of gene regulation by the vitamin D receptor and its activating ligand. Mol. Cell Endocrinol. 2011; 347 (1-2): 3-10.

23. Pike J.W., Meyer M. B., Bishop K. A. Regulation of target gene expression by the vitamin D receptor - an update on mechanisms. Rev. Endocr. Metab. Disord. 2012; 13 (1): 45-55.

24. Tang J.C.Y., Nicholls H., Piec I., Washbourne C.J., Dutton J.J., Jackson S. et al. Reference intervals for serum 24,25-dihydroxyvitamin D and the ratio with 25-hydroxyvitamin D established using a newly developed LC-MS/MS method. J. Nutr. Biochem. 2017; 46 (1): 21-9.

25. Varsavsky M., Rozas Moreno P., Becerra Fernández A., Luque Fernández I., Quesada Gómez J.M., Ávila Rubio V. et al. Recommended vitamin D levels in the general population. Endocrinol. Dia-bet. Nutr. 2017; 64 (Suppl. 1): 7-14.

26. Mimouni F.B., Huber-Yaron A., Cohen S. Vitamin D requirements in infancy: a systematic review. Curr. Opin. Clin. Nutr. Metab. Care. 2017; 20 (3): 232-6.

27. Haimi M., Kremer R. Vitamin D deficiency/insufficiency from childhood to adulthood: Insights from a sunny country. World J. Clin. Pediatr. 2017; 6 (1): 1-9.

28. Wilson L.R., Tripkovic L., Hart K.H., Lanham-New S.A. Vitamin D deficiency as a public health issue: using vitamin D2 or vitamin D3 in future fortification strategies. Proc. Nutr. Soc. 2017: 1-8. doi: 10.1017/S0029665117000349.

29. Muscogiuri G., Annweiler C., Duval G., Karras S., Tirabassi G., Sal-vio G. et al. Vitamin D and cardiovascular disease: From atherosclerosis to myocardial infarction and stroke. Int. J. Cardiol. 2017; 230 (6): 577-84.

30. Vaughan-Shaw P.G., O'Sullivan F., Farrington S.M., Theodoratou E., Campbell H., Dunlop M.G. et al. The impact of vitamin D pathway genetic variation and circulating 25-hydroxyvitamin D on cancer outcome: systematic review and meta-analysis. Br. J. Cancer. 2017; 116 (8): 1092-110.

31. Lin Z., Li W. The Roles of Vitamin D and Its Analogs in Inflammatory Diseases. Curr. Top. Med. Chem. 2016; 16 (11): 1242-61.

32. Adorini L., Penna G. Control of autoimmune diseases by the vitamin D endocrine system. Nat. Clin. Pract. Rheumatol. 2008; 4 (8): 404-12.

33. Arnson Y., Amital H., Shoenfeld Y. Vitamin D and autoimmunity: new aetiological and therapeutic considerations. Ann. Rheum. Dis. 2007; 66 (9): 1137-42.

34. White J.H. Vitamin D metabolism and signaling in the immune system. Rev. Endocr. Metab. Disord. 2012; 13 (1): 21-9.

35. Kikuta J., Ishii M. Current Topics on Vitamin D. The effects of vitamin D on the immune system. Clin. Calcium. 2015; 25 (3): 359-65.

36. von Essen M.R., Kongsbak M., Schjerling P., Olgaard K., Odum N., Geisler C. Vitamin D controls T cell antigen receptor signaling and activation of human T cells. Nat. Immunol. 2010; 11 (4): 344-9.

37. Kongsbak M., Levring T.B., Geisler C., von Essen M.R. The vitamin D receptor and T cell function. Front Immunol. 2013; 4 (148): 1-10.

38. Bscheider M., Butcher E.C. Vitamin D immunoregulation through dendritic cells. Immunology. 2016; 148 (3): 227-36.

39. Isik S., Ozuguz U., Tutuncu Y.A., Erden G., Berker D., Acar K. et al. Serum transforming growth factor-beta levels in patients with vitamin D deficiency. Eur. J. Intern. Med. 2012; 23 (1): 93-7.

40. Belyaeva I.V., Nikolaev A.V., Churilov L.P., Yablonskiy P.K. Cathe-licidins, vitamin D and tuberculosis. Vestnik Sankt-Peterburgskogo universiteta. 2013; 11 (3): 3-18. (in Russian)

41. Joseph R.W., Bayraktar U.D., Kim T.K., St John L.S., Popat U., Khalili J. et al. Vitamin D receptor upregulation in alloreactive human T cells. Hum. Immunol. 2012; 73 (7): 693-8.

42. Proal A. D., Albert P.J., Marshall T.G. Inflammatory disease and the human microbiome. Discov. Med. 2014; 17 (95): 257-65.

43. Finklea J.D., Grossmann R.E., Tangpricha V. Vitamin D and chronic lung disease: a review of molecular mechanisms and clinical studies. Adv. Nutr. 2011; 2 (3): 244-53.

44. Martineau A.R., Jolliffe D.A., Hooper R.L., Greenberg L., Aloia J.F., Bergman P. et al. Vitamin D supplementation to prevent acute respiratory tract infections: systematic review and meta-analysis of individual participant data. Br. Med. J. 2017; 356: i6583. doi: 10.1136/ bmj.i6583.

45. Yakoob M.Y., Salam R.A., Khan F.R, Bhutta Z.A. Vitamin D supplementation for preventing infections in children under five years of age. Cochrane Database Syst. Rev. 2016; 11: CD008824.

46. Peroni D.G., Boner A. drzejowska A., Glinska O., Karczmarewicz E. et al. Vitamin D effects in atopic dermatitis. J. Am. Acad. Dermatol. 2013; 69 (2): 238-44.

48. Ronceray S., Benkalfate L., Saillard C., Ezzedine K., Adamski H., Dupuy A. et al. Atopic dermatitis severity and vitamin D concentration: a cross-sectional study. Ann. Dermatol. Venereol. 2014; 141 (4): 265-71.

49. Smirnova G.I. Effective treatment of atopic dermatitis in children. Ros. pediatr. zhurn. 2012; (5): 23-30. (in Russian)

50. Bantz S.K., Zheng T. The atopic marsh: progression from atopic dermatitis to allergic rhinitis and asthma. J. Clin. Cell Immunol. 2014; 5 (2): . doi: 4172/2155-9899.1000202.

51. Bikle D.D. Vitamin D and the skin: Physiology and pathophysiology. Rev. Endocr. Metab. Disord. 2012; 13 (1): 3-19.

52. Weinhold A., Obeid R., Vogt T., Reichrath J. Prospective Investigation of 25(OH)D3 Serum Concentration Following UVB Narrow Band Phototherapy in Patients with Psoriasis and Atopic Dermatitis. Anticancer Res. 2016; 36 (3): 1439-44.

53. Lee H.J., Lee S.H. Epidermal permeability barrier defects and barrier repair therapy in atopic dermatitis. Allergy Asthma Immunol. Res. 2014; 6 (4): 276-87.

172 DOI: http://dx.doi.org/10.18821/1560-9561-2017-20-3-172-179

ОБЗОР

54. Kopfnagel V., Harder J., Werfel T. Expression of antimicrobial peptides in atopic dermatitis and possible immunoregulatory functions. Curr. Opin. Allergy Clin. Immunol. 2013; 13 (5): 531-6.

55. Smirnova G.I. Atopic dermatitis and skin infections in children. Ros. pediatr. zhurn. 2014; 17 (2): 49-56. (in Russian)

56. Hu L., Bikle D.D., Oda Y. Reciprocal role of vitamin D receptor on ß-catenin regulated keratinocyte proliferation and differentiation. J. Steroid. Biochem. Mol. Biol. 2014; 144 (Pt. A): 237-41.

57. White J.H. Vitamin D as an inducer of cathelicidin antimicrobial peptide expression: past, present and future. J. Steroid. Biochem. Mol. Biol. 2010; 121 (1-2): 234-8.

58. Wang S.S., Hon K.L., Kong A.P., Pong H.N., Wong G.W., Leung T.F. Vitamin D deficiency is associated with diagnosis and severity of childhood atopic dermatitis. Pediatr. Allergy Immunol. 2014; 25 (1): 30-5.

59. Akan A., Azkur D., Ginis T., Toyran M., Kaya A., Vezir E. et al. Vitamin D level in children is correlated with severity of atopic dermatitis but only in patients with allergic sensitizations. Pediatr. Dermatol. 2013; 30 (3): 359-63.

60. Kolokotroni O., Middleton N., Kouta C., Raftopoulos V., Yiallouros P.K. Association of Serum Vitamin D with Asthma and Atopy in Childhood: Review of Epidemiological Observational Studies. Mini Rev. Med. Chem. 2015; 15 (11): 881-99.

61. Dogru M., Kirmizibekmez H., Yesiltepe Mutlu R.G., Aktas A., Ozturkmen S. Clinical effects of vitamin D in children with asthma. Int. Arch. Allergy Immunol. 2014; 164 (4): 319-25.

62. Beyhan-Sagmen S., Baykan O., Balcan B., Ceyhan B. Association Between Severe Vitamin D Deficiency, Lung Function and Asthma Control. Arch. Bronconeumol. 2017; 53 (4): 186-91.

63. Korn S., Hübner M., Jung M., Blettner M., Buhl R. Severe and uncontrolled adult asthma is associated with vitamin D insufficiency and deficiency. Respir. Res. 2013; 14: 25. doi: 10.1186/1465-992114-25.

64. Cassim R., Russell M.A., Lodge C.J., Lowe A.J., Koplin J.J., Dharmage S.C. The role of circulating 25 hydroxyvitamin D in asthma: a systematic review. Allergy. 2015; 70 (4): 339-54.

65. Chambers E.S., Nanzer A.M., Pfeffer P.E., Richards D.F., Timms P.M., Martineau A.R. et al. Distinct endotypes of steroid-resistant asthma characterized by IL-17A (high) and IFN-y (high) immunophenotypes: Potential benefits of calcitriol. J. Allergy Clin. Immunol. 2015; 136 (3): 628-37.

Поступила 10.04.2017 Принята в печать 20.04.2017

Сведения об авторах:

Румянцев Роман Евгеньевич, студент 5-го курса педиатрического факультета Первого МГМУ им. И.М. Сеченова.

© КОЛЛЕКТИВ АВТОРОВ, 2017 УДК 616. 348-007.61-089-06-084

Сытьков В.В.1, Боровик Т.Э.1, Смирнов И.Е.1, Поддубный И.В.1'2

изменения микробиоты и особенности применения пробиотиков

для профилактики осложнений хирургического лечения болезни

гиршпрунга у детей

'ФГАУ «Национальный научно-практический центр здоровья детей» Минздрава России, 119991, г. Москва, Россия,

Ломоносовский просп., д. 2, стр. 1;

2Московский государственный медико-стоматологический университет им. А.И. Евдокимова, 127473, г. Москва, Россия,

ул. Делегатская, д. 20, стр. 1

В обзоре представлены современные данные о формировании болезни Гиршпрунга (БГ) у детей и осложнениях ее хирургического лечения. Описано значение взаимосвязей кишечной микробиоты, аганглиоза толстой кишки и механизмы формирования гиршпрунг-ассоциированного энтероколита, как ведущего осложнения в послеоперационном периоде. Определено значение микробиоты кишечника в ее взаимодействии с иммунной системой, как фактора патогенеза и профилактики послеоперационных осложнений у больных БГ. Показано, что изменения кишечной микробиоты играют значимую патогенетическую роль в возникновении и прогрессировании гиршпрунг-ассоциированного энтероколита у детей. Указано, что ранние манипуляции с микробными сообществами кишечника посредством использования пробиотиков могут стать основой новой стратегии профилактики послеоперационных осложнений при БГ. Модуляция кишечной микробиоты при помощи антибиотиков и пробиотиков может быть перспективным методом лечения и профилактики осложнений хирургического лечения БГ у детей.

Ключевые слова: обзор; болезнь Гиршпрунга у детей; энтероколит; микробиота; Clostridium difficile; пробиотики.

Для цитирования: Сытьков В.В., Боровик Т.Э., Смирнов И.Е., Поддубный И.В., Изменения микробиоты и особенности применения пробиотиков для профилактики осложнений хирургического лечения болезни Гиршпрунга у детей. Российский педиатрический журнал. 2017; 20 (3): 172-179. DOI: http://dx.doi.org/10.18821/1560-9561-2017-20 (3)-172-179

Sytkov V.V. 1, Borovik Т.Е.1, Smirnov I.E.1, Poddubnyy I.V.1,2

CHANGES IN MICROBIOTA AND PECULIARITIES OF THE USE OF PROBIOTICS FOR THE PREVENTION OF

COMPLICATIONS OF THE SURGICAL TREATMENT OF HIRSCHSPRUNG DISEASE IN CHILDREN

National Scientific and Practical Center of Children's Health, 2, bld. 1, Lomonosov avenue, Moscow, 119991, Russian Federation;

2A.I. Evdokimov Moscow State University of Medicine and Dentistry, 20/1, Delegatskaya str., Moscow, 127473, Russian Federation

I In a review there are presented current data both on the formation of Hirschsprung disease (HD) in children and complications of its surgical treatment. The importance of interrelations of intestinal microbiota, agangliosis of the large intestine and the mechanisms of formation of HD-associated enterocolitis as a leading complication in the postoperative period are described. The value of the intestinal microbiota in its interaction with the immune system as a factor

Для корреспонденции: Cытьков Валентин Вячеславович, детский хирург, аспирант ННПЦЗД Минздрава России, e-mail: [email protected] yandex.ru

Всё, что необходимо знать об аллергии на рыбу и морепродукты у детей

Статистические отчёты говорят о росте случаев аллергических заболеваний на 18% ежегодно.

В России аллергия знакома в среднем 30% населения, а количество обращений в скорую помощь, причиной которых является пищевая аллергия, превышает 30000 в год.

Рыба и морепродукты входят в перечень восьми самых аллергенных продуктов. Реакция на эти продукты выражается в крайне неприятных симптомах.

Аллергия на рыбу встречается у 1 из 250 человек. По данным исследователей, у 40% больных наблюдается реакция на белок рыбы.

Белок — парвальбумин содержится в большом объеме во многих видах рыб, как речной, так морской среды обитания. Следует отметить, что концентрацию этого протеина не может понизить даже высокая температура приготовления блюда.

В переводе с греческого аллергия означает — «иное воздействие». Иммунная система защищает организм от вирусов, бактерий, токсинов. Однако в случае с аллергенами защита срабатывает и на безвредные вещества, воспринимая их как чужеродные. Другими словами, организм реагирует на чужеродный белок — антиген (в данном случае пищевой «рыбный» белок), и нейтрализует его, образуя антитела (также как при контакте с инфекционным возбудителем). В мышечной ткани рыб учёные выделили кальций-связывающий белок — парвальбумин, который и является основным возбудителем аллергии. После попадания антигена в организм он встречается с антителом IgE (иммуноглобулином). Затем антитела прикрепляются к тучным клеткам соединительной ткани. Они, в свою очередь, выделяют гистамин. После выделения гистамина человек ощущает жжение, зуд, повышение температуры, появляется кашель или насморк и т. д. Таков механизм возникновения аллергического процесса.

Установлено, что антитела IgE многотипны и многообразны. Каждый из них связан с конкретным аллергеном. Этим объясняется разнообразие возбудителей аллергии.

Доказано, что ракообразные (лобстеры, крабы, креветки, речные раки) и моллюски (мидии, гребешки, устрицы) являются наиболее частыми возбудителями аллергических реакций у взрослых и детей. Риск развития перекрёстных аллергических реакций между ракообразными и моллюсками очень высок.

Среди наиболее аллергенных морских рыб называют тунца, хотя в его мякоти не обнаружен мышечный протеин — парвальбумин, который является медиатором нетипичных реакций. С другой стороны, тунец относится к крупным хищникам. А именно хищные рыбы накапливают в тканях большое количество ртути, что приводит к развитию аллергической реакции при их употреблении. По этой причине среди аллергенных видов рыб выделяют такие, как: тунец, навага, крупный хек, горбуша, сайда, нельма, белуга, угорь, сомы.

К наиболее распространенным аллергенам относятся: масло рыбное, мидии, рыбный ароматизатор, икра из рыбы, сурими, морепродукты, креветки, анчоусы, сашими, тэмпура, суши.

Менее аллергенные рыбы: скумбрия, селёдка, сардины.

Так как человек загрязнил реки раньше, то речная рыба наиболее токсична (например, сом, угорь). Ткани впитывают пестициды, тяжёлые металлы, токсины, повышающие риск развития аллергической реакции. Поэтому сравнивая морскую и речную рыбу, следует отдавать предпочтение первой.

Красная и чёрная икра — продукт калорийный и богатый минеральными веществами. Однако добавление консервантов и хлористого натрия ощутимо снижает полезность икры. По этой же причине к группе риска относятся и крабовые палочки, в производстве которых используется большое количество искусственных пищевых добавок.

Аллергик может самостоятельно определить нежелательный вид рыбы, наблюдая за появлением симптомов, развитием болезни, зная о наследственности.

Аллергия на рыбу проявляется в течение жизни. Но хорошей новостью является тот факт, что у каждого человека встречается индивидуальная непереносимость определённого антигена. Если неприятная реакция возникает на копчёную сёмгу, то, возможно, сельдь или рыбий жир организм воспримет благоприятно.

Причины возникновения аллергической реакции на рыбу
  1. Парвальбумин содержится практически в любой рыбе, кроме тунца. Именно этот белок чаще всеговоспринимается иммунной системой как чужеродный, о чем мы говорили ранее. Он не удаляется при термической обработке и замораживании. Реакцию иммунной системы может вызвать минимальное количество антигена.
  2. Аллергия на рыбные блюда и морепродукты связана не только с наличием в них специфического белка. Загрязнив водоёмы пестицидами, удобрениями, промышленными отходами, человек нанёс вред и своему здоровью. Ядовитые вещества впитываются в ткани рыбы, которая затем попадает в продажу и на стол. В продаже встречается морская рыба, выведенная в питомниках. Для поддержания её здоровья в корм и воду добавляют антибиотики и стимуляторы роста химического происхождения. Отравляющие вещества впитываются через кожу рыбы и остаются в ней. Это негативно сказывается на чистоте продукта и может привести к бурной защитной реакции организма при его употреблении.
  3. При длительном хранении морской рыбы в ней развиваются микроорганизмы, которые образуют скомбротоксин. Скомбротоксин устойчив к высоким температурам, к солению и копчению. Попадая в организм, он вызывает высвобождение гистамина, провоцируя развитие аллергии.
  4. Паразиты, живущие в пищеварительном тракте рыбы, не теряют аллергенных свойств даже после термической обработки продукта.

Даже качественную рыбу рекомендуют употреблять не чаще 1 раза в неделю.

Ежедневное употребление рыбы, вне зависимости от способа её приготовления, ведёт к разбалансировке работы желудочно-кишечного тракта и может сопровождаться аллергическими реакциями. Наличие консервантов и красителей в икре, копчёной и маринованной рыбе ведёт к отторжению их организмом и повышает вероятность развития нетипичной реакции на данные продукты.

Пути воздействия антигенов: пищевой — при употреблении рыбы и морепродуктов в пищу; контактный — при тактильном контакте с рыбой во время её обработки; респираторный — через дыхательные пути, например, при нахождении в помещении, где готовят рыбное блюдо.

Важно помнить, что приготовление рыбы любым способом: жарка, тушение, запекание, варение и прочие, не защитит человека, страдающего аллергией, от неминуемой реакции организма, поскольку даже пары и запах являются опасными при таких обстоятельствах!

Симптомы аллергии, возникающие при контакте с рыбными продуктами, как правило, похожи на любые другие виды пищевых аллергий.

  • Часто уже при первом приеме небольшого количества аллергена появляется легкое пощипывание на слизистых оболочках рта, неба.
  • Возникновение рвоты.
  • Сыпь, зуд и покраснение тела.
  • Появление крапивницы.
  • В некоторых случаях отмечается появление волдырей в области спины, живота, шеи, бедер.
  • При тяжелом развитии может развиться отек Квинке, который является прямой угрозой для жизни пациента.
  • Возможен сухой кашель, который при осложнении может перейти в астматический.
  • Необходимо с осторожностью отнестись к возможности возникновения анафилактической реакции (шока) у ребенка, симптомы которого проявляются в виде внезапного снижения АД (артериального давления). Эта ситуация требует экстренного медикаментозного вмешательства.

При проявлении любых вышеуказанных симптомов, или иной реакции организма, незамедлительно обратитесь к врачу! Только врач способен установить истинную причину и определить действительно ли, реакция спровоцирована аллергией на рыбу, а также назначит подходящее в конкретном случае лечение!

Лечение заболевания

Диета при аллергии. Самое важное в диете — исключить аллерген. Если продукт вызывает нежелательную реакцию, то его употребление следует отложить на время от двух месяцев до двух лет. После перерыва продукт вводится осторожно, малыми порциями, с наблюдением за реакцией организма. Специалисты не рекомендуют употреблять продукт, если при повторном введении возникла реакция — во избежание развития хронической аллергии.

Также отказаться придётся и от продуктов, провоцирующих выброс гистамина. К ним относятся: копчёная колбаса; алкоголь; сыр; рыбные блюда, в том числе роллы и суши; солёная капуста; шоколад.

Антигистаминные препараты разработаны для уменьшения количества гистамина или для его нейтрализации, когда он уже активно действует. Препараты используются для предотвращения или устранения симптомов любого вида аллергии (респираторной, пищевой, контактной). В настоящее время разработано четыре поколения антигистаминных средств. Помните, что только специалист может определить, как и сколько следует использовать препараты, чтобы не нанести вред организму.

Кортикостероиды являются мощными противовоспалительными препаратами. При тяжёлых аллергических реакциях на рыбу и морепродукты применяются топические (местные) стероиды для лечения кожных проявлений. Например, Гидрокортизоновая мазь, Преднизолоновая мазь, Элоком, Локоид, Адвантан, Целестодерм, Флуцинар (флуоцинолоновый гель) и др. Средства эффективно подавляют мехнизмы воспаления, локализуют очаг воспаления, подсушивает кожу, уменьшают покраснение.

Назальные (противоаллергические) спреи оказывают местное воздействие, а риск побочных эффектов очень мал. К наиболее распространённым средствам относятся: Виброцил, Кромогексал, Насобек, Авамис и т. д.

Сорбенты. Если аллергическая реакция наблюдается со стороны органов пищеварения, то промывание желудка и клизма становятся элементом лечения. В случаях, когда эти процедуры недоступны, применяют сорбенты. Сорбенты помогают максимально быстро вывести аллергены и токсины из организма. Наиболее известные представители данной группы медикаментов: Энтеросгель, полисорб, смекта, активированный уголь и др. Сорбенты назначаются и детям для снятия острого аллергического приступа. Основными противопоказанием к их использованию являются язвенные поражения желудочно-кишечного тракта и запоры. Сорбенты применяют в комплексной терапии и только по назначению врача.

Дополнительные средства. Неплохие результаты в лечении аллергии показали и препараты кальция (хлористый кальций и глюконат кальция). Они применяются для восполнения кальция в организме, укрепления сосудистых стенок, что уменьшает их проницаемость. Иначе говоря, аллергену сложнее проникнуть в кровь.

При тяжёлых острых проявлениях аллергической реакции (анафилактический шок, отёк Квинке, генерализованная крапивница) следует сделать инъекцию адреналина, преднизолона.

Течение заболевания у детей

Для любой мамы сложно представить меню малыша без присутствия в нем рыбы, поскольку в ней в большом объеме содержатся важнейшие микроэлементы: фосфор, йод, кальций, железо и пр., которые необходимы для строения тканей и костей в растущем организме. Если у ребенка ранее была замечена любая другая аллергическая реакция, перед введением в рацион рыбных компонентов, следует согласовать этот процесс со специалистом. Врачи рекомендуют начать введение рыбы в рацион малыша с 8–10 месяцев. При первом кормлении, с использованием рыбы, её стоит сочетать с овощным пюре и организовать прием в утренние часы, чтобы к ночи рыба успела полностью усвоиться.

В силу незрелости желудочно-кишечного тракта дети особенно уязвимы перед различными аллергенами и токсинами. Как правило, аллергическая реакция появляется мгновенно или в первые 1–2 часа в виде рвотных позывов, диареи, отеков, волдырей на лице и руках. В этом случае ребенку нужно вызвать медицинскую бригаду скорой помощи. Впоследствии рекомендуется полностью отказаться от всех морепродуктов. Витамин Д, жирные кислоты вводятся искусственным путем.

Если аллергия на рыбу у грудничка все-таки проявилась, сразу откажитесь от попыток повторно давать рыбу, поскольку отторжение организмом компонентов, содержащихся в рыбе и вызывающих аллергию, не проходит с возрастом. Подобные эксперименты могут привести к тяжелой форме проявления симптоматики и осложнениям, т. к. иммунная система ребёнка еще не успела сформироваться.

У детей симптомы заболевания могут появиться даже при остаточных микроскопических частицах рыбы. Очень часто, наряду с рыбной аллергией отмечается повышенная реакция на рыбные корма. Тем не менее, спустя 7–8 лет, детский организм готов перестроиться. Следует предложить ребенку рыбу еще раз.

В случае, когда аллергия на рыбу подтверждается, важно контролировать состав блюд. Особенно при посещении общественных столовых, ресторанов, кафе. Кроме того, нужно внимательно выбирать морепродукты, рыбу, консервы в гипермаркетах, потому что там могут присутствовать рыбные ароматизаторы, двунатриевый инозин, альгинат и другие аллергены.

Рыба — ценнейший природный продукт, в состав которого включен огромный комплекс витаминов. Если отказываться полностью от употребления рыбы вы не готовы, важно выявить виды рыб, являющихся для вас аллергенами, и не употреблять их в дальнейшем на протяжении жизни. Сделать это можно только пройдя процедуру ряда точных проб под контролем специалистов.

Для предотвращения повторного проявления аллергических реакций необходимо.

  • Строго придерживаться диеты.
  • Избегать тактильного контакта с рыбными продуктами. При разделке и приготовлении надевать перчатки, респиратор.
  • Соблюдать гигиену посуды и жилища. Учёные установили перекрёстную аллергическую реакцию на ракообразных и пылевого клеща.
  • Следить за качеством фильтров, очищающих воздух.
  • Отдавать предпочтение активному образу жизни.
  • С целью профилактики тяжёлых аллергических реакций на рыбу и морепродукты лечащий врач может назначить применение антигистаминных препаратов последних поколений перед употреблением незнакомого блюда.
  • Возьмите под личный контроль меню, которое предлагают Вам и Вашим детям в гостях, в кафе или ресторане. Главное чтобы в составе и технологии приготовления блюд не использовались: красная или черная икра, анчоусы, креветки, рыбные ароматизаторы, рыбное масло. Откажитесь от суши, сашими, сурими, тэмпура, а также соусов, котлет и супов, содержащих рыбу. Читайте список ингредиентов на упаковке любых продуктов, которые покупаете, т. к. в некоторых их них могут содержаться противопоказанные, для страдающих от аллергии на рыбу, вещества: агар, двунатриевый инозин, альгинат, рыбный ароматизатор.
  • Тщательно мойте посуду, рекомендуется кипятить, особенно если ранее в ней готовились рыбные блюда. Поскольку белок-парвальбумин очень стоек, реакция организма может проявиться даже от самой малой дозы.

От аллергии и 150 болезней: витамин D важен для детей и взрослых

Дефицит витамина D разной степени имеют до 98 % жителей Украины. А ведь этот компонент диеты важен не только для профилактики рахита у детей, а еще и как витамин и прогормон для взрослых. Он защищает от развития аллергии, остеопороза, сахарного диабета, депрессии и других хронических заболеваний. И лучше всего витамин D усваивается организмом в микроэмульсифицированной форме.

У большинства людей витамин D ассоциируется с рахитом или его профилактикой у детей, между тем это вещество со свойствами прогормона является сверхважным и для взрослых. В частности, ключевая роль витамина D в кальциево-фосфорном обмене делает его значимым для всех возрастных групп.

Почему витамин D необходим для здоровья человека

Ученые связывают наличие витамина D с правильной работой почти 10 % наших генов, ведь рецепторы к этому витамину есть во всех органах и тканях организма. Многочисленными мировыми исследованиями установлено, что дефицит витамина D может привести к более чем 150 заболеваниям: как непосредственная причина возникновения болезни или как фактор, усугубляющий ее течение.

Витамин D в своей активной форме D3:

  • участвует в обмене кальция и фосфора, регулируя их концентрацию и способствуя укреплению костной и зубной тканей;
  • регулирует передачу нервных импульсов;
  • участвует в нормализации уровня глюкозы в крови, в процессе роста и восстановления клеток;
  • помогает организму защититься от развития раковых клеток;
  • влияет на функционирование костного мозга, отвечающего за выработку клеток иммунитета.

Способность витамина D влиять на минеральную плотность костной ткани незаменима для женщин в период менопаузы, когда уменьшается уровень эстрогена и возрастает риск остеопороза.

Витамин D имеет иммуномодулирующую функцию. Он влияет на все звенья иммунитета, и значительная его часть находится в лейкоцитах. Поэтому витамин D может снизить риск заболевания ребенка ОРВИ.

На фоне дефицита витамина D атопический дерматит, бронхиальная астма и аллергический ринит протекают тяжелее. Напротив, нормализация уровня этого витамина в организме позволяет уменьшить дозу гормональной терапии и добиться более длительной ремиссии.

Иммунитет в организме поддерживается при достаточной концентрации витамина D. А его недостаток провоцирует развитие аллергии не только у взрослых.

Как свидетельствуют результаты научных исследований, дефицит витамина D в организме беременной женщины является фактором риска развития аллергии у младенца, даже если у самой матери склонности к ней нет.

Поэтому профилактику недостатка витамина, а следовательно, и аллергии, нужно начинать с матери.

– Витамин D имеет иммуномодулирующую функцию и оказывает существенное влияние на клетки иммунной системы. И является мощным противовоспалительным веществом. Все это обусловливает его связь с возникновением и прогрессированием аллергических реакций, — говорит врач семейной и функциональной медицины клиники FxMed Екатерина Кириенко.

Формы выпуска витамина D

Впрочем, успех лечения зависит не только от его своевременного начала и правильно подобранной дозы. Важно, какая именно форма витамина D применяется.

– Сейчас препараты витамина D существуют в трех формах: жирорастворимой, водорастворимой и микроэмульсифицированной. Оптимальным вариантом витамина D3 является микроэмульсифицированная форма, особенно если речь идет о детях.

Микроэмульсификация, во время которой витамин разделяется на отдельные молекулы, способствует лучшему его усвоению при сохранении физиологической формы. Поэтому такая форма считается идеальной. Принимать ее можно в любом возрасте.

Обычные, не микроэмульсифицированные жирорастворимые формы препарата могут плохо абсорбироваться в желудочно-кишечном тракте. А в производстве водорастворимой формы применяется много вспомогательных веществ, которые могут спровоцировать появление у детей псевдоаллергических реакций, — отмечает Екатерина Кириенко.

Профилактическая и лечебная дозы витамина D

Вопреки общепринятому представлению о том, что суточную дозу витамина D легко получить, находясь на солнце, на самом деле одного действия солнечных лучей недостаточно.

Дефицит витамина D у украинцев прежде всего связан с географической широтой, на которой находится страна. Ведь этот витамин вырабатывается в человеческом организме под действием ультрафиолета.

С наибольшей интенсивностью в умеренных широтах, на которых лежит Украина, солнце светит с 11 до 16 часов. Но именно в это время большинство из нас обычно находится в помещении: на рабочем месте или просто прячась от жары и повышенной радиации в летнее время. Кроме того, смог в городе снижает проникновение ультрафиолета на 60 %.

Еще один путь попадания витамина D в организм — пища. Прежде всего это яичный желток и жирная рыба. Но, во-первых, это те продукты, которые мы обычно не употребляем в большом количестве. А во-вторых, в них содержится не активный витамин D3, а его предшественник — D2.

Анализ крови на общий витамин D

Выявить недостаток витамина можно с помощью специального анализа крови. Оптимальный уровень, который предотвращает развитие аллергии, сердечно-сосудистых заболеваний и гормональных нарушений, – 60-70 нг/мл.

При дефиците назначается лечебная доза витамина D3. Принимать ее, как правило, требуется в течение 2–3 месяцев. Затем — переходить на поддерживающую дозу. Это стандартная схема. Ее применяют и у взрослых, и у младенцев, которые еще не имеют проявлений аллергии.

Если аллергия дает о себе знать, обязательно надо проверить уровень витамина D, поскольку его недостаток способствует более выраженным симптомам. Терапия витамином D помогает облегчить состояние больного. В частности, уменьшить частоту и тяжесть приступов бронхиальной астмы, особенно у людей с избыточной массой тела.

Витамин D: подбираем верную дозу

Суточная потребность в витамине D зависит от многих факторов, которые нужно учитывать при определении индивидуальной дозы препарата.

В частности, для ребенка надо учитывать:

  • возраст;
  • генетические особенности;
  • характер вскармливания;
  • время года;
  • наличие и степень тяжести нарушений кальциево-фосфорного обмена;
  • состояние здоровья;
  • характер сопутствующей патологии;
  • местность проживания.

Если ребенок часто болеет, витамин D необходимо назначать курсами. Но не менее трех раз в год.

Профилактические дозы назначают при содержании витамина 30–60 нг/мл, лечебные – при менее 30 нг/мл.

Назначают витамин D и младенцам. Оптимальным вариантом также является микроэмульсифициованная форма.

Срок лечения всегда подбирается индивидуально.

Беременным женщинам из группы риска, имеющим сахарный диабет и другие хронические заболевания, назначают витамин D с 28–32 недели беременности и в более высоких дозах. Если беременная не входит в группу риска, ей назначается профилактическая доза витамина D.

Необходимо помнить, что витамин D накапливается в организме. Если вы принимаете витамин в течение двух месяцев и его уровень в организме нормализовался, следующие 2–3 месяца он таким и останется. Поэтому можно делать перерыв в приеме препарата на этот срок.

Аллергия на АкваДетрим: можно ли обойтись без этого препарата | Счастливая мама

Солнечные ванны. Фото из открытых источников.

Ультрафиолетовые лучи в умеренных дозах оказывают положительное влияние на здоровье малыша. Пребывание на солнце для молодой мамы также полезно, так как содержание витамина Д3 в ее молоке возрастает. Однако с наступлением осени солнечных дней становится гораздо меньше и врачи рекомендуют (как я принимаю, поголовно) давать малышам этот витамин дополнительно. Часто с этой целью назначают АкваДетрим.

Прописанный АкваДетрим. Фото из открытых источников.

Чем полезен витамин Д3:

· насыщает кальцием кости, способствует формированию опорно-двигательного аппарата;

· важен для правильного развития зубов;

· требуется для работы пищеварительной, кровеносной, сердечно-сосудистых систем.

Так как ребенок родился поздней осенью, когда ему исполнился месяц, педиатр выписала водный раствор АкваДетрим. Принимать его следовало по 2 капли в день. Реакция на препарат меня не порадовала.

Уже после первого принятия витамина появилось краснота на щечках. Сначала этому особого значения не придавалось. Но через два дня щеки стали багровыми, высыпания шелушились. Поскольку подозрение сразу пало на него, препарат пришлось отменить. Практически сразу (на второй день) кожные покровы пришли в норму.

Пришлось обращаться к врачу. Педиатр сразу сказала, что давать витамин больше не следует, раз есть аллергическая реакция. Но мой вопрос, как же ребенок будет обходиться без Д3, врач посоветовала не волноваться, дескать, ничего страшного не случится. Больше мы АкваДетрим не принимали.

Если так легко от него отказываются, возникает вопрос - нужно ли назначать препараты с витамином Д3 поголовно?

Интересно, все ли дают своим крохам витамин, возникали ли аллергические реакции на АкваДетрим еще у кого-то? И как вы вышли из этой ситуации? Не навредит ли отказ от витамина здоровью?

Об атопическом дерматите можно прочитать здесь.

Чем грозит передозировка витаминов? – Гармония здоровья

Прежде, чем принимать витаминные препараты, убедитесь в том, что ваш организм действительно нуждается в их применении. Передозировка витаминов может носить более угрожающий характер, чем их недостаток. Гипервитаминоз - это группа симптомов, вызванные избытком витаминов в организме, чаще всего в результате передозировки. Он касается, прежде всего, жирорастворимых витаминов: А, D, E и K. Со слишком большим потреблением витаминов, растворимых в воде организм может справиться, выводя их вместе с мочой. Другая ситуация возникает при избытке жирорастворимых витаминов, они вызывают гипервитаминоз.

Прежде, чем принимать витаминные препараты, убедитесь в том, что ваш организм действительно нуждается в их применении. Передозировка витаминов может носить более угрожающий характер, чем их недостаток. Гипервитаминоз - это группа симптомов, вызванные избытком витаминов в организме, чаще всего в результате передозировки. Он касается, прежде всего, жирорастворимых витаминов: А, D, E и K. Со слишком большим потреблением витаминов, растворимых в воде организм может справиться, выводя их вместе с мочой. Другая ситуация возникает при избытке жирорастворимых витаминов, они вызывают гипервитаминоз.

Избыток витамина D – имеет очень опасное действие. У взрослых проявляется тошнотой, рвотой, зудом кожи, болью головы и глаз, поносом, повышенным мочеиспусканием, а также отложением избыточного количества кальция в мягких тканях, в печени, почках, легких, сердце и кровеносных сосудах. Опасны последствия передозировки витамина D у беременных женщин и кормящих матерей. Они вызывают уродства плода, болезни костей у новорожденных. Слишком большие дозы витамина Е могут вызвать расстройство желудочно-кишечного тракта, чувство усталости и слабости, а также сонливость, головные боли, мышечную слабость, диплопию. Увеличенный запас витамина Е в сравнении с множеством других витаминов имеет меньше побочных эффектов. Передозировка этого витамина бывает, но редко.

Витамин А в слишком больших дозах может вызвать тошноту, нарушение зрения, усталость, тяжесть, раздражительность, отсутствие аппетита, рвоту, головную боль, выпадение волос, зуд, трещины и кровоточивость губ, замедленный рост у детей, шелушение кожи, язвы, нарушение костей, кровотечения, деформации черепа и лица, дисфункции сердца, почек, фиброз печени и центральной нервной системы. К избытку витамина. А ведет чаще всего неограниченное применение пищевых добавок.

Передозировка витамина K, регулирующий процесс свертывания крови, приводит к распаду эритроцитов и, следовательно, к анемии. Последствиями избытка этого элемента также является потливость и чувство жара, а у новорожденных - желтуха, и даже повреждения тканей головного мозга! Организм человека, особенно чувствителен к передозировке витамина с (так называемой аскорбиновой кислоте), которая содержится в основном в овощах и фруктах. Его избыток может привести к кристаллизации солей и образование камней в почках, а прием очень больших доз может привести к нарушениям в работе желудочно-кишечного тракта и нервной системы. Кроме того, избыток витамина С вызывает высыпания кожи. Его потребление в больших дозах плохо сказывается, особенно на следующую категорию людей: беременные женщины, больные сахарным диабетом, у людей с катарактой хрусталика и тромбофлебитом – вызывает гипервитаминоз.

Помимо вредного воздействия, избыток некоторых элементов, провоцирует снижение или потерю в организме других необходимых ему веществ. Таким образом, кроме последствий гипервитаминоза, наблюдается недостаточность минералов и других витаминов, влияющих на процессы, происходящие в организме. Правильный рацион питания поможет избежать приема специальных добавок, а также гипервитаминоза. Диетологи во всем мире, утверждают, что все необходимые элементы для полноценной работы организма, мы можем получить с повседневной пищей.

Но если же, правильное питание является невозможным, врач-терапевт может назначить прием витаминных препаратов, обычно отечественных производителей. Эти препараты создаются для жителей региона, у которых наблюдаются одинаковые потребности в элементах. Данные препараты, проходят строгий контроль и проверку, чтобы они не приводили к гипервитаминозу.

Есть категория препаратов, где суточные нормы витаминов, могут быть выше в десять, а то и в двадцать раз. Их нельзя применять, без консультации врача, иначе передозировку витаминов не избежать. Поэтому, перед тем, как вы включите в свой ежедневный рацион питания – витаминные добавки, следует проконсультироваться со специалистом. Не стоит использовать дополнительные добавки круглый год. Приемлемо их применять зимой и осенью: в остальное время года, наш рацион питания не нуждается во включении витаминных добавок. Также рекомендуется, в приеме синтетических витаминов, делать перерывы в каждые три-четыре недели, так как постоянный прием специальных добавок, может спровоцировать гипервитаминоз.

Сколько кальция и витамина D необходимо маленькому ребенку? – Aptaclub.lv

Для крепких костей, зубов и мускулов!

Рахит, мягкие кости и нервозность – если маленький ребенок не получает достаточное количество кальция и витамина D, то список потенциальных рисков для здоровья будет длинным.  Однако только 6% опрошенных* родителей в Латвии знают, что для их детей в возрасте 1-3 лет кальция необходимо  в четыре раза больше, чем взрослому. В свою очередь, всего  3% – что малышу необходимо в семь раз больше витамина D, чем взрослому человеку. Почему эти два элемента так важны для питания ребенка в возрасте 1-3 лет, разъясняет Анна Бирка, врач-педиатр с почти 40-летним стажем.

Период от одного года до трех лет – главный этап в развитии организм малыша. В это время особенно важно обеспечить оптимальное количество соответствующих питательные веществ. Хотя по достижении годовалого возраста ребенок может есть продукты всех групп, необходимо помнить, что маленький – еще не большой, и переходить на меню полного спектра необходимо с умом. Многие родители делают это небрежно, потому что легче и быстрее кормить малыша тем, что готовится для остальной семьи. Однако если не уделять надлежащего внимания меню малыша, то не исключен риск того, что ребенок не получит достаточного количества питательных веществ, очень важных для полноценного развития.

Кальций – для крепкого организма

Одним из таких незаменимых микроэлементов является кальций, который «отвечает» в организме человека за крепость костей и зубов, помогает формировать мускулы, стимулирует работу нервов, регулирует кровяное давление и благоприятно влияет на  здоровье сердца. Бабушки, которые многократно напоминают родителям внука, что ему надо есть творог, потому что растущему организму необходим кальций, абсолютно правы. Однако знания родителей о том, сколько же кальция  ежедневно должен получать ребенок, ничтожно малы.

Ребенок в возрасте 1-3 лет должен ежедневно получать ~500 Мг кальция, то есть в четыре раза больше кальция на один килограмм массы тела, чем взрослый. Когда резервы этого микроэлемента недостаточны, то кальций из костей «пересылается» к другим частям организма. И если подобная ситуация длится слишком долго, со временем кости становятся слабыми и хрупкими. Хронический недостаток кальция и витамина D порождает риск заболевания рахитом. Рахит размягчает кости и с возрастом у ребенка может возникнуть патология костной массы, которая стремительнее всего развивается именно в возрасте 1-3 лет: это кости черепа, грудной клетки, ребер, позвоночника и ног, приобретающих форму букв Х или О. Многие родители не знают, что низкий уровень кальция также вызывает повышенную нервозность, поэтому ребенок может быть плаксивым и капризным.

Питание ребенка непременно должно содержать кальций, и на это необходимо обратить особое внимание. Много кальция содержат молочные продукты: в половине стакана йогурта без добавок около 207 Мг кальция, один кусочек сыра содержит примерно 112 Мг, четверть стакана шпината – около 60 Мг, а кусок цельнозернового хлеба – примерно 24 Мг ценного микроэлемента. Конечно, прекрасно подойдет и творог, однако следует избегать сладких творожных десертов, а также сладких йогуртов; творожный сырок тоже не является ценным источником кальция, это сладкое лакомство. Крайне рекомендованы бразильские орехи, миндаль, семена сезама, а также бобовые – белая и красная фасоль, турецкий горох. Однако необходимо следить, чтобы эти продукты включались в меню ребенка соответственно его возрасту. Целые орехи могут быть слишком твердыми  для малыша, у которого выросли еще не все зубы, поэтому есть риск, что он может подавиться. А если орехи размельчить и добавить к творогу, это будет и вкусно, и полезно.  Чтобы быстро и просто приготовить лакомство и для ребенка, и для  взрослого, смешайте творог с ягодами и орехами в блендере.

Витамин D  – для поддержки кальция

Без витамина D организм не способен абсорбировать кальций, поэтому количество кальция, всасываемое костями,  зависит не только от качества питания, но и  от количества витамина  D в организме. Витамин  D обеспечивает надлежащий рост малыша, формирование правильной осанки и рост здоровых зубов. Четвертая часть опрошенных родителей считает, что ребенку в возрасте 1-3 лет необходимо такое же количество витамина D, как и взрослому. Однако ребенок быстро растет, его скелет активно формируется и поэтому на один килограмм массы тела малыш должен получать в семь раз больше витамина D, чем взрослый. Ребенок ежедневно должен получать примерно 500 МЕ (международных единиц, англ. IU) витамина D. Важно обеспечить такое питание, чтобы ребенок получал достаточно продуктов, содержащих витамин D – это рыба, молочные продукты, яйца. Необходимо также, чтобы малыш по возможности больше времени проводил на свежем воздухе.

Поскольку витамин D в необходимом количестве получить только с пищей невозможно, врач подчеркивает, что ребенку до 3 лет необходимо давать витамин D дополнительно, исключая солнечные летние месяцы. И только в том случае, если семья много времени проводит на свежем воздухе или путешествует в теплые страны. Часто витамин D необходимо принимать дополнительно  и детям старше 3 лет. Выбор препаратов витамина D посоветует врач. Ценным источником кальция и витамина D для ребенка в возрасте 1-3 лет может быть молочная смесь – два стакана молочной смеси Aptamil3 обеспечивают 80% от рекомендуемой дневной нормы витамина D и 52%  от рекомендуемой нормы кальция

Полезные советы

  • Продукты, содержащие много кальция: молочные продукты – несладкий йогурт, творог, сыр; зеленые овощи – брокколи, шпинат; цельнозерновой хлеб; орехи – бразильские орехи, миндаль, семена сезама; бобовые – белая и красная фасоль, турецкий горох.

  • Продукты, содержащие витамин D: рыба, молочные продукты, яйца.

  • Детям до 3-х лет необходимо принимать витамин D дополнительно.

  • Важно не переборщить! Необходимо следить за тем, какие пищевые добавки ест ребенок, и что входит в их состав. Если ребенок питается молочной смесью, то кальций и витамин D принимать дополнительно  нет необходимости.

Чтобы способствовать пониманию родителей и напомнить о питании, подходящем для малышей после года, Aptamil3 в сотрудничестве с экспертами начал образовательную кампанию для родителей «Маленький еще не большой». 

*Социальный опрос – опрос родителей проводился на портале  maminuklubs.lv в августе – сентябре 2018 года.  В опросе участвовали 590 родителей, воспитывающих детей в возрасте 1-3 лет.

Риск передозировки у младенцев жидким витамином D

Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов (FDA) предупреждает о потенциальном риске передозировки младенцам жидкого витамина D.

Некоторые жидкие добавки с витамином D на рынке поставляются с капельницами, которые могут позволить родителям и опекунам случайно дать вредное количество витамина младенцу.Эти капельницы могут содержать большее количество жидкого витамина D, чем должен получать младенец.

«Важно, чтобы младенцы не получали больше рекомендуемого суточного количества витамина D», - говорит Линда М. Кац, доктор медицины, магистр медицины, временный главный врач Центра безопасности пищевых продуктов и прикладного питания FDA. «Родители и опекуны должны использовать только пипетку, которая идет в комплекте с покупной добавкой витамина D.»

Витамин D способствует всасыванию кальция в кишечнике и играет ключевую роль в развитии крепких костей.Добавки витамина D рекомендуются для некоторых младенцев, особенно тех, которые находятся на грудном вскармливании, потому что дефицит этого витамина может привести к проблемам с костями, таким как истончение, мягкость и деформация костей, как это наблюдается при состоянии, известном как рахит.

Однако избыток витамина D может вызвать тошноту и рвоту, потерю аппетита, чрезмерную жажду, частое мочеиспускание, запор, боль в животе, мышечную слабость, боли в мышцах и суставах, спутанность сознания и усталость, а также более серьезные последствия, такие как повреждение почек.

Рекомендации FDA

  • Убедитесь, что ваш ребенок не получает более 400 международных единиц (МЕ) витамина D в день, что является суточной дозой добавки витамина D, рекомендованной Американской академией педиатрии для младенцев, находящихся на грудном вскармливании или частично вскармливаемых грудью.
  • Храните добавку витамина D в оригинальной упаковке, чтобы вы и другие лица, осуществляющие уход, могли следовать инструкциям. Внимательно следуйте этим инструкциям, чтобы правильно использовать пипетку и вводить правильную дозу.
  • Используйте только пипетку, которая идет в комплекте с продуктом; он изготовлен специально для этого продукта. Не используйте капельницу от другого продукта.
  • Убедитесь, что на пипетку нанесена маркировка, чтобы единицы измерения были четкими и понятными. Также убедитесь, что единицы измерения соответствуют указанным в инструкциях.
  • Если вы не можете точно определить дозу витамина D, вводимую через капельницу, проконсультируйтесь с врачом, прежде чем давать добавку младенцу.
  • Если ваш ребенок полностью или частично питается детской смесью, проконсультируйтесь с педиатром или другим медицинским работником, прежде чем давать ребенку добавки витамина D.

Помните: любой тип лекарств или пищевых добавок может иметь побочные эффекты и должен приниматься в соответствии с указаниями производителя.

к началу

  • Текущее содержание с:

Педиатрический журнал

Педиатрический журнал

Недостаточность витамина D у младенцев связана с подтвержденной пищевой аллергией

Автор ссылки на открытую накладную панель Катрина Дж.AllenMBBS, BMedSc, FRACP, PhD a b c Jennifer J.KoplinPhD a b Anne-LouisePonsonbyMBBS, PhD a b a Lyle C.GurrinPhD d MelissaWakeMD, FRACP a b e PeterVuillerminMBBS, FRACP, PhD a f PamelaMartinPhD a MelanieMathesonPhD d T AdrianLowePhD FRACPHD c Николас Дж.OsbornePhD a b d g ThanhDangBSc a Hern-TzeTina TanBSc и LeoneThieleBA, MNSc a DeborahAndersonRN a HelenCzechRN Sanjeeva C. Jeeva Jeeva MD, PhD a d Подробнее

Предпосылки

Эпидемиологические данные показали, что пищевая аллергия у детей более распространена в регионах, удаленных от экватора, что позволяет предположить, что недостаточность витамина D может играть роль в этом заболевании.

Цель

Изучить роль статуса витамина D в детской пищевой аллергии.

Методы

Популяционная выборка из 5276 годовалых младенцев прошла кожный укол на арахис, яйца, кунжут, коровье молоко или креветки. Все пациенты с обнаруживаемым волдырем и случайная выборка участников с отрицательными результатами кожного укола посещали больничную клинику пищевых проблем. Образцы крови были доступны для 577 младенцев (344 с подтвержденной пищевой аллергией, 74 сенсибилизированных, но толерантных к пищевой проверке, 159 отрицательных результатов кожного прик-теста и пищевого заражения).Уровни 25-гидроксивитамина D в сыворотке измеряли с помощью тандемной масс-спектрометрии жидкостной хроматографии. Связь между 25-гидроксивитамином D в сыворотке и пищевой аллергией была исследована с помощью множественной логистической регрессии с поправкой на потенциальный риск и смешивающие факторы.

Результаты

Младенцы от родителей австралийского происхождения, но не от родителей, родившихся за границей, с недостаточностью витамина D (≤50 нмоль / л) с большей вероятностью будут арахисом (скорректированное отношение шансов [aOR], 11,51; 95% ДИ, 2.01-65.79; P = 0,006) и / или яйца (aOR, 3,79; 95% ДИ, 1,19–12,08; P = 0,025) аллергические, чем те, у которых был адекватный уровень витамина D, независимо от статуса экземы. Среди детей, родители которых родились в Австралии, младенцы с недостаточностью витамина D были более склонны к множественной пищевой аллергии (≥2), чем к единственной пищевой аллергии (aOR, 10,48; 95% ДИ, 1,60-68,61 по сравнению с aOR, 1,82; 95% ДИ 0,38-8,77 соответственно).

Выводы

Эти результаты являются первым прямым доказательством того, что достаточность витамина D может быть важным фактором защиты от пищевой аллергии на первом году жизни.

Ключевые слова

Витамин D

пищевая аллергия

аллергия на арахис

аллергия на яйца

популяция

проблема перорального питания

экзема

эпигенетическая

Используемые сокращения

2 25 (OH) Drovit

25 (OH) Drovit HREC

Комитет по этике исследований на людях

Рекомендуемые статьи Цитирующие статьи (0)

Просмотр аннотации

Авторские права © 2013 Американская академия аллергии, астмы и иммунологии. Опубликовано Mosby, Inc.

Рекомендуемые статьи

Ссылки на статьи

Витамин D, аллергия и астма: внимание педиатрам | Журнал Всемирной организации аллергии

  • 1.

    Шариф С., Джаривала С., Кумар Дж., Мунтнер П., Меламед М.Л.: Уровни витамина D и пищевая и экологическая аллергия в Соединенных Штатах: результаты Национального исследования здоровья и питания за 2005–2006 годы. J Allergy Clin Immunol. 2011, 127: 1195-1202. 10.1016 / j.jaci.2011.01.017.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 2.

    Thuesen BH, Skaaby T, Husemoen LL, Fenger M, Jørgensen T., Linneberg A: Связь 25-OH витамина D в сыворотке крови с атопией, астмой и функцией легких в проспективном исследовании взрослых датчан. Clin Exp Allergy. 2014, 27: DOI: 10.1111 / CEA.12299

    Google ученый

  • 3.

    Muehleisen B, Gallo RL: Витамин D при аллергических заболеваниях: проливает свет на сложную проблему. J Allergy Clin Immunol. 2013, 131: 324-329. 10.1016 / j.jaci.2012.12.1562.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 4.

    фон Эссен М.Р., Конгсбак М., Шерлинг П., Ольгаард К., Одум Н., Гейслер С. Витамин D контролирует передачу сигналов рецептора антигена Т-клеток и активацию Т-клеток человека. Nat Immunol. 2010, 11: 344-349. 10.1038 / ni.1851.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 5.

    Литонжуа А.А., Вайс СТ: Виноват ли дефицит витамина D в эпидемии астмы ?.J Allergy Clin Immunol. 2007, 120: 1031-1035. 10.1016 / j.jaci.2007.08.028.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 6.

    Бозцетто С., Карраро С., Джордано Дж., Бонер А., Баральди Е.: Астма, аллергия и респираторные инфекции: гипотеза витамина D. Аллергия. 2012, 67: 10-17. 10.1111 / j.1398-9995.2011.02711.x.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 7.

    Morales E, Romieu I, Guerra S, Ballester F, Rebagliato M, Vioque J, Tardón A, Rodriguez Delhi C, Arranz L, Torrent M, Espada M, Basterrechea M, Sunyer J, INMA Project: Статус материнского витамина D во время беременности и риск инфекций нижних дыхательных путей, одышки и астмы у потомства. Эпидемиология. 2012, 23: 64-71. 10.1097 / EDE.0b013e31823a44d3.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 8.

    Pike KC, Inskip HM, Robinson S, Lucas JS, Cooper C, Harvey NC, Godfrey KM, Roberts G, Southampton Women's Survey Study Group: сыворотка матери на поздних сроках беременности 25-гидроксивитамин D в отношении детского хрипа и атопические исходы.Торакс. 2012, 67: 950-956. 10.1136 / thoraxjnl-2012-201888.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 9.

    Камарго, Калифорния, Кларк С., Каплан М.С., Либерман П., Вуд Р.А.: Региональные различия в рецептах EpiPen в Соединенных Штатах: потенциальная роль витамина D. J Allergy Clin Immunol. 2007, 120: 131-136. 10.1016 / j.jaci.2007.03.049.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 10.

    Camargo CA, Ingham T., Wickens K, Thadhani R, Silvers KM, Epton MJ, Town GI, Pattemore PK, Espinola JA, Crane J, Новозеландская группа когортных исследований астмы и аллергии: уровни 25-гидроксивитамина D в пуповинной крови и риск респираторных инфекций, хрипов и астмы. Педиатрия. 2011, 127: e 180-e 187. 10.1542 / peds.2010-0442.

    Артикул Google ученый

  • 11.

    Гейл С.Р., Робинсон С.М., Харвет М.К., Джавид М.К., Цзян Б., Мартин С.Н., Годфри К.М., Купер С. Статус витамина D у матери во время беременности и исходы ребенка.Eur J Clin Nutr. 2008, 62: 68-77. 10.1038 / sj.ejcn.1602680.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 12.

    Нвару Б.И., Ахонен С., Кайла М., Эрккола М., Хаапала А.М., Кронберг Киппиля С., Вейола Р., Илонен Дж., Симелл О., Книп М., Виртанен С.М.: диета матери во время беременности и аллергическая сенсибилизация у потомства к 5 годам: проспективное когортное исследование. Pediatr Allergy Immunol. 2010, 21: 29-37. 10.1111 / j.1399-3038.2009.00949.x.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 13.

    Lee JY, So TY, Thackray J: Обзор лечения дефицита витамина D у педиатрических пациентов. J Pediatr Pharmacol Ther. 2013, 18: 277-291.

    PubMed PubMed Central Google ученый

  • 14.

    Holick MF: Дефицит витамина D. N Engl J Med. 2007, 357: 266-281. 10.1056 / NEJMra070553.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 15.

    Yim S, Dhawan P, Ragunath C, Christakos S, Diamond G: Индукция кателицидина в нормальных и CF бронхиальных эпителиальных клетках 1,25-дигидроксивитамином D (3). J Cyst Fibros. 2007, 6: 403-410. 10.1016 / j.jcf.2007.03.003.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 16.

    мл. М., Ивата М.: Влияние витаминов на иммунную систему: витамины A и D занимают центральное место. Nat Rev Immunol. 2008, 8: 685-689. 10.1038 / nri2378.

    Артикул Google ученый

  • 17.

    Американская академия педиатрии: Диетические рекомендации по потреблению кальция и витамина D. Педиатрия. 2012, 130: e1424-

    Статья Google ученый

  • 18.

    Абрамс С.А.: Диетические рекомендации по содержанию кальция и витамина D: новая эра. Педиатрия. 2011, 127: 566-568. 10.1542 / peds.2010-3576.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 19.

    Staples JA: Экологический анализ некоторых иммунных заболеваний, включая диабет 1 типа, в Австралии: широта, региональное ультрафиолетовое излучение и среда распространенности заболеваний. Перспектива здоровья. 2003, 111: 518-523.

    Артикул Google ученый

  • 20.

    Hart PH, Gorman S, Finlay-Jones JJ: Модуляция иммунной системы УФ-излучением: больше, чем просто эффекты витамина D ?. Nat Rev Immunol. 2011, 11: 584-596. 10.1038 / nri3045.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 21.

    Хьюз А.М., Лукас Р.М., Понсонби А.Л., Чепмен К., Култхард А., Уважаемый К., Дуайер Т., Килпатрик Т.Дж., МакМайкл А.Дж., член парламента Пендера, Тейлор Б.В., Валери П., Ван дер Мей И.А., Уильямс Д.: Роль широты, ультрафиолетового излучения и витамина D в детской астме и сенной лихорадке: австралийское многоцентровое исследование. Pediatr Allergy Immunol. 2011, 22: 327-333. 10.1111 / j.1399-3038.2010.01099.Икс.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 22.

    Mai XM, Chen Y, Camargo CA, Langhammer A: Уровни 25-гидроксивитамина D в сыворотке и аллергический ринит у взрослых норвежцев - исследование HUNT. Аллергия. 2014, 69: 488-493. 10.1111 / all.12365.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 23.

    Devereux G: События ранней жизни при астматической диете. Педиатр Пульмонол.2007, 42: 663-673. 10.1002 / ppul.20640.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 24.

    Hollams EM, Hart PH, Holt BJ, Serralha M, Parsons F, de Klerk NH, Zhang G, Sly PD, Holt PG: Витамин D и фенотипы атопии и астмы у детей: продольное когортное исследование. Eur Respir J. 2011, 38: 1320-1327. 10.1183 / 0

  • 36.00029011.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 25.

    Navas-Nazario A, Li FY, Shabanova V, Weiss P, Cole DE, Carpenter TO: Bazzy-Asaad A Влияние генотипа витамин D-связывающего белка на развитие астмы у детей. Ann Allergy Asthma Immunol. 2014, 112: 519-524. 10.1016 / j.anai.2014.03.017.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 26.

    Холларнс Е.М.: Витамин D и фенотипы атопии и астмы у детей. Curr Opin Allergy Clin Immunol.2012, 12: 228-234. 10.1097 / ACI.0b013e3283534a32.

    Артикул Google ученый

  • 27.

    Gupta A, Sjoukes A, Richards D, Banya W, Hawrylowicz C, Bush A, Saglani S: Взаимосвязь между витамином D в сыворотке крови, тяжестью заболевания и ремоделированием дыхательных путей у детей с астмой. Am J Respir Crit Care Med. 2011, 184: 1342-1349. 10.1164 / rccm.201107-1239OC.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 28.

    Searing DA, Zhang Y, Murphy JR, Hauk PJ, Goleva E, Leung DY: Снижение уровня витамина D в сыворотке крови у детей с астмой связано с повышенным использованием кортикостероидов. J Allergy Clin Immunol. 2010, 125: 995-1000. 10.1016 / j.jaci.2010.03.008.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 29.

    Джирапонгсананурук О., Меламед I: Леунг Д.Ю.: Аддитивные иммуносупрессивные эффекты 1,25-дигидроксивитамина D3 и кортикостероидов на реакцию Th2, но не Th3.J Allergy Clin Immunol. 2000, 106: 981-985. 10.1067 / mai.2000.110101.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 30.

    Urry Z, Xystrakis E, Richards DF, McDonald J, Sattar Z, Cousins ​​DJ, Corrigan CJ, Hickman E, Brown Z, Hawrylowicz CM: лигирование TRL9, индуцированное на человеческих IL10-секретирующих Treg с помощью 1 альфа, 25-дигидроксивитамин D3 отменяет регуляторную функцию. J Clin Invest. 2009, 119: 387-398.

    CAS PubMed PubMed Central Google ученый

  • 31.

    Damera G, Fogle HW, Lim P, Goncharova EA, Zhao H, Banerjee A, Tliba O, Krymskaya VP, Panettieri RA: Витамин D подавляет рост гладкомышечных клеток дыхательных путей человека посредством индуцированного фактором роста фосфорилирования белка ретинобластомы и киназы контрольной точки 1. Br J Pharmacol. 2009, 158: 1429-1441. 10.1111 / j.1476-5381.2009.00428.x.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 32.

    Барнс П.Дж., Адкок И.М.: Устойчивость к глюкокортикоидам при воспалительных заболеваниях.Ланцет. 2009, 373: 905-1917.

    Артикул Google ученый

  • 33.

    Адкок И.М., Барнс П.Дж .: Молекулярный механизм устойчивости к кортикостероидам. Грудь. 2008, 134: 394-401. 10.1378 / сундук.08-0440.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 34.

    Barnes PJ: Устойчивость к кортикостероидам у пациентов с астмой и хронической обструктивной болезнью легких. J Allergy Clin Immunol.2013, 131: 636-645. 10.1016 / j.jaci.2012.12.1564.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 35.

    Робинс Д.С.: Регуляторные Т-клетки и астма. Clin Exp Allergy. 2009, 39: 1314-1323. 10.1111 / j.1365-2222.2009.03301.x.

    Артикул Google ученый

  • 36.

    Xystrakis E, Kusumakar S, Boswell S, Peek E, Urry Z, Richards DF, Adikibi T, Pridgeon C, Dallman M, Loke TK, Robinson DS, Barrat FJ, O'Garra A, Lavender P, Lee TH, Corrigan C, Hawrylowicz CM: обращение вспять дефектной индукции регуляторных Т-клеток, секретирующих IL10, у пациентов с астмой, устойчивой к глюкокортикоидам.J Clin Invest. 2006, 116: 146-155.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 37.

    Сазерленд Е.А., Голева Е., Джексон Л.П., Стивенс А.Д.: Леунг Д.Ю.: Уровни витамина D, функция легких и ответ на стероиды при астме у взрослых. Am J Respir Crit Care Med. 2010, 181: 699-704. 10.1164 / rccm.200911-1710OC.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 38.

    Zhang Y, Goleva E, Leung DY: Витамин D усиливает индуцированную глюкокортикоидами экспрессию митоген-активируемой протеинкиназы фосфатазы-1 (MKP-1) и их антипролиферативный эффект в мононуклеарных клетках периферической крови. J Allergy Clin Immunol. 2009, 123: S121-

    Статья Google ученый

  • 39.

    Пун А.Х., Махбуб Б., Хамид В. Дефицит витамина D и тяжелая астма. Pharmacol Ther. 2013, 140: 148-155. 10.1016 / j.pharmthera.2013.06.006.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 40.

    Ван В., Ли Дж. Дж., Фостер П.С., Хансбро П.М., Ян М.: Потенциальные терапевтические цели при стероидно-устойчивой астме. Curr Drug Targets. 2010, 11: 957-970. 10.2174 / 138945010791591412.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 41.

    Марголис Р.Н., Кристакос С.: Надсемейство ядерных рецепторов стероидных гормонов и регуляция гена витамина D.Обновление. Ann N Y Acad Sci. 2010, 1192: 208-214. 10.1111 / j.1749-6632.2009.05227.x.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 42.

    Busse WW, Lemanske RF, Gern JE: Роль вирусных респираторных инфекций в астме и обострениях астмы. Ланцет. 2010, 376: 826-834. 10.1016 / S0140-6736 (10) 61380-3.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 43.

    Brehm JM, Celedón JC, Soto-Quiros ME, Avila L, Hunninghake GM, Forno E, Laskey D: Уровни витамина D в сыворотке и маркеры тяжести детской астмы в Коста-Рике. Am J Respir Crit Care Med. 2009, 179: 765-771. 10.1164 / rccm.200808-1361OC.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 44.

    Sabetta JR, DePetrillo P, Cipriani RJ, Smardin J, Burns LA, Landry ML: 25-гидроксивитамин d в сыворотке и частота острых вирусных инфекций дыхательных путей у здоровых взрослых.PLoS One. 2010, 5: e11088-10.1371 / journal.pone.0011088.

    Артикул PubMed PubMed Central Google ученый

  • 45.

    Баиз Н., Дарджент-Молина П., Варк Дж. Д., Субербьель Дж. К., Аннеси-Маесано I. Группа исследования когорты матери и ребенка EDEN. Пуповинная сыворотка 25-гидроксивитамин D и риск преходящих хрипов в раннем детстве и атопического дерматита. J Allergy Clin Immunol. 2014, 133: 147-153. 10.1016 / j.jaci.2013.05.017.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 46.

    Beigelman A, Zeiger RS, Mauger D, Strunk RC, Jackson DJ, Martinez FD, Morgan WJ, Covar R, Szefler SJ, Taussig LM, Bacharier LB: Сеть исследований и образования детской астмы (CARE) Национальной сети сердца, легких, и Институт крови. Связь между статусом витамина D и частотой обострений, требующих пероральных кортикостероидов, у детей дошкольного возраста с повторяющимся хрипом. J Allergy Clin Immunol. 2014, 133: 1489-1492. 10.1016 / j.jaci.2014.02.024.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 47.

    Goleva E, Searing DA, Jackson LP, Richers BN, Leung DY: Потребность в стероидах и иммунные ассоциации с витамином D сильнее у детей, чем у взрослых, страдающих астмой. J Allergy Clin Immunol. 2012, 129: 1243-1251. 10.1016 / j.jaci.2012.01.044.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 48.

    Allen KJ, Koplin JJ, Ponsonby AL, Gurrin LC, Wake M, Vuillermin P, Martin P, Matheson M, Lowe A, Robinson M, Tey D, Osborne NJ, Dang T, Tina Tan HT, Thiele L, Anderson D, Czech H, Sanjeevan J, Zurzolo G, Dwyer T, Tang ML, Hill D, Dharmage SC: Недостаточность витамина D связана с подтвержденной пищевой аллергией у младенцев.J Allergy Clin Immunol. 2013, 131: 1109-1116. 10.1016 / j.jaci.2013.01.017.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 49.

    Weisse K, Winkler S, Hirche F, Herberth G, Hinz D, Bauer M, Röder S, Rolle-Kampczyk U, von Bergen M, Olek S, Sack U, Richter T, Diez U, Borte M , Stangl GI, Lehmann I: Статус витамина D у матери и новорожденного и его влияние на развитие пищевой аллергии в немецком когортном исследовании LINA. Аллергия. 2013, 68: 220-228.10.1111 / all.12081.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 50.

    Лю Х, Ван Г, Хонг Х, Ван Д, Цай Х.Дж., Чжан С., Аргуэльес Л., Кумар Р., Ван Х, Лю Р., Чжоу И, Пирсон С., Ортиз К., Шлеймер Р., Холт П. , Pongracic J, Price HE, Langman C, Wang X: Взаимодействие гена и витамина D на пищевую сенсибилизацию: проспективное когортное исследование. Аллергия. 2011, 66: 1442-1448. 10.1111 / j.1398-9995.2011.02681.x.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 51.

    Peroni DG, Boner AL: Пищевая аллергия: перспективы профилактики с использованием витамина D. Curr Opin Allergy Clin Immunol. 2013, 1: 287-292.

    Артикул Google ученый

  • 52.

    Peroni DG, Piacentini GL, Cametti E, Chinellato I, Boner AL: Корреляция между уровнями 25 (OH) -витамина D в сыворотке крови и тяжестью атопического дерматита у детей. Br J Dermatol. 2012, 164: 1078-1082.

    Артикул Google ученый

  • 53.

    Samochocki Z, Bogaczewicz J, Jeziorkowska R, Sysa-Jędrzejowska A, Glińska O, Karczmarewicz E, McCauliffe DP, Woniacka A: Эффекты витамина D при атопическом дерматите. J Am Acad Dermatol. 2013, 69: 238-244. 10.1016 / j.jaad.2013.03.014.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 54.

    Akan A, Azkur D, Ginis T, Toyran M, Kaya A, Vezir E, Ozcan C, Ginis Z, Kocabas CN: Уровень витамина D у детей коррелирует с тяжестью атопического дерматита, но только у пациентов с аллергическая сенсибилизация.Pediatr Dermatol. 2013, 30: 359-363. 10.1111 / pde.12058.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 55.

    Cheng HM, Kim S, Park GH, Chang SE, Bang S, Won CH, Lee MW, Choi JH, Moon KC: Низкие уровни витамина D связаны с атопическим дерматитом, но не с аллергическим ринитом, астмой, или сенсибилизация IgE у взрослого корейского населения. J Allergy Clin Immunol. 2014, 133 (4): 1048-1055. 10.1016 / j.jaci.2013.10.055.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 56.

    Norizoe C, Akiyama N, Segawa T, Tachimoto H, Mezawa H, Ida H, Urashima M: Повышенная пищевая аллергия и витамин D: рандомизированное, двойное слепое, плацебо-контролируемое исследование. Pediatr Int. 2014, 56 (1): 6-12. 10.1111 / ped.12207.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 57.

    Chiu YE, Havens PL, Siegel DH, Ali O, Wang T, Holland KE, Galbraith SS, Lyon VB, Drolet BA: концентрация 25-гидроксивитамина D в сыворотке не коррелирует с тяжестью атопического дерматита.J Am Acad Dermatol. 2013, 69 (1): 40-46. 10.1016 / j.jaad.2013.01.010.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 58.

    Hata TR, Audish D, Kotol P, Coda A, Kabigting F, Miller J, Alexandrescu D, Boguniewicz M, Taylor P, Aertker L, Kesler K, Hanifin JM, Leung DY, Gallo RL: случайный выбор контролируемое двойное слепое исследование эффектов пищевых добавок с витамином D у пациентов с атопическим дерматитом.J Eur Acad Dermatol Venereol. 2014, 28: 781-789. 10.1111 / jdv.12176.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 59.

    Ван К., Чжан В., Ли Х, Апрецио Р., Ву В., Лин Ю., Ли Ю.: Влияние 25-гидроксивитамина D3 на производство кателицидина и антибактериальную функцию кератиноцитов ротовой полости человека. Cell Immunol. 2013, 283 (1-2): 45-

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 60.

    Reinholz M, Ruzicka T, Schauber J: Кателицидин LL-37: антимикробный пептид, играющий роль в воспалительных заболеваниях кожи. Ann Dermatol. 2012, 24: 126-135. 10.5021 / ad.2012.24.2.126.

    CAS Статья PubMed PubMed Central Google ученый

  • 61.

    Mullins RJ, Clark S, Camargo CA: Региональные различия в назначениях автоинъекторов адреналина в Австралии: больше доказательств в пользу гипотезы витамина D-анафилаксии.Ann Allergy Asthma Immunol. 2009, 103: 488-495. 10.1016 / S1081-1206 (10) 60265-7.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 62.

    Braegger C, Campoy C, Colomb V, Decsi T, Domellof M, Fewtrell M, Hojsak I, Mihatsch W, Molgaard C, Shamir R, Turck D, van Goudoever J, Комитет ESPGHAN по питанию: витамин D в здоровом педиатрическом населении: программный документ Комитета ESPGHAN по питанию. J Pediatr Gastroenterol Nutr.2013, 56: 692-701. 10.1097 / MPG.0b013e31828f3c05.

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • 63.

    Перони Д.Г., Бономо Б., Казаротто С., Бонер А.Л., Пьячентини Г.Л.: Как изменения в питании повлияли на развитие аллергических заболеваний в детстве. Ital J Pediatr. 2012, 31 (38): 22-

    Статья Google ученый

  • 64.

    Гупта А., Буш А., Гаврилович С., Саглани С. Витамин D и астма у детей.Paediatr Respir Rev.2012, 13 (4): 236-243. 10.1016 / j.prrv.2011.07.003.

    Артикул PubMed Google ученый

  • 65.

    Flohr C, Mann J: Новые подходы к профилактике атопического дерматита у детей. Аллергия. 2014, 69 (1): 56-61. 10.1111 / все.12343. DOI: 10.1111 / all.12343

    CAS Статья PubMed Google ученый

  • Витамин D и пищевая аллергия

    Грант AIFA на исследования пищевой аллергии (при поддержке DBV Technologies)
    Д-р Рэйчел Петерс, Детский научно-исследовательский институт Мердока, Виктория.

    Пищевая аллергия представляет собой серьезную проблему для общественного здравоохранения после резкого увеличения ее распространенности за последние два десятилетия, и подростки и молодые люди подвергаются наибольшему риску серьезных и потенциально смертельных аллергических реакций. В Австралии нет средств для лечения пищевой аллергии. К счастью, некоторая пищевая аллергия проходит естественным образом в детстве, однако неизвестно, почему некоторые пищевая аллергия сохраняется в подростковом возрасте и позже. Определение предикторов разрешения срочно необходимо для информирования клинической практики и разработки новых методов лечения.

    Растущее количество исследований демонстрирует, что дефицит витамина D связан с повышенным риском пищевой аллергии, вероятно, из-за его роли в формировании развивающейся иммунной системы. Предварительные данные показывают, что младенцы с аллергией на яйца, у которых устранен дефицит витамина D, с большей вероятностью перерастут аллергию на яйца к 2-летнему возрасту. Неизвестно, относится ли эта ассоциация также к детям старшего возраста или аллергии на арахис, которая, скорее всего, будет стойкой. Этот проект будет оценивать, связано ли разрешение дефицита витамина D у детей с пищевой аллергией с разрешением пищевой аллергии.

    Исследование HealthNuts - это продольное популяционное исследование пищевой аллергии в Мельбурне, Австралия, в котором приняли участие 5300 младенцев в возрасте 12 месяцев. Дети с пищевой аллергией в возрасте 1 года подвергались повторным испытаниям с пищей в возрасте 4–10 лет для проверки развития пищевой толерантности. Образцы крови были собраны у детей, которые столкнулись с проблемами питания, и они будут измерены на уровень витамина D, чтобы оценить, связано ли разрешение дефицита витамина D с разрешением пищевой аллергии.Эти открытия будут иметь важное значение для информирования нашего понимания естественного приобретения пищевой толерантности.

    Грант AIFA на исследования пищевой аллергии 2019 в размере 10 000 долларов США поддерживается DBV Technologies.

    Молочные продукты, потребление кальция и витамина D во время беременности, а также хрипы и экзема у младенцев

    Реферат

    В настоящем проспективном исследовании изучалась связь между потреблением матерью молочных продуктов, кальция и витамина D во время беременности и риском хрипов и экземы у младенцев в возрасте 16–24 месяцев.

    Испытуемыми были 763 японские пары мать-ребенок. Данные о потреблении пищи матерью во время беременности оценивались с помощью анкеты по истории питания. Симптомы хрипов и экземы были основаны на критериях Международного исследования астмы и аллергии в детстве.

    Более высокое потребление материнскими молочными продуктами, молока, сыра и кальция во время беременности было значительно связано со снижением риска младенческого хрипа, но не экземы (скорректированные OR (95% ДИ) между крайними квартилями были равны 0.45 (0,25-0,79), 0,50 (0,28-0,87), 0,51 (0,31-0,85) и 0,57 (0,32-0,99) соответственно). Когда потребление витамина D матерью во время беременности было разделено на две группы с использованием пороговой точки на 25-м процентиле, у детей, чьи матери потребляли ≥4,309 мкг в день -1 , был значительно снижен риск хрипов и экземы (скорректированные OR ( 95% ДИ) составили 0,64 (0,43-0,97) и 0,63 (0,41-0,98) соответственно).

    Более высокое потребление кальция и молочных продуктов, кроме йогурта, во время беременности может снизить риск младенческого хрипа.Повышенное потребление витамина D во время беременности может защитить от хрипов и экземы у детей.

    Эпидемиологические исследования взаимосвязи потребления молочных продуктов с астмой, хрипом и / или экземой дали смешанные результаты 1–8. Некоторые исследования обнаружили защитную связь между потреблением молочной пищи и любыми симптомами таких состояний 1–3, в то время как другие сообщили о нулевой связи 4–7. Только одно поперечное исследование молодых австралийцев показало значительную положительную связь между потреблением молочных продуктов, отличных от молока, и распространенностью астмы 8.

    Вызывает интерес роль внутриматочного воздействия в развитии аллергических заболеваний. Когортное исследование новорожденных в Германии не выявило связи между потреблением молока, йогурта или сыра матерью во время беременности и риском диагностированной врачом экземы у детей в возрасте 2 лет. 9. В когортном исследовании новорожденных в Нидерландах потребление материнскими молочными продуктами ( среднее потребление молока и молочных продуктов) во время беременности не было связано с риском хрипов у детей в течение первых 8 лет жизни 10.У 3-летних детей в США была обнаружена значительная обратная взаимосвязь «экспозиция-реакция» между потреблением витамина D матерью во время беременности и риском рецидива хрипов, но не экземы. 11. Проспективное исследование в Великобритании показало, что более высокий уровень витамина D у матери. потребление во время беременности было значительно связано со снижением риска хрипов у детей в возрасте 5 лет, тогда как такая обратная связь не наблюдалась у детей в возрасте 2 лет 12. Пренатальный дефицит витамина D может повлиять на развитие легких и иммунной системы плода 13.Молочные продукты - богатый источник кальция. Насколько нам известно, ни одно эпидемиологическое исследование не изучало связь между потреблением кальция матерью во время беременности и риском аллергических расстройств у детей.

    В этом исследовании мы изучили связь между потреблением матерью молочных продуктов, кальция и витамина D во время беременности и риском хрипов и экземы у японских детей в возрасте 16–24 месяцев, используя данные Осакского исследования здоровья матери и ребенка. (ОМЧС).

    МЕТОДЫ

    Исследуемая популяция

    OMCHS - проспективное когортное исследование. Подробности OMCHS были описаны в другом месте 14. Мы набрали беременных женщин на исходном уровне. Город Нэягава (Япония) - один из 43 муниципалитетов префектуры Осака, мегаполиса Японии. В период с ноября 2001 г. по март 2003 г. из 3639 подходящих субъектов в городе Нэягава 627 (17,2%) женщин участвовали в OMCHS. Для увеличения размера выборки также были набраны беременные женщины, проживающие в других муниципалитетах, кроме города Нэягава.Восемь беременных женщин, которые жили в муниципалитетах, прилегающих к городу Нэягава, и которые узнали о OMCHS в акушерской клинике до августа 2002 года, сами решили участвовать в OMCHS. Кроме того, с августа 2002 по март 2003 года было 77 участников, которые получили разъяснения по поводу OMCHS от медицинских сестер шести других муниципалитетов. С октября 2002 года по март 2003 года 290 участников были набраны из университетской больницы и трех акушерских больниц в трех других муниципалитетах. .

    Наконец, в общей сложности 1002 женщины между 5-й и 39-й неделями беременности дали свое полностью информированное согласие в письменной форме и заполнили базовое обследование. Из 1002 женщин 867 пар мать-ребенок участвовали во втором обследовании через 2–9 месяцев после родов. Из 867 пар мать-ребенок 763 участвовали в третьем опросе в период от 16 до 24 месяцев после родов и были включены в настоящий анализ. OMCHS был одобрен этическим комитетом Медицинской школы Университета Осаки.

    Измерения

    Базовая оценка OMCHS включала набор из двух анкет, заполняемых самостоятельно. Кроме того, как во втором, так и в третьем опросе использовались анкеты, заполняемые самостоятельно. Участники отправляли анкеты с ответами в центр управления данными во время каждого опроса. Техники-исследователи заполняли недостающие или нелогичные данные в телефонном интервью.

    Один из опросников для самостоятельного заполнения на начальном этапе представлял собой полуколичественный комплексный опросник по истории питания (DHQ), в котором оценивались диетические привычки в течение предшествующих месяцев 15, 16.Оценки ежедневного потребления пищевых продуктов (всего 150 наименований), энергии и выбранных питательных веществ были рассчитаны с использованием специального компьютерного алгоритма для DHQ 15, 16, основанного на Стандартных таблицах состава пищевых продуктов в Японии 17, 18. Всего молочных продуктов Потребление продукта считалось суммой молока, йогурта и сыра. Информация о пищевых добавках не использовалась, потому что лишь небольшое количество участников использовали добавки кальция (5,5%) и поливитаминов (4,2%) по крайней мере один раз в неделю. Согласно валидационному исследованию 92 женщин в возрасте 31–69 лет, коэффициенты корреляции Пирсона между DHQ и 16-дневными взвешенными диетическими записями были равны 0.51 для кальция и 0,47 для витамина D (неопубликованные данные). Для анализа использовалось потребление, скорректированное по энергии остаточным методом 19.

    Во второй анкете на исходном уровне задавали вопросы о возрасте матери, сроке беременности, доходе семьи, образовании матери и отца, астме, атопической экземе и аллергическом рините в анамнезе матери и отца, а также изменениях в рационе питания за предыдущий 1 месяц. Отцовский или материнский анамнез астмы, атопической экземы или аллергического ринита считался положительным, если соответствующий родитель лечился лекарствами от любого из этих аллергических расстройств за некоторое время до начала базового исследования.

    Самостоятельно заполненный вопросник во втором опросе позволил получить информацию о поле ребенка, весе при рождении, дате рождения, количестве старших братьев и сестер, курении матери во время беременности и курении в семье. Анкета для самостоятельного заполнения в третьем опросе включала вопросы о продолжительности грудного вскармливания в месяцах и симптомах хрипов и экземы на основе вопросника I фазы 20, 21 Международного исследования астмы и аллергии у детей (ISAAC). Свистящее дыхание определялось как присутствующее, если мать ответила «да» на вопрос «Были ли у вашего ребенка хрипы или свист в груди за последние 12 месяцев?».При экземе требовались утвердительные ответы на следующие три вопроса: «Была ли у вашего ребенка когда-либо зудящая сыпь, которая появлялась и исчезала в течение как минимум 6 месяцев?», «Была ли у вашего ребенка эта зудящая сыпь в любое время за последние 12 месяцев. месяцы?" и «Повлияла ли эта зудящая сыпь на какое-либо из следующих мест: локтевые складки, за коленями, перед щиколотками, под ягодицами или вокруг шеи, ушей или глаз?».

    Статистический анализ

    Потребление исследуемых диетических факторов было классифицировано по квартилям на основе распределения по 763 субъектам.Возраст матери, беременность на исходном уровне, район проживания на исходном уровне, доход семьи, образование матери и отца, история астмы, атопической экземы и аллергического ринита у матери и отца, изменения в рационе матери за предыдущий 1 месяц, сезон, когда были собраны данные на исходном уровне , курение матери во время беременности, старшие братья и сестры, пол, вес при рождении, домашнее курение в одной комнате, продолжительность грудного вскармливания и возраст при третьем обследовании были априори отобраны как потенциальные смешивающие факторы.

    Оценки общих OR и их 95% ДИ хрипов и экземы для каждой исследуемой категории диетического потребления по сравнению с самой низкой категорией потребления были выполнены с помощью логистического регрессионного анализа. Множественный логистический регрессионный анализ использовался для корректировки потенциальных мешающих факторов. Тенденция ассоциации оценивалась с помощью модели логистической регрессии, присваивающей последовательные целые числа (1–4) квартилям переменных воздействия. Все расчеты проводились с использованием программного пакета SAS версии 9.1 (Институт SAS, Inc., Кэри, Северная Каролина, США).

    РЕЗУЛЬТАТЫ

    В третьем исследовании распространенность хрипов и экземы на основе критериев ISAAC составила 22,1% и 18,6% соответственно среди 763 новорожденных. Около 75% младенцев находились на грудном вскармливании в течение 6 месяцев или дольше (таблица 1⇓). О незначительных или существенных изменениях в питании за предыдущий 1 месяц сообщила 551 мать из-за тошноты беременных (n = 453), состояния здоровья матери и плода (n = 89) и других причин (n = 9).Среднесуточное общее потребление энергии матерью и потребление молочных продуктов, кальция и витамина D с поправкой на энергию во время беременности составили 7628,6 кДж, 168,8 г, 542,3 мг и 6,2 мкг соответственно (таблица 2).

    Таблица 1–

    Распределение выбранных характеристик 763 пары родитель – ребенок

    Таблица 2–

    Распределение суточного потребления молочных продуктов, кальция и витамина D у 763 беременных женщин на исходном уровне

    По сравнению с общим потреблением молочных продуктов матерью во время беременности в первом квартиле, потребление в четвертом квартиле было достоверно связано со снижением риска хрипов у потомства, показывая четкую обратную зависимость «экспозиция-реакция»: скорректированное OR для сравнения наивысшего с самым низким квартилем было 0.45 (95% ДИ: 0,25-0,79, p для тренда 0,007) (таблица 3⇓). Аналогичным образом, более высокое потребление молока и сыра матерью во время беременности было независимо связано со снижением риска хрипов у детей: скорректированные OR для самых высоких по сравнению с самыми низкими квартилями составляли 0,50 (95% ДИ: 0,28-0,87, p для тенденции 0,02). ) и 0,51 (95% ДИ: 0,31-0,85, p для тренда 0,02) соответственно. Что касается различных типов молока, потребление матерью жирного, но не нежирного молока было в значительной степени обратно пропорционально риску младенческого хрипа.Не наблюдалось явной взаимосвязи между потреблением йогурта матерью во время беременности и риском хрипов у потомства. Потребление кальция матерью во время беременности было независимо обратно пропорционально связано с риском одышки: скорректированный OR между крайними квартилями составил 0,57 (95% ДИ: 0,32–0,99, p для тенденции 0,04). По сравнению с потреблением витамина D матерью во время беременности в первом квартиле, только его потребление во втором квартиле было независимо связано со снижением риска хрипов у детей.

    Таблица 3–

    Хрипы и экзема у 763 детей в возрасте 16–24 месяцев по квартилям потребления молочных продуктов, кальция и витамина D матерью во время беременности

    Потребление матерью всех молочных продуктов, молока, йогурта, сыра и кальция во время беременности не было связано с риском развития экземы у потомства. Была обнаружена обратная J-образная связь между потреблением витамина D матерью во время беременности и риском развития экземы у детей, хотя скорректированные OR для второго и третьего квартилей имели пограничное значение.

    Поскольку все скорректированные OR для младенческого хрипа и экземы, связанные с потреблением витамина D матерью во время беременности во втором, третьем и четвертом квартилях, были ниже единицы, потребление витамина D матерью во время беременности было разделено на две группы с использованием пороговой точки 25-го числа. процентиль (<4,309 и ≥4,309 мкг · день -1 ). Потребление ≥4,309 мкг / день -1 (≥172,4 МЕ / день -1 ) было значительно связано со снижением риска как хрипов, так и экземы у потомства: скорректированные OR были равны 0.64 (95% ДИ 0,43-0,97) и 0,63 (95% ДИ 0,41-0,98) соответственно. Не было обнаружено взаимодействия между потреблением кальция матерью во время беременности и младенческим хрипом между детьми, матери которых потребляли 4,309 мкг или более витамина D в день во время беременности, и теми, чьи матери потребляли <4,309 мкг в день (p = 0,77 для однородности OR). для наивысшего квартиля).

    Общее потребление молочных продуктов, молока и сыра матерью коррелировало с потреблением кальция матерью: коэффициенты корреляции Пирсона равнялись 0.85 (p <0,0001), 0,74 (p <0,0001) и 0,39 (p <0,0001) соответственно. Существенная обратная зависимость между потреблением матерью всех молочных продуктов, молока и сыра в наивысшем квартиле и риском хрипов у детей была полностью уменьшена путем дальнейшей корректировки потребления кальция матерью во время беременности как непрерывной переменной; дополнительно скорректированные OR составили 0,68 (95% ДИ 0,30–1,53), 0,74 (95% ДИ 0,36–1,50) и 0,63 (95% ДИ 0,37–1,07) соответственно.

    Потребление матерью кальция и витамина D коррелировало с потреблением матерью докозагексаеновой кислоты и витамина Е (таблица 4⇓).Наши предыдущие результаты с использованием данных OMCHS показали значительную обратную связь между потреблением матерью α-линоленовой кислоты, докозагексаеновой кислоты 22 и витамина Е 23 во время беременности и риском хрипов у детей в возрасте 16–24 месяцев. Дополнительная корректировка для потребления матерью α-линоленовой кислоты, докозагексаеновой кислоты или витамина E во время беременности существенно не изменила значительных обратных зависимостей между потреблением матерью всех молочных продуктов, молока и сыра во время беременности и риском хрипов у детей.Однако обратная связь между потреблением матерью кальция в наивысшем квартиле и ≥4,309 мкг / день -1 витамина D и младенческим хрипом не была статистически значимой после дальнейшего контроля потребления докозагексаеновой кислоты матерью (дополнительно скорректированные OR (95%) ДИ) составляли 0,60 (0,34-1,04) и 0,76 (0,47-1,25) соответственно) или витамина Е (дополнительно скорректированные ОР (95% ДИ) составили 0,62 (0,35-1,08) и 0,71 (0,47-1,08) соответственно), тогда как значимые обратные ассоциации остались после дополнительной корректировки на потребление материнской α-линоленовой кислоты.Согласно нашим предыдущим результатам, касающимся экземы, дополнительная поправка на потребление матерью n-6 полиненасыщенных жирных кислот 22, зеленых и желтых овощей, цитрусовых или β-каротина 23 существенно не изменила значимой обратной связи между потреблением матерью 4,309 мкг · день -1 или более витамина D и детской экземы, тогда как обратная связь исчезла после дальнейшего контроля потребления витамина Е матерью (дополнительно скорректированный OR (95% ДИ) составил 0,68 (0,44-1.06)).

    Таблица 4–

    Коэффициенты корреляции Пирсона между потреблением матерью всех молочных продуктов, кальция и витамина D с потреблением матерью отдельных пищевых переменных

    ОБСУЖДЕНИЕ

    Насколько нам известно, текущее когортное исследование новорожденных впервые обнаружило, что потребление матерью всех молочных продуктов, молока, особенно цельного молока, сыра и кальция во время беременности, независимо связано со снижением риска хрипов у младенцев. в возрасте 16–24 месяцев, хотя такой обратной связи с потреблением йогурта матерью не наблюдалось.С другой стороны, не наблюдалось никакой существенной связи между потреблением матерью всех молочных продуктов, молока, йогурта, сыра и кальция во время беременности и риском экземы у потомства. У детей, чья мать ежедневно потребляла 4,309 мкг или более витамина D во время беременности, значительно снижался риск хрипов и экземы, что свидетельствует о пороговом эффекте, а не о монотонной тенденции. Это первое исследование среди незападных групп населения, в котором изучается взаимосвязь потребления витамина D матерью с аллергическими расстройствами у потомства.

    Потенциальные защитные эффекты общего потребления молочных продуктов, молока и сыра матерью во время беременности на хрипы у младенцев по существу исчезли, когда в этом исследовании мы дополнительно контролировали потребление кальция матерью во время беременности. Таким образом, полезные ассоциации с молочными продуктами могут быть в некоторой степени связаны с кальцием или неизмеренными составляющими, связанными с кальцием. Неизвестные факторы в йогурте могли повлиять на ожидаемую пользу от потребления материнским кальцием во время беременности для развития хрипов у потомства в нашей популяции.Весь кальций в жидкостях организма, будь то в крови, в интерстициальных пространствах или внутри клеточного цитозоля или органелл, происходит из рациона 24. Несколько путей притока Ca 2+ могут быть реализованы на различных стадиях развития и созревания лимфоцитов 25 Hammond et al. 26 наблюдали, что увеличение внеклеточного кальция вызывает высвобождение Ca 2+ из внутриклеточных хранилищ в В-клетках человека, активирует сигнальные каскады и приводит к увеличению экспрессии кластера дифференцировки (CD) 83 и чувствительности к Toll-подобному рецептору, B- сигналы рецепторов клеток и цитокинов.Местные изменения внеклеточного кальция могут ощущаться близлежащими В-клетками и подготавливать их к взаимодействию с Т-клетками 26. Таким образом, можно ожидать, что более высокое потребление кальция матерью во время беременности будет сдерживать колебания внеклеточного кальция у плода и модулировать антенатальные иммунные ответы посредством подавления механизма определения кальция на В-клетках, что приводит к снижению риска аллергических расстройств у ребенка. Однако в текущем исследовании не было обнаружено никакой связи между потреблением кальция матерью во время беременности и риском экземы у младенцев.

    Среднее потребление витамина D беременными женщинами, участвовавшими в ранее упомянутом когортном исследовании в Великобритании и в когортном исследовании новорожденных в США, составляло 137 МЕ · день -1 и 548 МЕ · день -1 , соответственно 11, 12. соответствующий показатель для текущего исследования составлял 248 МЕ · день -1 . Молоко, обогащенное витамином D, является основным источником витамина D в рационе питания США 11. Рыба и яйца являются основными источниками потребления витамина D среди японцев. Обратная связь между потреблением витамина D матерью во время беременности и риском развития хрипов у детей наблюдалась в трех разных популяциях независимо от количества потребляемого витамина D.Основным источником витамина D является кожный синтез, вызванный воздействием солнечного света, независимо от популяции 27. Два предыдущих когортных исследования рождения 11, 12 и наше исследование не принимали во внимание состояние воздействия солнечного света. Другое проспективное исследование в Великобритании показало, что дети, матери которых имели более высокие концентрации 25 (OH) -витамина D в сыворотке крови на поздних сроках беременности, имели значительно повышенный риск видимой экземы при осмотре в 9 месяцев и астмы в возрасте 9 лет 28. Влияние витамина D на аллергические расстройства может зависеть от времени воздействия витамина D.В когортном исследовании новорожденных в Финляндии субъекты, которые регулярно получали добавки витамина D в течение первого года по сравнению с другими, имели незначительно значительный повышенный риск астмы в возрасте 31 год 29 лет. Более высокое потребление витамина D в возрасте 5 месяцев было значительно положительно связано с риск экземы в возрасте 6 лет у шведских детей 30.

    Настоящее исследование имело сильные методологические преимущества. Субъекты исследования были однородными с точки зрения одного и того же места жительства.Мы включили обширную информацию о потенциальных смешивающих факторах. Перспективный дизайн, вероятно, уменьшит возможность систематической ошибки отзыва. Определение хрипов и экземы было основано на вопросах ISAAC, хотя проверочные тесты вопросов ISAAC не проводились для японских младенцев. Не было предпринято никаких попыток установить статус результата с помощью анализа медицинских записей. Более того, изучаемые результаты были измерены в разном возрасте от 16 до 24 месяцев, и, кроме того, известно, что хрипы в младенчестве не являются хорошим предиктором астмы в долгосрочной перспективе.Эти недостатки могут привести к смещению величины наблюдаемых эффектов в сторону нуля.

    В этом исследовании есть и другие ограничения, заслуживающие признания. Наш DHQ мог только приблизительно соответствовать потреблению, хотя корреляция между DHQ и диетическими записями была разумной, как описано выше. Следствием этого была бы недооценка наших результатов. Наш DHQ был разработан для оценки недавнего диетического потребления, , т.е. за 1 месяц до заполнения анкеты.Однако этот недостаток, вероятно, будет устранен после корректировки на сезон, когда были собраны данные. Изменения в диете за последний месяц контролировались, поскольку беременные женщины могут изменить свой рацион. Информация о непастеризованном или сыром молоке не была включена в наш DHQ; однако японцы редко употребляют сырое молоко даже в сельской местности. Мы не включали данные о том, проживал ли кто-либо из участников на ферме, где потребление сырого молока могло быть более вероятным, чем в городских районах.Исходно почти все участники проживали в префектуре Осака, городском районе с плотностью населения 4655 человек на квадратный километр; таким образом сводя к минимуму участие фермерских семей. Наблюдаемые обратные связи с потреблением матерью кальция и ≥4,309 мкг / день -1 витамина D были ослаблены дополнительной поправкой на потребление докозагексаеновой кислоты или витамина E матерью. Таким образом, потребление докозагексаеновой кислоты или витамина Е матерью могло повлиять на обратные ассоциации.Несмотря на то, что мы скорректировали множество потенциальных искажающих факторов, мы не можем исключить возможность того, что наблюдаемые обратные ассоциации являются следствием остаточного искажения неконтролируемых диетических или недиетических факторов.

    Скорость наблюдения была невысокой. Из 1002 участников на исходном уровне 239 пар мать-ребенок не принимали участие в третьем опросе. Не было никаких существенных различий между 239 неучастниками и 763 участниками в третьем опросе в отношении распределения материнского возраста, материнского и отцовского анамнеза астмы, атопической экземы и аллергического ринита, а также потребления матерью общей энергии, молока, йогурта, сыра. и кальций.По сравнению с неучастниками третьего опроса участники с меньшей вероятностью сообщали о низком семейном доходе и низком уровне образования матери и отца и с большей вероятностью имели высокое потребление витамина D. Более того, на исходном уровне уровень участия в Ноягаве Город составлял всего 17,2%, а в других областях уровень участия невозможно было рассчитать, поскольку точное количество подходящих субъектов среди источников, из которых были набраны участники, не было доступно. Таким образом, пары мать-ребенок в этом исследовании, вероятно, не были репрезентативными для японских пар мать-ребенок в общей популяции.Фактически, уровень образования у матерей в нашем исследовании был выше, чем у населения в целом. По данным переписи населения Японии 2000 года, доля женщин в возрасте 30–34 лет в префектуре Осака с возрастом <13, 13–14, ≥15 лет и неизвестным количеством лет образования составляла 49,2, 32,3, 13,6 и 4,9. % соответственно 31. Нынешнее население могло быть лучше осведомлено о здоровье, чем население в целом.

    Таким образом, результаты этого проспективного исследования показывают, что более высокое потребление матерью всех молочных продуктов, молока, сыра, кальция и витамина D во время беременности может снизить риск младенческого хрипа.Кроме того, повышенное потребление витамина D матерью во время беременности может защитить детей от экземы. Однако наши данные не доказывают, что потребление йогурта во время беременности является профилактикой младенческого хрипа и экземы. Из-за отсутствия обратной связи между потреблением матерью общего количества молочных продуктов, молока, сыра и кальция во время беременности и риском детской экземы мы не можем исключить возможность того, что такое потребление может быть профилактикой респираторных инфекций, а не атопии.Требуется дальнейшее подтверждение этих выводов.

    Заявление о поддержке

    Исследование было поддержано грантом на научные исследования (13770206, 167

    ) Министерства образования, культуры, спорта, науки и технологий, а также грантами на исследования в области здравоохранения и труда, исследованиями по аллергическим заболеваниям и иммунологии от Министерство здравоохранения, труда и социального обеспечения Японии.

    Благодарности

    Авторы выражают признательность правительству города Нэягава, правительству города Хираката, правительству города Катано, правительству города Шиджонаватэ, правительству города Кайдзука, правительству города Такаиси, правительству города Ханнан, медицинской ассоциации города Нэягава, Медицинской ассоциации города Хираката и Медицинской ассоциации города Кадома. Ассоциации (всей Японии) за их ценную поддержку.

    • Получено 26 июня 2009 г.
    • Принято 18 сентября 2009 г.

    Список литературы

    1. Kim JL, Elfman L, Mi Y, et al. Текущая астма и респираторные симптомы среди учеников в связи с факторами питания и аллергенами в школьной среде. Indoor Air 2005; 15: 170–182.

    2. Wijga AH, Smit HA, Kerkhof M, et al. Связь потребления продуктов, содержащих молочный жир, со сниженным риском астмы у детей дошкольного возраста: когортное исследование PIAMA.Thorax 2003; 58: 567–572.

    3. Хиджази Н., Абалхаил Б., Ситон А. Диета и детская астма в переходном обществе: исследование в городской и сельской Саудовской Аравии. Thorax 2000; 55: 775–779.

    4. Fussman C, Todem D, Forster J, et al. Воздействие коровьего молока и астма в когорте новорожденных: повторное определение указывает на обратную причинность. J Asthma 2007; 44: 99–105.

    5. Tabak C, Wijga AH, de Meer G, et al. Диета и астма у голландских школьников (ISAAC-2). Грудь 2006; 61: 1048–1053.

    6. Hong SJ, Lee MS, Lee SY, et al. Высокий индекс массы тела и режим питания связаны с детской астмой. Педиатр Пульмонол 2006; 41: 1118–1124.

    7. Farchi S, Forastiere F, Agabiti N, et al. Факторы питания, связанные с хрипом и аллергическим ринитом у детей.Eur Respir J 2003; 22: 772–780.

    8. Woods RK, Walters EH, Raven JM, et al. Потребление пищи и питательных веществ и риск астмы у молодых людей. Am J Clin Nutr 2003; 78: 414–421.

    9. Sausenthaler S, Koletzko S, Schaaf B, et al. Диета матери во время беременности в отношении экземы и аллергической сенсибилизации у потомства в возрасте 2 лет. Am J Clin Nutr 2007; 85: 530–537.

    10. Виллерс С.М., Вейга А.Х., Брунекриф Б., и др. Потребление пищи матерью во время беременности и долгосрочное развитие астмы у детей. Am J Respir Crit Care Med 2008; 178: 124–131.

    11. Camargo CA Jr, Rifas-Shiman SL, Litonjua AA, et al. Материнское потребление витамина D во время беременности и риск повторяющихся хрипов у детей в возрасте 3 лет. Am J Clin Nutr 2007; 85: 788–795.

    12. Devereux G, Litonjua AA, Turner SW, et al. Материнское потребление витамина D во время беременности и хрипов в раннем детстве. Am J Clin Nutr 2007: 85: 853–859.

    13. Litonjua AA, Weiss ST. Виноват ли дефицит витамина D в эпидемии астмы? Журнал Allergy Clin Immunol 2007; 120: 1031-1035.

    14. Miyake Y, Tanaka K, Sasaki S, et al. Грудное вскармливание и атопическая экзема у младенцев в Японии: исследование здоровья матери и ребенка в Осаке. Pediatr Allergy Immunol 2009; 20: 234–241.

    15. Sasaki S, Yanagibori R, Amano K. Опросник по истории диеты для самостоятельного ввода, разработанный для санитарного просвещения: относительная проверка тестовой версии по сравнению с 3-дневной диетой для женщин. J Epidemiol 1998; 8: 203–215.

    16. Sasaki S, Ushio F, Amano K, et al. Валидация анкеты по анамнезу питания для японских субъектов на основе биомаркеров сыворотки. J Nutr Sci Vitaminol 2000; 46: 285–296.

    17. Агентство науки и технологий. Стандартные таблицы состава пищевых продуктов в Японии. 5-е исправленное и дополненное издание (на японском языке). Токио, Типографское бюро Министерства финансов, 2005 г.

    18. Агентство науки и технологий. Стандартные таблицы состава пищевых продуктов в Японии, раздел жирных кислот.5-е исправленное и дополненное издание (на японском языке). Токио, Типографское бюро Министерства финансов, 2005 г.

    19. Willett W., Stampfer MJ. Общее потребление энергии: значение для эпидемиологического анализа. Am J Epidemiol 1986; 124: 17–27.

    20. Руководящий комитет Международного исследования астмы и аллергии у детей (ISAAC). Мировые различия в распространенности симптомов астмы: Международное исследование астмы и аллергии у детей (ISAAC).Eur Respir J 1998; 12: 315–335.

    21. Williams H, Robertson C, Stewart A, et al. Мировые различия в распространенности симптомов атопической экземы в международном исследовании астмы и аллергии у детей. Журнал Allergy Clin Immunol 1999; 103: 125–138.

    22. Miyake Y, Sasaki S, Tanaka K, et al. Потребление жира матерью во время беременности и риск возникновения хрипов и экземы у японских младенцев в возрасте 16–24 месяцев: Исследование здоровья матери и ребенка в Осаке.Thorax 2009; 64: 815–821.

    23. Мияке Ю., Сасаки С., Танака К. и др. Употребление овощей, фруктов и антиоксидантов во время беременности, а также хрипов и экземы у младенцев. Аллергия 2010; [Epub перед печатью DOI: 10.1111 / j.1398–9995.2009.02267.x].

    24. Лампрехт С.А., Липкин М. Химиопрофилактика рака толстой кишки с помощью кальция, витамина D и фолиевой кислоты: молекулярные механизмы. Nat Rev Cancer 2003; 3: 601–614.

    25. Vig M, Kinet JP. Передача сигналов кальция в иммунных клетках. Нат Иммунол 2009; 10: 21–27.

    26. Hammond CM, White D, Tomic J, et al. Чувствительность к внеклеточному кальцию способствует активации и функционированию В-клеток человека. Кровь 2007; 110: 3985–3995.

    27. Холик MF. Солнечный свет и витамин D для здоровья костей и профилактики аутоиммунных заболеваний, рака и сердечно-сосудистых заболеваний.Am J Clin Nutr 2004; 80: Дополнение. 6 1678S – 1688S.

    28. Гейл CR, Робинсон С.М., Харви NC, и др. Материнский статус витамина D во время беременности и исходов ребенка. Eur J Clin Nutr 2008; 62: 68–77.

    29. Hyppönen E, Sovio U, Wjst M, et al. Добавки витамина D для младенцев и аллергические состояния во взрослом возрасте: когорта новорожденных в Северной Финляндии, 1966 г. Ann N Y Acad Sci 2004; 1037: 84–95.

    30. Bäck O, Blomquist HK, Hernell O, et al. Способствует ли потребление витамина D в младенчестве развитию атопической аллергии? Acta Derm Venereol 2009; 89: 28–32.

    31. Статистическое бюро Министерства государственного управления, внутренних дел, почты и телекоммуникаций. Перепись населения Японии 2000 г., Vol. 3-2-27, статус рабочей силы населения, промышленность (основные группы) занятых лиц и образование (на японском языке).Осака-фу. Токио. Статистическое бюро Министерства государственного управления, внутренних дел, почты и телекоммуникаций, 2002 г.

      Добавить комментарий

      Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *