Развитие фонематического слуха у детей раннего возраста: Картотека игр направленных на развитие фонематического слуха у детей раннего возраста | Методическая разработка по развитию речи (младшая группа):

Содержание

Особенности развития фонематического слуха и моторики пальцев рук у детей раннего возраста с нормальным и задержанным речевым развитием

Аннотация: В статье предлагается новое и чёткое определение термина «задержка речевого развития», кратко описываются причины, приводящие к данному отклонению от нормы речевого онтогенеза. Впервые раскрывается взаимосвязь между развитием фонематического слуха и моторики пальцев рук у детей раннего возраста с нормальным и задержанным речевым развитием, а также отмечаются особенности развития фонематического слуха и дифференцированных движений пальцев рук у малышей с задержкой речевого развития.

Ключевые слова: задержка речевого развития, моторика пальцев рук, фонематическое восприятие, фонематический слух.

Сегодня всё чаще и чаще родители, имеющие детей раннего возраста, и педагоги, работающие в дошкольных образовательных учреждениях с данной возрастной категорией малышей, сталкиваются лицом к лицу с проблемой как задержка речевого развития, которая оказывает отрицательное влияние на процесс обучения, развития и воспитания малыша.

Что же такое задержка речевого развития и почему она возникает?

В современной научной литературе термин «задержка речевого развития» трактуется неоднозначно и расплывчато. Чёткого определения данного термина нет, как и нет структуры дефекта (нарушения) при данном виде отклонения развития речи от нормального речевого онтогенеза (развития). Мы будем использовать следующее определение задержки речевого развития.

Задержка речевого развития (“delayedspeechdevelopment) – это недоразвитие речеязыковой способности, проявляющееся в недостаточном уровне усвоения норм языка и в снижении активности речевой деятельности (речи) и приводящее к задержанному развитию коммуникативной функции речи (функции общения), а также к дефицитарному развитию игровой и познавательной деятельности.

В структуре дефекта (нарушения) задержки речевого развития ведущее место занимает недоразвитие речеязыковой способности. Почему отмечается недоразвитие именно речеязыковой способности, а не речи, хотя сам термин именуется как задержка речевого развития? Дело в том, что речь и язык тесно взаимосвязаны между собой и определяют друг друга.

Язык – это система кодов, знаков, символов. На основе этой системы и реализуется речь. Ребёнок не заговорит, пока не усвоит определённую систему правил, присущую данному языку. В этом и заключается суть речеязыковой способности, которая полноценно при задержке речевого развития не развивается. Это связано ещё и с тем, что ведущим дефектом в структуре недоразвития речеязыковой способности является недоразвитие фонематического слуха, которое тесно связано с недоразвитием тонких кинестетических и кинетических ощущений от положения языка и губ, придающих слову моторный образ. Поэтому чёткие условно-рефлекторные связи между слуховым и моторным образом слова не устанавливаются, что вызывает у ребёнка трудности при усвоении новых слов. Они обусловлены как недоразвитием фонематического слуха, так и нарушением подвижности артикуляционного аппарата (языка и губ).

Фонематический слух(“phonemichearing”) – это специфический слух, позволяющий различать звуки речи (Н. И. Жинкин, 1958). Но чтобы дифференцировать (различать) речевые звуки (звуки, которые мы произносим), малыш должен сначала научиться различать звуки окружающей среды (шум воды, грома, шелест бумаги, звук колокольчика, музыкального молоточка и других музыкальных инструментов). Затем звукоподражательные комплексы, которые представляют собой комплексы речевых звуков, имитирующих звуки окружающей среды (например, «мяу-мяу», «гав-гав», «кап-кап», «кря-кря», «ме-ме» и другие). Однако ребёнок с задержкой речевого развития уже испытывает трудности в дифференциации неречевых звуков (звуки окружающей среды), различие звукоподражательных комплексов является для него ещё сложнее. Так как базовые (основные) функции фонематического слуха не сформированы, то ни о какой дифференциации речевых звуков (высшей ступени фонематического слуха) не может быть и речи. Малыш воспринимает их как шум и не реагирует на них. Все проблемы, связанные с недостаточным уровнем функционирования фонематического слуха, плавно со временем перетекают в недоразвитие

фонематического восприятия (“phonemicperception), которое позволяет определять малышу количество слогов и звуков в слове, их последовательность и местоположение. Именно недоразвитие фонематического восприятия замедляет и искажает формирование элементарных навыков чтения и письма. И к этому, как ни странно, однако в дальнейшем и приводит задержка речевого развития, так как начальные этапы развития фонематических процессов уже функционируют на повреждённой основе. Невозможность установления чёткой условно-рефлекторной связи между слуховым и моторным образом слова является одним из основных предвестников возникновения трудностей в период обучения грамоте, то есть в период формирования элементарных навыков чтения и письма.

Кроме того, у детей с задержкой речевого развития отмечается также недоразвитие моторики пальцев рук. Рука, по мнению М. М. Кольцовой (1973), представляет собой ещё один орган речи. В головном мозге проекция руки тесно связана с речевыми зонами, к которым относятся фонематический слух и движения языка. Поэтому есть все основания предполагать, что развитие моторики руки тесно связано с развитием фонематического слуха у детей с нормальным и задержанным речевым развитием.

Осуществляя коррекционно-развивающую работу с малышами, имеющими задержку речевого развития (22 человека) на базе детского сада №32 «Аленький цветочек» города Реж Свердловской области и сравнивая их моторное и фонематическое развитие с детьми в возрасте от двух лет трёх месяцев до трёх лет, имеющими норму по речи (22 человека), нами были выявлены следующие закономерности развития фонематического слуха и моторики пальцев рук (см. рис. 1). Данные закономерности соотнесены с развитием функциональной асимметрии головного мозга у детей с задержкой речевого развития на основе моторных показателей (выделение ведущей правой руки).

Когда малыши с задержкой речевого развития научатся различать неречевые звуки (звуки окружающей среды), то они уже умеют дифференцированно использовать второй и третий пальцы правой и левой рук (поза «Зайчик»). В этом случае обе руки находятся в одинаковом положении по отношению друг к другу в процессе выполнения данной позы, то есть являются равнозначными. Правое и левое полушария функционируют одинаково.

Отмечаются только предпосылки к развитию функциональной асимметрии головного мозга.

Однако при нормальном речевом развитии дети лучше выполняют позу «Зайчик» на левой руке, чем на правой. Это свидетельствует о преобладающей роли правого полушария и развитии функциональной асимметрии головного мозга в соответствии с онтогенезом. Оно, как правило, начинается всегда с правого полушария и по мере развития ведущей руки (чаще всего правой) постепенно ведущее место отводится левому полушарию. В направлении справа – налево, то есть от правого полушария к левому полушарию, осуществляется развитие любой психической функции (памяти, внимания, фонематического слуха, восприятия, движения, эмоций, речи и т. д.). Это закон развития мозга. Он по-другому работать не умеет. В соответствии с данным законом правое и левое полушария начинают взаимодействовать друг с другом (межполушарное взаимодействие), обеспечивая нормальное протекание и развитие психических процессов. У детей с задержкой речевого развития, как показывают первые данные исследования, закон развития мозга нарушен.

Его необходимо заново формировать, чтобы создать базу для развития психики ребёнка. Указанное положение является основой осуществления коррекционно-развивающего воздействия с данной категорией детей.

При сформированной способности дифференцировать звукоподражательные комплексы малыши с задержкой речевого развития осуществляют дифференциацию второго и пятого пальцев правой и левой рук (поза «Рожки»). Но при этом ведущее место начинает занимать правая рука, создание позы на левой руке происходит с помощью правой руки, что свидетельствует о начале развития функциональной асимметрии головного мозга (выделении ведущего полушария и ведущей руки) и развитии межполушарного взаимодействия.


Рис. 1. Особенности развития фонематического слуха и моторики пальцев рук у детей раннего возраста с нормальным и задержанным речевым развитием

У детей с нормальным речевым развитием поза «Рожки» выполняется правой и левой рукой без ошибок и без оказания помощи со стороны другой руки. Это свидетельствует о достаточном уровне функционирования правого и левого полушария в отдельности, и об установлении между ними чёткой функциональной асимметрии. При этом функциональная асимметрия продолжает своё развитие параллельно с развитием межполушарного взаимодействия.

Различение же речевых звуков у детей с задержкой речевого развития сопровождается дифференцированными движениями пальцев правой и левой рук (поза «Пальчики здороваются»: соединение второго, третьего, четвёртого и пятого пальцев правой и левой рук с большим пальцем одноимённой руки, а затем в обратном направлении). В этом случае выполнение данной позы правой рукой осуществляется лучше, чем левой. При осуществлении позы «Пальчики здороваются» правой рукой отмечается соблюдение последовательности и ритмичности всех движений как в прямом, так и в обратном порядке. При выполнении указанной позы на левой руке присутствуют ошибки в соблюдении последовательности движений. Точно такие же показатели отмечаются ещё и у дошкольников пяти-шести лет, у которых присутствуют речевые нарушения.

Это свидетельствует о недостаточном функционировании у них на данном этапе речевого развития фонематического слуха, фонематического восприятия, о слабости межполушарного взаимодействия, что ярко отражается и в графических рисунках (Е. А. Бушинская, 2013; И. А. Филатова, 1998), а также о продолжающемся развитии функциональной асимметрии. Поэтому выделение ведущего левого полушария по речи отсрочено во времени и обусловлено в большей степени недоразвитием межполушарного взаимодействия. Однако при нормальном речевом развитии поза «Пальчики здороваются» выполняется на обеих руках без ошибок, что говорит о чётком установлении (закреплении) функциональной асимметрии головного мозга и о выделении ведущего (доминантного) левого полушария, отвечающего за речь.

Таким образом, экспериментальные данные показывают, что развитие фонематического слуха тесно связано с развитием моторики пальцев рук и становлением функциональной асимметрии головного мозга, которая осуществляется параллельно с развитием межполушарного взаимодействия. Выявленная закономерность является важным диагностическим показателем речевого и моторного развития ребёнка раннего возраста, и она не относится к детям с моторной алалией и аутизмом.

Однако недоразвитие фонематического слуха и моторики пальцев рук сопровождается и недоразвитием моторики артикуляционного аппарата: движения языка, губ неточные, тонус языка снижен или напряжён, ребёнок не может высунуть язык, поднять его вверх и осуществлять им движения вправо-влево, со стороны губ отмечаются содружественные движения (синкинезии). Недоразвитие фонематического слуха, артикуляционной моторики и моторики пальцев рук являются симптомами, свидетельствующими о наличии у ребёнка дизартрических нарушений (речедвигательных расстройств), (О. Г. Приходько, 2009; Е. Ф. Архипова, 2009) и о неблагополучном психомоторном развитии. Данные симптомы оказывают отрицательное влияние на формирование первоначальных детских слов. Поэтому активный словарь малыша не пополняется и не развивается, не формируются базовые глубинные грамматические структуры. Малыш не может составить предложение (объединить 2-3 слова и употребить их в правильной грамматической форме), так как он не осознал норм языка и поэтому не может сказать его. Хотя намерение к общению со взрослым и обращению к нему за помощью у него очень часто присутствует, но зачастую и может отсутствовать. Ребёнку трудно соотнести услышанное слово с определённым артикуляционным образом, тогда как зрительный образ предмета, действия или признака имеется в его сознании.

Всё это относится к главным причинам, которые вызывают недоразвитие речеязыковой способности, занимающей ведущее место в структуре дефекта как задержка речевого развития. А выявленные экспериментальные данные дают основания предполагать, что развитие фонематического слуха и моторики пальцев рук тесно взаимосвязаны и, кроме того, поэтапная закономерность развития фонематического слуха и дифференцированных движений пальцев рук является важным диагностическим показателем речевого и моторного развития детей раннего возраста.  

Ссылки на источники

  1. Архипова, Е. Ф. Инновационная модель комплексного сопровождения развития детей с перинатальной энцефалопатией и её последствиями: дис. … на соиск. д. п. н. / Е. Ф. Архипова. – Москва :Мос-й. гос. гуманитар. ун-т им. М. А. Шолохова, 2009. – 452 с.
  2. Бушинская, Е. А. Гендерные различия развития пространственного гнозиса и речи у детей старшего дошкольного возраста с фонетико-фонематическим недоразвитием речи и лёгкой степенью псевдобульбарной дизартрии / Е. А. Бушинская // Проблемы современной науки: сборник научных трудов. – 2013. – Выпуск 8, часть 2 – С. 41-48.
  3. Жинкин, Н. И. Механизмы речи / Н. И. Жинкин. – Москва : АПН РСФСР Институт психологии, 1958. – 370 с.
  4. Кольцова, М. М. Двигательная активность и развитие функций мозга ребёнка: роль двигательного анализатора в формировании высшей нервной деятельности ребёнка / М. М. Кольцова. – Москва : Педагогика, 1973. – 144 с.
  5. Приходько, О. Г. Дизартрические нарушения у детей раннего и дошкольного возраста / О. Г. Приходько // Воспитание и обучение детей с нарушениями развития. – 2009. – №6. – С. 49-54.
  6. Филатова, И. А. Коррекция нарушений речи у дошкольников с дизартрией и недоразвитием пространственного гнозиса: дис. … на соиск. к. п. н. / И. А. Филатова. – Екатеринбург : Урал. госуд. пед. ун-т., 1998. – 217 с. 

Elena Bushinskaya,

Speech therapist (tutor),

Municipal autonomous pre-school educational institution

Kindergarten of a combined type №1 «Goluboy korablic»,

Sverdlovsk Region, Rezh.
Peculiarities of the development of phonemic hearing and motor activity of fingers in children of early age with the normal and the delayed speech development
Abstract: The article offers a new and a clear definition of the term “delayed speech development” briefly describes causes that lead in this deviation from speech ontogeny. For the first time it discloses the interconnection between the development of phonemic hearing and motor activity of fingers in children of early age with the normal and the delayed speech development and also notices the peculiarities of the development of phonemic hearing and the differentiated movements of fingers in children with delayed speech development.
Key words: delayed speech development, motor activity of fingers, phonemic hearing, phonemic perception.

ТЕМА 6. Развитие фонематического слуха в раннем возрасте

РЕПОЗИТОРИЙ БГПУ. Тема:

Тема: Развитие слухового восприятия в рамках методики формирования звуковой культуры речи у детей старшего дошкольного возраста с общим недоразвитием речи Малаховская Елена Федоровна Цель исследования:

Подробнее

КОГДА ОБРАЩАТЬСЯ К ЛОГОПЕДУ

КОГДА ОБРАЩАТЬСЯ К ЛОГОПЕДУ 1. Этапы речевого развития. Содержание 2. Причины нарушения речевого развития. 3. Звукопроизношение. 4. Пути преодоления нарушения. 5. Критерии готовности к школе. 6. Рекомендуемая

Подробнее

Пояснительная записка.

Пояснительная записка. Дошкольный возраст важный период в становлении личности ребёнка. Без формирования чистой и правильной речи невозможно приобретать навыки общения и учиться строить отношения с окружающим

Подробнее

ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА

ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА Цель: Предупреждение неуспеваемости, обусловленной различными нарушениями устной и письменной речи. Подготовка к обучению грамоте. Задачи: 1. дать понятие о слове и предложении; 2.

Подробнее

Нарушения письменной речи. Дисграфия

Нарушения письменной речи. Дисграфия Практическое занятие по дисциплине «Логопедия» старшего преподавателя кафедры педагогики и психологии непрерывного образования РЕПОЗИТОРИЙ БГПУ Горониной Т. П, Цель

Подробнее

Все занятия проводятся в игровой форме.

Аннотация к программе дополнительного образования «Умный язычок» Красивая, правильная речь залог успешного обучения. Детям, у которых отсутствует четкая дикция, значительно сложнее выражать свои мысли,

Подробнее

Старшая группа учебный год

Старшая группа 2016 2017 учебный год Воспитатель: Буранова Л.И. Пояснительная записка В последние годы многие учителя начальных классов отмечают большой рост детей с нарушениями письма и чтения (дисграфия,

Подробнее

«Обучение детей звуковому анализу слов»

«Обучение детей звуковому анализу слов» Обучение детей грамоте в детском саду осуществляется аналитико-синтетическим методом. Это означает, что детей сначала знакомят со звуками родного языка, а потом

Подробнее

ПЛАН КРУЖКОВОЙ РАБОТЫ «АБВГДейка».

ОКТЯБРЬ. ПЛАН КРУЖКОВОЙ РАБОТЫ «АБВГДейка». Месяц. Неделя Тема занятия. Цели. 1. 1.Слово. Знакомить дошкольников со звучащим словом, формировать понятие «слово», учить детей самостоятельно называть слова,

Подробнее

УЧЕБНЫЙ ЦЕНТР АВТОГРАФ

Частное образовательное учреждение дополнительного образования УЧЕБНЫЙ ЦЕНТР АВТОГРАФ лицензия 13369 от 16 ноября 2016 года Министерства образования и науки Челябинской области 454080, г. Челябинск, Свердловский

Подробнее

1. Паспорт Программы

Оглавление 1.Паспорт Программы.3 2.Пояснительная записка.6 2.1.Цель и задачи…7 2.2.Планируемые результаты 8 3.Содержание программы 8 4.Педагогическая диагностика.9 5.Организационно-педагогические условия..10

Подробнее

Пояснительная записка

Пояснительная записка К овладению первоначальными навыками чтения требуется определенная готовность сенсомоторной и интеллектуальной сфер дошкольника. Поэтому каждому ребенку необходимо разное время для

Подробнее

Требования к уровню подготовки

Основы грамоты Пояснительная записка Программа составлена на основе учебно-методических разработок для воспитанников, имеющими сложные дефекты (МО РФ от 03.04.2003. 27/27 22 6). Авторы-составители: Л.Б.

Подробнее

«ГРАММАТИК» для детей с 4 до 7 лет

Муниципальное автономное дошкольное образовательное учреждение «Детский сад 281» г.перми ПРИНЯТО: На педагогическом совете протокол 1от «30»августа 2016 16 Чащина ПРОГРАММА ДОПОЛНИТЕЛЬНОГО ОБРАЗОВАНИЯ

Подробнее

ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА Актуальность

ПОЯСНИТЕЛЬНАЯ ЗАПИСКА Актуальность Одним из важных показателей готовности ребенка к школе является его речевое развитие, которое далеко не всегда соответствует возрастному уровню развития будущего школьника.

Подробнее

Пояснительная записка.

Пояснительная записка. Раннее обучение чтению — не дань моде и не прихоть амбициозных родителей. Тенденция к снижению возрастных рамок начала обучения детей чтению имеет вполне объективное основание: внедряются

Подробнее

Пояснительная записка

2 Пояснительная записка К овладению первоначальными навыками чтения требуется определенная готовность сенсомоторной и интеллектуальной сфер дошкольника. Поэтому каждому ребенку необходимо разное время

Подробнее

КАК УЧИТЬ РЕБЕНКА ЧИТАТЬ?

МДОУ ДС с. Пушанина КОНСУЛЬТАЦИЯ ДЛЯ РОДИТЕЛЕЙ КАК УЧИТЬ РЕБЕНКА ЧИТАТЬ? Воспитатель Луконина С.В. С. Пушанино 2015 год Как учить ребенка читать? Современные родители хотят видеть малыша умным, одаренным,

Подробнее

Фонематическое восприятие (слух) в логопедии

Статья:

Фонематический слух напрямую связан с физиологическим, то есть с врожденной способностью слышать различные звуки внешнего мира. Различие между ними в том, что первый помогает не просто слышать, но и анализировать информацию. Фонематическое восприятие в логопедии – это более узкое понятие, включающее в себя различение на слух основных частей слова (слога, звука), дифференциацию речевых и неречевых звуков, определение силы, тембра голоса и многое другое. Если восприятие фонем не сформировано по ряду причин, то происходит нарушение слоговой и звуковой языковых составляющих.

 

Формирование фонематического восприятия/слуха

В дошкольном учреждении работа по формированию фонематической стороны речи проводится постепенно начиная с раннего возраста. Но фундаментальным этапом можно считать развитие фонематического слуха до года:

  • Уже в двухмесячном возрасте младенец при нормальном развитии физиологического слуха различает материнский голос.
  • К трем месяцам жизни малыш определяет, откуда слышен звук, поворачивает голову в сторону раздражителя.
  • Еще через месяц он уже проявляет реакцию на экспрессивность речи (силу и интонацию голоса), может испугаться громкого звука, крика.
  • В 5 месяцев гуление заменяется лепетом. Полугодовалые дети с нормой в развитии внимательно слушают разговор, повторяют за взрослым звуки или прямые открытые слоги.
  • К восьми месяцам ребенок начинает использовать только звуки, присутствующие в его родной речи.

О правильном развитии фонематического слуха в 1-2 года будет свидетельствовать понимание ребенком обращенной к нему речи взрослого. В этом случае подразумевается выполнение простых односложных поручений (к примеру: «дай машину», «принеси куклу»), правильное понимание элементарных вопросов («где папа» и т. д.). При норме интеллекта к трем годам фонематический слух почти сформирован, малыш различает и исправляет неправильную речь.

 

Нарушение фонематического восприятия и слуха у детей

В младшем школьном возрасте проблемы в развитии фонематического слуха и восприятия могут выражаться не только в устной речи детей, но и в письменной. Об этом свидетельствуют такие нарушения, как:

  • Замена, перестановка или пропуск отдельных букв в слове, иногда целых слогов (каша – кафа, кша, акша и т. д.).
  • Недоговаривание слов (игрушка – игрушк).
  • Разделение или слияние слов при написании (в лесу – влесу, поезд – по езд и др.).
  • Пропуск мягкого знака или, наоборот, смягчение там, где этого не требуется (коньки – конки, ранка – ранька).
  • Смысловое искажение (сушка – ушко, баян – баран).

То же самое происходит и при чтении. Дети с ФФН (фонетико-фонематическим нарушением) зачастую не могут сливать звуки в слоги, а слоги в слова: читают набором букв, меняют местами, не дочитывают до конца. Все это приводит к трудностям дальнейшего обучения, в результате чего ребята начинают отставать от своих сверстников.

 

Причины и механизмы возникновения нарушений

Для того чтобы устранить проблему, необходимо знать причины ее возникновения. Задержка или нарушение фонематического слуха и восприятия – это не просто педагогическая запущенность, хотя и этот вариант может быть уместен.

Механизмы возникновения могут быть запущены еще во внутриутробном развитии. Поэтому необходимо знать первопричину, так как именно эта информация позволит определить методы работы с ребенком: не всегда достаточно только логопедической помощи, в некоторых случаях необходимо и медикаментозное лечение.

К основным причинам возникновения ФФН у детей можно отнести следующие:

  • Патологические изменения в онтогенезе плода в период внутриутробного развития речевых зон коры головного мозга или формирования органов речи. Особенно выражено это при нарушениях в строении артикуляционного аппарата, когда ребенок рождается с готическим небом, заячьей губой, волчьим небом и другими патологиями.
  • Родовые травмы, сюда также относится асфиксия плода, неправильное положение щипцов в момент, когда врач направляет плод, длительные, осложненные роды. В результате может быть нарушена работа речевых центров.
  • Перенесенные в раннем детстве вирусные, соматические или инфекционные заболевания.
  • Социальные факторы, способствующие развитию ФФН: педзапущенность, психологическая травма, испуг, неблагоприятное для развития речи окружение (глухота у родителей, отсутствие эмоциональной связи матери с ребенком) и многое другое.

Выявив причинно-следственные связи, специалисты смогут назначить при необходимости лечение и подберут соответствующие коррекционные методы работы. В некоторых случаях, например, детям с заячьей губой или волчьим небом, будет рекомендовано хирургическое вмешательство. Все эти меры помогут избавиться от проблем с речью.

 

Коррекционная работа с детьми с ФФН

Если по результатам психолого-медико-педагогического обследования речи поставлен диагноз ФФН, то воспитанник будет направлен в логопедическую группу для коррекции и устранения выявленной проблемы. Если это произошло своевременно и у малыша легкая или средняя степень ФФН, то есть все шансы устранить нарушения к концу дошкольного возраста.

Логопедическая работа с детьми, страдающими задержкой в развитии фонематического восприятия и слуха, проводится систематически в рамках коррекционной программы ДОУ. Индивидуальная работа, в зависимости от специфики нарушений, ведется по следующим направлениям:

  1. Понимание обращенной речи.
  2. Различение речевых и неречевых звуков: на этом этапе, в зависимости от возраста, могут использоваться музыкальные инструменты, прослушивание звуков природы и ее явлений (журчание воды, щебет птиц, гром, дождь и др.), бытовые шумы (стук в дверь, звуки работающих приборов, телефонный звонок).
  3. Коррекция восприятия схожих по произношению, но разных по значению слов (бабочка – бабушка).
  4. Различение слов, отличающихся друг от друга только одним звуком (лук – люк, полка – палка, сорока – морока).
  5. Работа над заменой и дифференциацией парных звуков (б-п – бочка − почка, з-с – коза − коса).
  6. Развитие умения определять слоговую и звуковую структуру слова.

 

Игры на развитие фонематического слуха для младших дошкольников

В младшем дошкольном возрасте для развития фонематического восприятия и слуха используют игры:

  • На формирование понимания обращенной речи − выполнение поручений.
  • Игры на подражание: игры с движениями «Делай, как я», «Повторяй за мной» (например, педагог предлагает детям попрыгать как зайчики, затем потопать, как медведи, первоначально показывая детям и выполняя вместе с ними соответствующие движения). «Кто, как здоровается (кошка – мяу, корова – му и т. д.)». От предыдущих игр отличается тем, что активно используется речь самого ребенка, а не только педагога.
  • С музыкальными инструментами, ширмой и др.: «Угадай, что играет», «Громко − тихо», «Откуда слышен стук».

 

 

Игры для детей среднего дошкольного возраста

Детям среднего дошкольного возраста можно предложить игры посложнее:

  1. «Найди пару»: малышам предлагается найти одинаковые коробочки, но не по внешним признакам, а по звучанию. Чтобы оформить такую игру, понадобятся одинакового размера и из одного и того же материала коробочки. Отлично подойдут железные емкости из-под канцелярских кнопок, либо «желтки» от киндеров. В них до половины засыпаем крупы или другие сыпучие вещества (сахар, соль, перец, макароны). Должно получиться по две баночки с одинаковой начинкой, при этом на вид они отличаться друг от друга не будут. Чтобы найти пару, ребенку нужно на слух определить, какие баночки «звучат» одинаково.
  2. Активно используются дидактические игры на развитие слогового анализа слова. Игра «Эхо»: ребенок повторяет сначала все слово за педагогом, затем убирает первый слог, второй и в конце называет только последний (например, паровоз − ровоз − воз). Если дети затрудняются, можно сначала попробовать давать короткие слова с открытым ударным последним слогом (пример: лиса – са, сова – ва).

Для формирования фонематического восприятия такой части слова, как слог, подойдут обучающие игры и упражнения «Доскажи словечко», «Назови, какое слово получилось», «Посчитай, сколько слогов в слове» и т. п.

 

Дидактические игры и упражнения для старших дошкольников

В старшем дошкольном возрасте ребенку предлагают задания на восприятие звука, определение его характеристики и места в слове. Сначала дают более легкие игры, где ребенку необходимо дифференцировать звук в изолированном звучании или в слоге, затем уже и в словах:

  • Игра «Поймай звук» подойдет для закрепления умения слышать и различать определенные звуки. Например, логопед попросит ловить звук «Л», сначала называет детям цепочку изолированных звуков «р – о – с – л», когда назван заданный звук, ребята должны успеть хлопнуть в ладоши (как бы «поймать» его). То же самое в слогах и словах («са – ко – мы – ли»). Эта игра поможет сформировать слуховое внимание и восприятие.
  • Игры на определение места звука в слове (в начале и в конце): «Найди ошибку», «Что перепутал автор», «Придумай слово с заданного звука».

Если к началу поступления в школу все будет исправлено, то к 6-7 годам дети смогут даже выполнять фонетический разбор слова.

На фронтальных и индивидуальных занятиях с логопедом, в режимных моментах, на прогулке, при вовлечении в малоподвижные игры, например, «Угадай, кто позвал», происходит непрерывная коррекционная работа по устранению фонетико-фонематических нарушений у воспитанников речевой группы.

  Вся информация взята из открытых источников.
Если вы считаете, что ваши авторские права нарушены, пожалуйста, напишите в чате на этом сайте, приложив скан документа подтверждающего ваше право.
Мы убедимся в этом и сразу снимем публикацию.

Развитие слухового восприятия, внимания, памяти у детей 2-3 лет

Развитие речи у детей младшего дошкольного возраста происходит особенно быстро: быстро, как ни в каком другом возрасте пополняется словарный запас, улучшается звуковое оформление слов, более развернутыми становятся фразы. Однако не все малыши имеют одинаковый уровень речевого развития: одни уже к трем годам чисто и правильно произносят слова, другие говорят все еще недостаточно отчетливо, неправильно произносят отдельные звуки. Таких детей большинство. Их наиболее типичными ошибками являются пропуск и замена звуков, перестановка не только звуков, но и слогов, нарушение слоговой структуры (сокращение слов: “ апиед “ вместо велосипед), неправильное ударение и пр.

На данном возрастном этапе необходимо, прежде всего, учить малышей четко и правильно произносить, а также слышать и различать звуки в словах. Неустойчив еще и голос младших дошкольников: некоторые из них говорят очень тихо, чуть слышно (особенно, если не уверенны в правильности произношения), другие — крикливо. Педагог обращает внимание детей на то, что слова можно произносить с различной громкостью (шепотом, тихо, умеренно, громко), учит детей различать на слух, как громко говорят окружающие и они сами. Такие упражнения помогают развивать у детей младшего дошкольного возраста слуховое восприятие, слуховое внимание и память и это  является базой  развития фонематического  слуха у детей среднего и старшего дошкольного возраста.

Фонематический слух – это тонкий систематизированный слух, обладающий способностью осуществлять операции различения и узнавания фонем, составляющих звуковую оболочку слов. Фонематический слух является одним из компонентов речевого слуха.

Нарушение фонематического восприятия мешает детям овладеть в нужной степени: словарным запасом, грамматическим строем, тормозит  развитие связной речи, вызывает затруднения при дифференциации акустически близких звуков (В-Вь, Б-П, С-Ш). У детей с нарушенным фонематическим слухом с трудом формируются навыки звуко- слогового анализа и синтеза слова  (определение места, количества и последовательности звуков в словах), дети не могут подобрать слово с определенным звуком, с определенным количеством слогов и т. д.

Дети с хорошим фонематическим восприятием достаточно рано усваивают основные звуки языка. В силу физиологических особенностей строения  артикуляционного аппарата они не могу правильно воспроизводить все фонемы родного языка, но при этом хорошо осознают тонкость произношения.

Работу по формированию фонематического восприятия с детьми младшего дошкольного возраста рекомендуется начинать с развития слухового внимания и памяти, используя игры  на развитие неречевого и  речевого слуха.

Предлагаемые ниже игры могут быть использованы для развития у детей слухового  внимания, правильного восприятия речи, для обучения малышей соотносить звучащее слово с картинкой или предметом, внятно произносить  одно-двух -, а также трех-четырехсложные слова, отвечать на вопросы; громко и тихо, воспроизводить звукоподражания.

Воспринимаемые ребенком слуховые сигналы сопровождаются показом игрушек, картинок так или иначе связанных  со слышанными звуками или выполнением действий при  которых слышны те или иные звуковые сигналы. Дети раннего возраста различают звуки:

— по способу воспроизведения (хлопки, притопы),

-по темпу (быстрые постукивания – «сильный дождь», медленные – «небольшой дождик»),

— по ритму (ритмичное звучание – «детки идут», сбитый ритм –  «лошадка скачет»)

— по силе звучания  (громкие звуки – «идет медведь», тихие —   «крадется кошка»).

Работа по формированию слухового восприятия, внимания  памяти проходит поэтапно:

  1. Нахождение и узнавание источника звука
  2. Способность к дифференцировке слуховых сигналов, где широко используются звучащие игрушки, погремушки, колокольчики, свистульки, металлофоны, барабаны, бубны и другие игрушки. Начинать работу надо с пар игрушек с резко контрастным звучанием.

Ребенок раннего возраста дифференцирует звучание игрушек, начиная с 2 – 3лет. Малыш показывает  что звучало,  при возможности называет игрушку, обязательно сам извлекает звуки  с помощью игрушки.

Играя  со звучащими игрушками ребенок исподволь учится различать звуки: по продолжительности звучания (долгие – короткие), по высоте звучания (высокие – низкие), по громкости (громкие – тихие). Так же ребенок учится передавать элементарный  ритмический  рисунок, темп, силу звучания.

Игры для развития слухового восприятия ребёнка 2- 3 лет

Игры на развитие слухового восприятия необходимы для совершенствования умения сосредоточиваться на звуке. Без этой способности нельзя научиться слушать и понимать речь. Как можно чаще пойте ребенку простые песенки, отбивая ритм ладошками или топая ногой. Обыгрывайте сюжеты песен, вовлекая в игру ребенка, пойте, меняя тембр и силу голоса, напевайте знакомые мелодии без слов.

Старайтесь вести все разговоры дома спокойно, не повышая голоса. Многолетний опыт показывает, что если в доме высокий уровень шума (разговоры на повышенных тонах, постоянная музыка, работающий телевизор), то способность ребенка воспринимать на слух страдает в значительной степени.

Что ты слышишь?

Игра развивает остроту слуха, умение правильно воспринимать словесную инструкцию

Необходимый инвентарь: различные игрушки.

◈ Шепотом с расстояния 2-3 метра позовите ребенка. Затем давайте шепотом краткие и простые задания, например: принеси мне куклу, подними мишку.

◈ Говорите тихо, но очень четко.

Молоточек

Игра способствует развитию слуха, освоению понятии «громко», «тихо»

Необходимый инвентарь: детский молоточек.

◈ Предложите ребенку поиграть в плотника. Дайте ему молоток.

◈ Объясните, что сейчас вы будете забивать маленький гвоздик, поэтому стучать надо тихо. Продемонстрируйте, как нужно стучать тихо.

◈ Потом забейте большой гвоздь. Для этого стучать надо сильно и громко.

◈ Отдайте крохе молоток, а сами руководите игрой, повторяя: «Маленький гвоздик, большой гвоздь».

Где я?

Игра способствует развитию внимания, слухового восприятия

Необходимый инвентарь: бубен или колокольчик.

◈ Попросите малыша закрыть глаза. Отойдите в сторону и постучите в бубен. Ребенок должен, не открывая глаз, показать рукой то место, откуда исходит звук.

А можешь ли ты?

Игра способствует разбитию навыков аудирования

◈ В игровой форме давайте ребенку различные задания, начиная свою фразу словами: «А можешь ли ты два раза прыгнуть, подойти к столу, изобразить зайку».

◈ Предложите ребенку поменяться ролями.

Отвернись и угадай

Необходимый инвентарь: карандаш или ручка.

◈ Возьмите карандаш и постучите вместе с малышом по разным предметам: по столу, по ножке стула, по мячу, по коробке, по стакану, по баночкам.

◈ Попросите ребенка отвернуться и отгадать, по какому предмету вы стучите.

◈ Поменяйтесь ролями: пусть кроха стучит, а вы угадываете.

«Раз-два!»

Игра развивает чувство ритма

Необходимый инвентарь: барабан.

◈ Покажите малышу, как можно маршировать под стук барабана. Побуждайте его повторять ваши действия.

◈ Во время марша можно считать: «Раз-два, левой! Раз-два, правой!», стараясь подстроить ритм под шаг ребенка.

◈ Если барабана нет, то подойдет любая коробка или, на худой конец, стол.

Внимание!

Игра способствует развитию слухового восприятия, внимания

Необходимый инвентарь: мяч.

◈ Предложите малышу поиграть в мяч. Просите его совершить то или иное действие после того, как вы скажете: «Внимание!». Например: «Внимание! Кати мяч».

Игра способствует развитию внимания, слухового восприятия

◈ Для того чтобы играть в эту игру, вам понадобится помощь одного или нескольких членов семьи.

◈ Игра также подходит для детского коллектива.

◈ Выберите ведущего. Он отворачивается (или закрывает глаза), а кто-нибудь из остальных игроков имитирует голос какого-либо животного (мычит, лает, мяукает). Ведущий должен угадать, голос какого игрока он слышал.

 Учитель-логопед МКДОУ Подкорытова Н.
П.

Презентация «Развитие фонематического слуха у детей»

Развитие фонематического слуха у детей Консультация для родителей Автор: учитель-логопед Смирнова Елена Васильевна

Фонематический слух  это умение различать звуки речи, выделять их из общего звучания слова. Ребенка окружает множество звуков: музыка, щебетание птиц, шелест травы, шум ветра, журчание воды… Но слова — речевые звуки — с самого его рождения наиболее значимы. Звучащая речь обеспечивает необходимое для ребенка общение со взрослыми, получение информации, приобщение к деятельности, овладение нормами поведения. Дети со слабо развитым фонематическим слухом не могут определить, из каких звуков состоит слово, даже правильно сказанное ими самими, путают слова, близкие по звучанию, слова с одинаковой ударностью, с одинаковым ритмическим рисунком, не могут выделить начальный и конечный звуки слова и т. п. У многих детей даже в старшем дошкольном возрасте наблюдаются нарушения в звукопроизношении, а это, как правило, сказывается и на овладении письменной речью — чтением и письмом.

Как же развивать фонематический слух? Большинство родителей полагают, что достаточно выучить с ребенком буквы, и он станет грамотно читать и писать. Но это большое заблуждение! Основной причиной ошибок является нарушение фонематического слуха, т.е. умения различать и выделять речевые звуки. Для того чтобы написать правильно, ребенку необходимо представлять, что предложение состоит из слов, слова из звуков, а звуки в слове расположены в определенной последовательности. Поэтому, важно развивать у ребенка фонематический слух! С самого раннего возраста необходимо «показывать» ребенку, что речь, слова состоят из отдельных звуков, воспитывать умение слушать и слышать. Пусть ребенок прислушается к звукам, которые слышит дома и на улице, пусть научится различать, что это за звук, от чего он (дома для этого пригодятся разные звучащие инструменты и игрушки: звонок, барабан, пищалки, бубен и т. п.).

1. Развитие неречевого слуха На этом этапе проводятся упражнения на различение неречевых звуков. Такие упражнения способствуют развитию слуховой памяти и слухового внимания. «Послушай, запомни и определи, что звучит». Перед ребенком несколько звучащих игрушек(погремушка, колокольчик и т.д). Взрослый предлагает ребенку послушать и запомнить звучание каждого предмета. Затем ребенку нужно только на слух определить, что звучит(без зрительной опоры). «Внимательные ушки». Перед ребенком 4-5 предметов: деревянный кубик, металлическая коробка, пластмассовая игрушка и т.д. С помощью карандаша взрослый вызывает звучание каждого предмета, пока ребенок не уловит характер звука. Начинается упражнение с двух контрастных звучаний при зрительной опоре, позже добавляются еще два предмета. Затем только на слух! Определить, что звучит. «Определи, что в баночке». В контейнеры из под киндер-сюрприза помещаются сыпучие продукты: манная и гречневая крупа, горох, фасоль, и др. Нужно запомнить звучание каждого продукта. При ее встряхивании – нужно отгадать, что в контейнере?

2. Развитие речевого слуха На этом этапе развиваем способность различать одинаковые слова, звукокомплексы и звуки по высоте, силе и тембру голоса; способность различать слова, близкие по звуковому составу; а также умение дифференцировать слоги и фонемы. «Угадай, что нужно делать». Дети сидят полукругом. Если воспитатель сильно ударит в бубен, дети поднимают руки вверх. Если ударяет тихо, руки лежат на коленях. «Узнай по голосу, кто тебя позвал?» «Повтори, не ошибись»  Попросите ребенка повторить за Вами слоговые ряды:  та — да — да             па — ба — ба               са — за — за                ка — га — га да — та – да            ба — ба — па               за — са — за                га — ка — ка

3. Развитие навыков элементарного звукового анализа и синтеза. На этом этапе учим выделять первый и последний звук в слове; определять место, количество, последовательность звуков в слове; определять количество слогов в словах разной сложности; развиваем умение различать звуки по их качественным характеристикам (гласный-согласный, глухой–звонкий, твёрдый–мягкий). Определение места звука в слове (начало, середина, конец слова). Сначала надо убедиться в том, что ребенок понимает значение этих самых слов, для чего попросите его показать начало, середину и конец строки, небольшой веревки, линейки и т.п. Затем предложите ему определить, в каком месте слова находится, например, звук Ш начало                               середина                             конец ШУМ                                    МЫШКА                                ДУШ ШКОЛА                                МЕШОК                             КАМЫШ Выделение звука из начала и конца слова Сначала учимся выделять ударный гласный звук. — Какой первый звук в слове АСТРА? А в словах: УЛИЦА, АЗБУКА, ОСЕНЬ,  ЭХО, ИНЕЙ ….. — Какой последний звук в словах: ОКНО, МЕТЛА, КЕНГУРУ,ЗИМА,. Выделение согласного звука из начала и конца слов — Какой первый звук в словах: СТОЛ, ШКАФ, СЛОН, МАК, ШАР. — Какой последний звук в  этих же словах?

Подготовить ребенка к школе, создать основу для обучения грамоте можно только в процессе серьезной работы по развитию фонематического слуха и восприятия. Применение данных упражнений повышает уровень школьной готовности, предупреждает дисграфию и дислексию у дошкольников. В процессе этой работы происходит развитие психических процессов (восприятия, внимания, памяти, мышления, воображения).

Игры для развития фонематического слуха

Фонематическое восприятие – это различение на слух звуков речи. Фонематический слух является основой для понимания смысла сказанного. Родители часто жалуются – у моего ребёнка «каша во рту», он пропускает или заменяет звуки и слоги в словах – виновником подобных нарушений может быть неразвитый фонематический слух.
Сформированное фонематическое восприятие является залогом чёткого произнесения звуков, правильной слоговой структуры слов, основой лёгкости овладения грамматическим строем языка, успешного освоения письма и чтения. Если у вас возникли опасения по поводу недостаточной сформированности фонематического восприятия у малыша, то первым шагом следует проверить физический слух ребёнка. Убедившись, что он не снижен, можно переходить к различным упражнениям для развития фонематического слуха.

1.Узнавание неречевых звуков. Различение на слух неречевых звуков является фундаментом и основой развития фонематического слуха. Игра: «Шумящие мешочки» Вместе с малышом насыпьте в мешочки или коробочки крупу, пуговицы, скрепки, деревянные брусочки, бусинки. Ребёнок должен угадать по звуку потряхиваемого мешочка, что у него внутри.
Игра: «Волшебная палочка» Взяв карандаш или палку любого назначения, постучите ею по разным предметам в доме. Волшебная палочка заставит звучать вазу, стол, стену, миску. Ребёнок должен угадать, какой предмет звучит.
Игра: «Похлопаем» Ребёнок повторяет ритмический рисунок хлопков. Например, два хлопка, пауза, один хлопок, пауза, два хлопка. В усложнённом варианте малыш повторяет ритм с закрытыми глазами.

2. Различение звуков речи по тембру, силе, высоте. Игра: «Три медведя» Ребёнок отгадывает, за кого из персонажей сказки говорит взрослый. Более сложный вариант: ребёнок сам говорит за трёх медведей, изменяя высоту голоса.

3.Различение сходных по звучанию слов. Игра: «Верно – неверно» Взрослый показывает ребёнку картинку и называет предмет, заменяя первую букву (форота, корота, морота, ворота, порота, хорота). Задача ребёнка – хлопнуть в ладоши, когда он услышит правильный вариант произношения.

4. Различение слогов. Игра: «Похлопаем» Взрослый объясняет ребёнку, что есть короткие и длинные слова. Проговаривает их, интонационно разделяя слоги. Совместно с ребёнком произносит слова (па – па, ло – па – та, ба – ле – ри – на), отхлопывая слоги. Более сложный вариант: предложить ребёнку самостоятельно отхлопать количество слогов в слове.
Игра: «Что лишнее»? Взрослый произносит ряды слогов «па – па – па – ба – па, фа – фа – фа – ва – фа». Ребёнок должен хлопнуть, когда услышит лишний, (другой) слог.

5. Различение звуков. Объяснить ребёнку, что слова состоят из звуков. Поиграть в звуки. Комарик звенит — з – з – з, вода шумит – с – с – с, кузнечик стрекочет – ц – ц – ц, ветер шумит – ш – ш – ш, поезд едет – ч – ч – ч, жук жужжит – ж – ж – ж, собака рычит – р – р – р. Взрослый произносит звук, а ребёнок отгадывает кто, (что) его издаёт.

границ | Осведомленность о рифмах у детей с нормальным слухом и у детей с кохлеарными имплантатами: исследовательское исследование

Введение

Успешное обучение грамоте — самая важная задача для детей в школе. Основная работа Liberman (1973), Lundberg et al. (1988) показали, что фонологические навыки понимания, критический компонент фонологической обработки, тесно связаны с результатами грамотности детей. Фонологическая осведомленность позволяет детям активно анализировать звуковую структуру слов и размышлять над ними.Это облегчает знание буквенного обозначения, необходимое для декодирования (т. Е. Чтения) и кодирования (т. Е. Орфографии). Чтобы овладеть чтением и письмом, детям необходимо научиться расшифровывать написанные слова. Эта способность декодирования в значительной степени зависит от навыков фонологической осведомленности, которые позволяют детям разбивать речь на более мелкие фонологические единицы, такие как слова, слоги, начала и ритмы и фонемы (см. Torgesen et al., 1994; Adams, 1998).

Для оценки фонологической осведомленности детей использовались различные задания.В задачах на сегментацию дети разбивают слово на более мелкие фонологические единицы, выдавая количество слогов или звуков в слове. В задачах на идентификацию дети различают определенные звуки в слове (например, есть ли / s / в слове «мама»?). В задачах манипуляции дети удаляют или заменяют меньшие единицы в слове (например, что останется, если вы уберете / um / от «зонтика»?). Детей обычно просят выполнять такие задания на слушание в раннем школьном возрасте, и эти задания включаются в тесты на фонологическую осведомленность.Хорошее выполнение этих заданий требует как острых навыков слушания, так и металингвистических навыков (т. Е. Суждений о языковой структуре заданий).

В этой статье мы исследуем потенциальную взаимосвязь между различными уровнями слуха, словарными навыками и невербальными навыками рабочей памяти при успешном выполнении задания на распознавание рифм в группе детей, в которую входит небольшая группа детей с кохлеарными имплантатами. (CI). Все дети с КИ были врожденно глухими и были имплантированы в возрасте до двух лет.Тщательно разработанная задача распознавания рифм со сбалансированным соседством плотности рифм, орфографическим соответствием и типом замены фонем элементов, а также жестким контролем перцепционной значимости фонем, возраста приобретения и знакомства слов-стимулов. был использован. Это позволило нам изучить, как лингвистические факторы могут быть связаны с точностью в задаче, измеряющей понимание рифмы.

Развитие фонологической осведомленности у детей

Существует консенсус, что размер зерна фонологического представления (т.е., слог, начало / ритм и фонема) у типично развивающихся (TD) детей развивается от больших к меньшим единицам (Ziegler and Goswami, 2005). Осведомленность о начале наступления порывы появляется в возрасте около четырех лет, как показано в основополагающем исследовании Брэдли и Брайанта (1983). Детей просили определить нечетное слово от трех до четырех односложных слов со структурой CVC (т. Е. Согласный — гласный — согласный). Нечетное слово отличается от остальных тем, что у него разные начальные буквы (например, b us, b un, r ug), medial (например, b us, b un, r ug), medial (e.g., p i n, b u n, g u n) и заключительные (например, do ll , ho p , до p ) фонемы. Результаты показали, что общие согласные в начальных положениях (т. Е. Начало), а также комбинация срединных гласных и конечных согласных (т. Е. Рийм) являются основой для правильного суждения в задачах по необычности. Четырех- и пятилетние дети показали результаты выше случайного уровня как в начальной, так и в первой версиях необычного задания, что свидетельствует об умении разбираться в рифмах (Bradley and Bryant, 1983; Kirtley et al., 1989). В других исследованиях детей просили определить пары рифмующихся слов вместо нечетных или не рифмующихся слов (Carroll and Snowling, 2001). Поскольку обе парадигмы оценивают способность детей определять феномен рифмования, некоторые исследователи также называют эту способность «осознанием рифм».

Навыки сегментации слогов также появляются в возрасте около 4 лет (Liberman et al., 1974), в то время как понимание фонем развивается позже и частично как следствие обучения чтению и письму (Scarborough et al., 1998; Госвами, 2002). Liberman et al. (1974) использовали задачу прослушивания для оценки навыков сегментации по слогам и фонемам у детей и обнаружили, что 46% четырехлетних детей могли сегментировать слоги, но ни один не мог сегментировать фонемы. В исследовании 90% шестилетних детей успешно использовали сегментацию по слогам, а 70% смогли сегментировать фонемы. Взятые вместе, эти результаты подтверждают представление о траектории развития фонологической осведомленности от больших к малым (т. Е. От больших единиц к малым единицам).

Будучи первым приобретенным навыком фонологической осведомленности, понимание рифм служит ступенькой для дальнейшего развития более тонкой осведомленности о слогах и фонемах в слове. Обширные эмпирические данные тщательного лонгитюдного исследования установили причинно-следственную связь между фонологическими навыками осведомленности детей и развитием грамотности (Станович, 1992; Вагнер и др. , 1997; Адамс, 1998; Торгесен и др., 1999). Также было обнаружено, что понимание рифм напрямую применяется во время чтения на английском языке.Например, ребенку, который знает, как читать слово клюв , легче читать аналогичные слова, такие как пик , bean и утечка . Такой процесс называется «орфографической аналогией», во время которого дети делают предсказания о произношении слов, используя общую последовательность написания слов (Goswami, 1998). Более того, аналогии с инеем (например, использование пика для вывода произношения beak ) оказались проще, чем аналогии с началом (например.g., используя beak вместо bean ), когда дети пытаются читать незнакомые слова (Goswami, 1986). Эти данные свидетельствуют о том, что способность определять слова, которые рифмуются, помогает детям, которые учатся читать.

Спонсоры фонологической осведомленности

Знание словарного запаса рассматривается как вспомогательная система для развития навыков фонологической обработки у детей младшего возраста. Было обнаружено, что навыки фонологической обработки связаны с размером словарного запаса (например,г., Эдвардс и др., 2004; Munson et al., 2005). Метсала и Уолли (1998) предложили гипотезу лексической реструктуризации, предполагающую, что рост словарного запаса способствует целостной сегментарной реорганизации фонологической репрезентации у маленьких детей. Под давлением растущего словарного запаса детям необходимо различать начала, ритмы, слоги и, в конечном итоге, фонемы, чтобы сделать больше обобщений о фонологической структуре своего языка (Walley, 1993, 2008; Metsala, 1997).

Одно направление соответствующих исследований было сосредоточено на том, как фонологическое соседство влияет на фонологическую осведомленность детей. Фонологическое соседство — это общее количество слов, отличающихся от целевого слова добавлением, заменой или удалением одной фонемы в любой позиции (Luce and Pisoni, 1998). Например, соседи rat включают brat , rot и на . Цели из плотных фонологических районов имеют больше похожих слов, в то время как цели из разреженных районов имеют меньше похожих слов.Исследования пришли к различным выводам относительно влияния плотности фонологического соседства на навыки фонологической осведомленности. В Metsala (1999) дети в возрасте 3–4 лет продемонстрировали лучшую способность сочетать фонемы (например, выберите картинки, соответствующие слову, состоящему из звуков / b /… / ℧ /… / ∫ /) со словами из густонаселенных районов. , но этот эффект плотности соседства не был обнаружен в их задаче смешивания начала изморози (например, укажите на картинку с / d /… / I∫ / в ней).

Де Кара и Госвами (2003) утверждали, что эти противоречивые результаты являются результатом определения фонологического соседства по принципу «одна фонема», поскольку маленькие дети не имеют представления слов на уровне фонем до обучения грамоте.Маленькие дети более чувствительны к начальному уровню фонологических представлений. Авторы предположили, что плотность окружения рифм, то есть количество слов, рифмующихся друг с другом (например, крыса, кошка, шляпа), будет влиять на способность маленьких детей осознавать рифму. Они разработали задание на создание рифм, которое требовало от детей, чтобы они прослушали три слова и вербально повторили нечетное (т. Е. Не рифмованное) слово (например, какое слово является нечетным из слов «пик», «точка», «нет»?) . Слова были выбраны из плотных и разреженных районов рифм в сбалансированном количестве.Три типа нечетных слов были созданы путем изменения следующих фонем в рифмующихся словах в ходе испытания: изменение рифмы (например, sock / rock / win ), изменение гласного (например, hat / rat / neat ) и изменение кода (например, корм / потребность / сделка ). Объем словарного запаса детей измерялся их исходным баллом по британской шкале словарного запаса в картинках. Результаты показали, что дети в возрасте от четырех до пяти лет с большим словарным запасом лучше распознавали странные слова из районов с плотной рифмой, чем слова из районов с редкими рифмами.Эта разница в производительности между плотным и разреженным соседством рифм была наиболее сильной для испытаний смены кода, за которыми следовали испытания смены рифмы, но отсутствовала для испытаний смены гласных. Дети с более слабым словарным запасом не проявляли влияния ни плотности соседства рифмы, ни ее взаимодействия с типом изменений.

В задаче классификации принудительного выбора Storkel (2002) обнаружил, что маленькие дети принимают решения относительно того, какое слово CVC звучит одинаково, на основе совпадения рифмы слова (дип — глоток) для слов из густонаселенных районов.Однако для слов из редких районов важна манера финальной фонемы рифмы для того, чтобы дети могли идентифицировать слова как похожие по звучанию (буксир-грязь). Таким образом, сегментарное представление слов детей из плотных окрестностей более детально, потому что они организованы отдельными фонемами. Однако репрезентации из редких районов грубее, поскольку дети воспринимают фонемы, принадлежащие к той же категории манер, как звучащие одинаково.

Факторы, влияющие на фонологическую осведомленность глухих и слабослышащих детей и детей с кохлеарными имплантатами

Для глухих и слабослышащих (DHH) детей грамотность является сложной областью, и их средние результаты ниже, чем у слышащих детей (Marschark and Spencer, 2010). Одно из возможных объяснений этого плохого результата заключается в развитии фонологической осведомленности детей DHH. Согласно теории нейролингвистического развития Локка (Locke, 1997), целостные высказывания, возникающие между пятым и седьмым месяцем жизни маленьких детей, формируют основу для аналитической реконструкции и усвоения фонологии, морфологии и грамматики от 20 до 37 месяцев. Отсутствие или ухудшение слухового восприятия у детей DHH ставит под угрозу этот процесс и может заставить этих детей обрабатывать входящий речевой сигнал более крупными фрагментами, такими как слоги, а не фонемами (Briscoe et al., 2001). Действительно, было обнаружено, что дети DHH плохо справляются с заданиями по оценке понимания рифм и фонем (Hanson and Fowler, 1987; Campbell and Wright, 1988, 1990; Harris and Beech, 1998; Sterne and Goswami, 2000).

Недавние разработки в области технологии кохлеарных имплантатов (КИ) открыли потенциальную возможность для глухих детей в раннем возрасте получить слуховой сигнал и добиться лучших результатов в обучении грамоте (Geers, 2003; Lyxell et al. , 2008). Индивидуальные различия, такие как возраст имплантации и рабочая память, также были исследованы с точки зрения их влияния на грамотность и навыки до-грамотности детей с КИ.Тем не менее, только ограниченное количество исследований изучали, улучшает ли КИ фонологическое восприятие детей DHH.

Ряд недавних исследований был проведен Nittrouer et al. (2012) и коллеги, сосредоточив внимание на результатах изучения языка и грамотности у детей с КИ. В первом исследовании 50 детей в возрасте от 12 до 48 месяцев, участвовавших в предыдущем исследовании, участвовали в конце года в детском саду. В группу вошли дети с КИ, дети с потерей слуха, носящие слуховые аппараты, и дети с нормальным слухом (НС).Показатель результата представлял собой комплексный показатель, сочетающий понимание языка, выразительную лексику, фонологическую осведомленность, навыки грамотности, повествовательные навыки и скорость обработки. Результаты показали, что понимание речи в возрасте до 24 месяцев было лучшим предиктором успеха в будущем. Другими сильными предикторами после возраста 36 месяцев были словарный запас и синтаксическая сложность (Nittrouer et al., 2012).

В последующем исследовании (Nittrouer et al., 2014) исследователи использовали языковые образцы, собранные в детских садах, чтобы изучить, как дети с КИ и дети с НГ различаются с точки зрения грамматических навыков при спонтанном воспроизведении во время личных повествований.Также были включены показатели фонологической осведомленности и лексических знаний. Результаты показали, что дети с КИ показали результаты на одно стандартное отклонение ниже контрольной группы по языковым показателям, включая лексические навыки, но на два стандартных отклонения ниже по показателям фонологической осведомленности. Лексическое знание объясняет различия по трем параметрам языка. Один из показателей фонологической осведомленности, чувствительность к фонематической структуре последнего слова, а также количество связанных морфем объясняют дисперсию, выходящую за рамки лексического знания. Никакие факторы, связанные с потерей слуха или вмешательством, за исключением возраста первой имплантации, не объясняли различия в языковых показателях. В заключение авторы рекомендовали вмешательство, явно поддерживающее грамматические навыки у детей с КИ.

Морфосинтаксическая и фонологическая структура оказались взаимно независимыми у второклассников с НГ, но не у детей с КИ, согласно результатам Nittrouer et al. (2016). Авторы обнаружили, что развитие чувствительности к ранним предикторам фонологической производительности у детей с КИ включает слуховое восприятие и MLU.Предикторы морфосинтаксических навыков включали MLU и экспрессивную лексику. Дети с КИ также наблюдались в 6-м классе по Nittrouer et al. (2018). Оценивались фонологические, лексические и морфосинтаксические способности. Было обнаружено, что по сравнению с детьми с NH, дефицит оставался довольно постоянным по сравнению с более ранними исследованиями. Основное внимание уделялось фонологическим навыкам, за которыми следовали лексические и морфосинтаксические навыки. Лексические навыки и навыки фонологической осведомленности развивались со второго по шестой класс у детей с КИ и НГ.Однако не было корреляции между фонологической осведомленностью и выразительной лексикой в ​​более поздний период времени, что, вероятно, можно объяснить тем фактом, что существовала сильная корреляция между навыками чтения слов и фонологической осведомленностью. По данным Hogan et al. (2005) фонологическая осведомленность и чтение слов настолько сильно коррелированы во 2-м классе и после него, что фонологическая осведомленность не добавит дополнительной информации. Однако из приведенных выше исследований ясно, что фонологическая осведомленность остается областью уязвимости у детей с КИ.

В продольном исследовании James et al. (2005) обнаружили, что дети в возрасте от 5 до 10 лет с КИ изначально лучше разбирались в слогах, чем в рифмах или фонемах, и они значительно улучшили свое понимание рифм в течение 12 месяцев. Авторы утверждали, что использование КИ способствует развитию фонологической осведомленности по траектории развития слог-рифма-фонема у детей с ПД с НГ. Кроме того, исходная фонологическая осведомленность детей с КН сравнивалась с группой глубоко глухих детей и другой группой сильно глухих детей, оба из которых использовали слуховые аппараты (НА) вместо КИ.Было обнаружено, что дети с CI имеют такой же уровень понимания слогов, что и группа с менее слабыми нарушениями, с лучшим уровнем остаточного слуха и использующими HA, но такой же уровень навыков понимания рифм, как глубоко глухие дети, использующие HA. Последняя группа имела такой же уровень остаточного слуха, как и дети с КИ до имплантации. Автор пришел к выводу, что кохлеарные имплантаты улучшают понимание детьми слогов DHH, но не рифмы.

В James et al. (2007) были отобраны две группы детей с КИ.В раннюю группу вошли дети с имплантатами от 2 до 3,6 лет, а в позднюю группу — от 5 до 7 лет. Другая группа детей младшего возраста с НГ также участвовала в исследовании. Z -баллы были рассчитаны для выполнения детьми с показателем NH в ряде задач фонологической осведомленности. Показатели фонологической осведомленности в ранней группе упали в нижней части шкалы NH детских z -баллов, в то время как оценки детей с поздней имплантацией упали в основном ниже этого распределения.Ранняя группа также достигла большего прогресса со временем, чем поздняя группа в целом. Примечательно, что некоторые дети с поздней имплантацией продемонстрировали наибольшее улучшение. В Johnson and Goswami (2010) было обнаружено, что дети с ранней имплантацией (т. Е. До трехлетнего возраста) также обладают эквивалентной эффективностью осознания рифмы по сравнению со сверстниками с аналогичным уровнем чтения с NH, в то время как дети с поздней имплантацией (т.е. 43 месяца) имели значительно более низкие показатели. Когда они объединили детей с КИ, которые показали результаты выше случайного уровня, как из ранней, так и из поздних групп, они обнаружили, что успеваемость этих детей не сильно отличалась от успеваемости их сверстников по чтению.Это говорит о том, что время имплантации — не единственный решающий фактор. Тот факт, что возраст имплантации — не единственный фактор, который имеет значение для положительных результатов, также был проиллюстрирован в исследовании Willstedt-Svensson et al. (2004). Эти авторы обнаружили, что лучшим предиктором лексического и грамматического развития у детей с КИ является процент правильно имитированных гласных в задании без повторения слов, а не возраст имплантации. Другими факторами, важными для положительного результата, являются продолжительность и качество вмешательства, а также стиль взаимодействия родителей (Nittrouer, 2010).В целом, эти исследования показывают, что КИ действительно дает детям с DHH больше шансов приобрести типичные фонологические навыки осведомленности. Ранняя имплантация обычно более эффективна, но индивидуальные результаты сильно различаются.

Другое направление исследований посвящено изучению связи между вербальной рабочей памятью, кратковременной фонологической памятью (STPM) и развитием языковых навыков у детей (Gathercole and Baddeley, 1993). Обычно считается, что задачи рабочей памяти (WM) включают в себя как поддержание информации, так и некоторые виды манипуляций одновременно, что также имеет место в задачах фонологической осведомленности.STPM, напротив, считается второстепенным навыком WM и включает только механическую память, например, в задаче прямого диапазона цифр (Kronenberger et al., 2013). Во многих исследованиях детей с КИ было показано, что навыки вербальной рабочей памяти, обычно измеряемые с помощью тестов на размах цифр, являются областью уязвимости (Pisoni and Cleary, 2003; Pisoni et al., 2011; Kronenberger et al., 2013). AuBuchon et al. (2015) показали, что даже при визуальном представлении диапазона цифр производительность WM у пользователей CI ниже, чем у людей с обычным слухом.Авторы предположили, что эта группа людей испытывает слабые стороны WM, которые выходят за рамки проблем, связанных со слышимостью и воспроизведением речи. Они предоставили объяснение, в котором подчеркивается важность слухового ввода для развития фонологических представлений в долговременной памяти, которые поддерживают реактивацию и восстановление в задаче краткосрочной памяти.

Исследователи использовали задание без повторения слов и задание без распознавания слов в качестве индекса STPM у детей с КИ. Несловное повторение традиционно используется для оценки функции фонологической петли в модели рабочей памяти Баддели и Гатеркола (Baddeley, 1986; Gathercole and Baddeley, 1990a).Существует большое количество исследований, демонстрирующих связь между навыками повторения слов и языковыми способностями у детей (например, Gathercole and Baddeley, 1990a, b; Montgomery, 1995; Sahlén et al., 1999a, b). Некоторые исследователи также использовали задачу конкурирующей языковой обработки (CLPT, Gaulin and Campbell, 1994) для оценки навыков WM в задаче двойной обработки. Ибертссон и др. (2009) обнаружили, что дети и подростки в возрасте от 11 до 19 лет, которые использовали КИ, хуже справлялись с повторением слов и дискриминацией без слов по сравнению с результатами других исследований у детей из NH в возрасте 5, 7 и 10 лет.Эффективность группы CI была аналогична показателям 14-15-летних с NH в задаче WM, которая включает двойную обработку. Willstedt-Svensson et al. (2004) использовали повторение слов, различение слов и адаптированную версию CLPT (Towse et al., 1998) для изучения STPM, WM, а также изучение новых слов у пятнадцати детей от 5 до 11 лет с CI. устройств. Дети были врожденно глухими и получили имплантаты в возрасте от 2 до 6 лет. Результаты показали, что возраст имплантации был связан с эффективностью решения новой задачи по изучению слов.Также наблюдалась корреляция между успеваемостью в задании без повторения слов и заданием WM с новой способностью к изучению слов. В статье представлен обзор исследований, посвященных когнитивному развитию и коммуникативным навыкам у шведоязычных детей с КИ. Lyxell et al. (2008) обнаружили, что в задачах, требующих фонологической обработки, пользователи CI обычно работают на более низком уровне, чем люди с NH. Однако в других задачах WM разница между группами не так заметна, а иногда и вовсе отсутствует.Эффективность CI-пользователей при выполнении невербальных задач WM была исследована Cleary et al. (2001). Эти исследователи создали задачу WM, требующую памяти для последовательностей визуально-пространственных сигналов или тех же самых сигналов в паре со слуховыми сигналами. Детей с CI и NH просили воспроизвести каждую последовательность, нажимая кнопки в поле ответа. Результаты показали, что пользователи CI достигли более коротких интервалов выполнения обеих задач, чем дети NH. Дети с КИ также показали меньший прирост при добавлении слуховых сигналов по сравнению с группой NH.Авторы пришли к выводу, что результаты указывают на нетипичное развитие WM независимо от способа ввода. Это исследование показывает, что слуховая депривация в первые годы жизни может повлиять на области помимо языка, такие как WM.

Орфографическая информация — еще один фактор, влияющий на успеваемость детей при выполнении фонологических задач. «Орфографическое соответствие» описывает, приводят ли фонологическая информация и орфографическая информация слов к одному и тому же фонологическому суждению. Например, Кэмпбелл и Райт (1988) сравнили понимание рифм у детей с DHH и детей с NH. Детям были показаны изображения «d og / fr og » (т. Е. Конгруэнтно) и «h air / b ear » (т. Е. Неконгруэнтно). В совпадающих испытаниях названия слов писались и произносились одинаково, в то время как в неконгруэнтных испытаниях они писались по-разному. Результаты показали, что у обоих детей с НГ была более высокая точность с совпадающими испытаниями, в то время как дети с ДГН правильно оценивали рифму только с совпадающими испытаниями.Исследования осведомленности о слогах (Стерн и Госвами, 2000) и осведомленности о фонемах (Миллер, 1997) также обнаружили аналогичный эффект орфографической конгруэнтности. Взятые вместе, эти исследования показывают, что дети полагаются на орфографическую информацию в задачах фонологической осведомленности, но дети DHH полагаются на такую ​​информацию в большей степени.

Взаимосвязь между словарным запасом, фонологической плотностью соседства и фонологической осведомленностью у детей с КИ менее изучена. Диллон и др. (2012) обнаружили возможную связь между большим объемом словарного запаса и более устойчивыми фонологическими представлениями у детей с КИ.Неизвестно, подвержено ли осознание рифмы детям, которые были имплантированы рано, эффекту плотности соседства рифм, и связано ли исполнение со словарным запасом. Дети с КН обычно не достигают того же уровня развития словарного запаса, что и дети с НГ (Yoshinaga-Itano et al., 2010). Однако некоторые исследования показали, что дети, которым имплантировали имплантат к 2 годам, имеют больше шансов достичь восприимчивых словарных навыков в пределах нормы (Hayes et al., 2009). Кирк и др. (1995) обнаружили, что дети с КИ чувствительны к фонологической плотности соседства при распознавании речи так же, как и дети с НГ.Следовательно, возможно, что дети CI обладают такой же чувствительностью к плотности окружения рифм, как дети NH в задачах фонологической осведомленности. Однако более слабый словарный запас может сказаться на развитии у детей с КИ навыков фонологической осведомленности.

Оценка фонологической осведомленности у детей с КИ может быть искажена по трем причинам. Во-первых, инструменты оценки не учитывают, что некоторые английские фонемы труднее идентифицировать, чем другие, даже для людей с НГ (Cutler et al., 2004). Этот факт отрицает справедливую оценку для детей с КИ, которые могут получать слуховой ввод с более низким качеством, чем дети с НГ. Кэрролл и Сноулинг (2001) обнаружили, что фонологически похожие не рифмующиеся слова были наиболее трудными для детей с НГ, чтобы они отвергали их в задании на сопоставление рифм. Разумно предположить, что дети с КИ еще больше запутались бы с фонологически похожими предметами. Во-вторых, при вынесении фонологических суждений дети DDH больше полагаются на орфографическую прозрачность (например,g., Sterne and Goswami, 2000), но инструменты оценки обычно не учитывают это. Наконец, большинство инструментов оценки не включают слова из сбалансированной фонологической среды. Между тем было обнаружено, что дети с нормальным НГ лучше справляются со словами из плотного фонологического окружения в задании на смешение фонем (Metsala, 1999) и в задании на странные рифмы (De Cara and Goswami, 2003).

Цели настоящего исследования и гипотезы

Известно, что общие навыки устной речи имеют значение для развития навыков фонологической осведомленности (Cooper et al., 2002), но в этом исследовании мы сосредоточили внимание на важности словарных навыков для успеха в задаче распознавания рифм. Мы используем задачу распознавания рифм (то есть задачу необычности) с элементами, созданными только для того, чтобы содержать звуковые изменения с максимальными различиями в терминах перцепционной значимости (Cutler et al., 2004), от плотных и разреженных окрестностей рифм и контролируемых для орфографического соответствия. В ходе исследования были заданы следующие вопросы:

1. Могут ли индивидуальные различия в словарном запасе и объеме рабочей памяти предсказать результативность детей в задаче распознавания рифм?

Мы прогнозируем, что дети с лучшим словарным запасом и большей емкостью рабочей памяти будут лучше справляться с задачей распознавания рифм. Этот прогноз основан на прошлых доказательствах положительной корреляции между навыками понимания рифм у детей и объемом словарного запаса или объемом рабочей памяти.

2. Как лингвистических характеристик слов (т. Е. Плотность соседства рифм, орфографическое соответствие и тип изменения звука) влияют на успеваемость детей в задании на сочинение рифм?

Основываясь на Де Кара и Госвами (2003), мы ожидаем, что только дети с большим словарным запасом будут подвержены влиянию плотности соседства рифм, так что их точность будет выше для слов из плотных районов рифмования.Мы также прогнозируем, что результаты детей с большим словарным запасом будут опосредованы типами испытаний. В испытаниях по смене кода точность детей в словах из районов с плотной рифмой будет значительно выше, чем у слов из районов с редкими рифмами. Такие различия не будут столь заметными в испытаниях по замене гласных или рифм. Дети с меньшим словарным запасом не будут демонстрировать ни эффекта плотности соседства рифм, ни его взаимодействия с типом изменений.

Кроме того, мы ожидаем, что дети будут лучше работать в ортографически совпадающих испытаниях, чем в неконгруэнтных испытаниях.Этот прогноз основан на прошлых выводах о том, что дети с НГ и КИ полагаются на орфографическую информацию при вынесении суждений о рифмах.

Материалы и методы

Участники

Пятнадцать детей с НГ (средний возраст = 5; 2, SD = 10 месяцев) и шесть детей с врожденной глухотой (средний возраст = 6; 10, SD = 6 месяцев) с кохлеарными имплантатами участвовали в исследовании. Участники набирались путем распространения листовок в медицинских центрах, университетских клиниках и общественных местах (например,г., библиотеки, кафе и т. д.). Письменное информированное согласие было получено от родителей всех участвовавших в исследовании детей. Основным языком всех детей был английский. Двум детям с КИ были имплантированы двусторонние имплантаты, а другим четверым — односторонняя имплантация, и они использовали слуховой аппарат на контралатеральном ухе. Всем детям с КИ была имплантирована имплантация до двухлетнего возраста. Демографические данные всех детей приведены в таблицах 1, 2.

Таблица 1. Демографическая информация для всех участвующих детей.

Таблица 2. Демографические данные для детей с КИ.

Процедура

Дети выполнили четыре стандартных теста и задание на стихотворение в случайном порядке, чтобы не повлиять на результаты утомления. Словарь оценивался с помощью словарного теста Peabody Picture Vocabulary Test — 4 (PPVT-4, Dunn and Dunn, 2007). Детей попросили указать на картинку из выбранных четырех, которая представляет слово, которое сказал экспериментатор. Невербальный интеллект оценивался с помощью первичного теста невербального интеллекта (PTONI, Ehrler and McGhee, 2008).Это задание требовало от детей выбора картинки, которая не входила в набор с точки зрения визуальных паттернов, путем наведения указателя. Общие языковые способности оценивались с помощью Теста на раннее языковое развитие, четвертое издание (TELD-4, Hresko et al. , 2017) для всех, кроме одного ребенка, которому была дана клиническая оценка основ языковых навыков — дошкольное учреждение 2 (CELF-Preschool 2 , Semel et al., 2004). Рабочая память измерялась с помощью подтеста вспоминания блоков в батарее тестов рабочей памяти для детей (WMTB-C, Pickering and Gathercole, 2001), которая представляет собой невербальную задачу, в которой ребенок указывает на серию блоков, следуя последовательности, смоделированной с помощью экспериментатор.Дети с КН прошли экспериментальную процедуру так же, как дети с НГ, без какой-либо адаптации.

Rhyme Oddity Task

Для оценки понимания рифм использовалось задание на необычность рифм, адаптированное Де Кара и Госвами (2003). Задание состояло из 36 испытаний трех слов: два слова рифмуются друг с другом и одно слово не рифмуется с двумя другими. Положение не рифмующихся слов в каждом испытании было полурандомизировано, что привело к шести различным полурандомизированным версиям задачи.Каждый ребенок получил одну версию задания, 36 испытаний были представлены в полностью рандомизированном порядке.

Дети увидели фотографию мальчика, внимательно смотрящего и слушающего, что и послужило началом каждого испытания. Затем на экране компьютера появился значок громкоговорителя, при этом одновременно воспроизводился звук первого слова. Затем следовали значок второго динамика и второе слово; и значок третьего говорящего и последнее слово с предыдущими выступающими, остающимися на экране.Детям было предложено указать на громкоговоритель, который воспроизводил «не рифмующиеся» слова в конце каждого испытания.

Перед экспериментальными испытаниями проводилось тренировочное занятие. Сначала дети играли в рифмованную игру, в которой экспериментатор предъявлял три напечатанных изображения предметов (например, звезды, , яйца, , машины). Детей просили указать на картинку без рифмы после того, как экспериментатор назвал три картинки. Продемонстрировав понимание задачи, дети перешли к «игре в эту игру на компьютере».Компьютерное задание началось с шести практических испытаний. В первых двух практических испытаниях экспериментатор делал паузу и объяснил процедуру шаг за шагом (например, «Вы видите маленького мальчика? Нам нужно действительно слушать сейчас! Сначала вы увидите динамик, и он будет играть. одно слово… Можете ли вы указать на слово, которое не рифмуется с двумя другими? »). Дети, которые поняли и выполнили первые два практических испытания, самостоятельно выполнили следующие четыре практических испытания и приступили к эксперименту.Дети, у которых были проблемы с игрой в рифмы или практическими испытаниями, могли повторять любую часть тренировки до тех пор, пока полностью не поймут.

Стимулирующие слова были записаны носительницей американского английского языка с использованием профессионального цифрового записывающего устройства (например, Fostex FR-2LE). Звуковой файл был отредактирован и нормализован в программе Audacity для компьютерной презентации. Стимулы предъявлялись детям с портативного компьютера (например, Thinkpad X230) и через громкоговоритель (т. е.е., Mackie MR mk3) со звуковой картой Behringer U-control UCA222. Стимулы подавались с частотой дискретизации 22,05 кГц и уровнем звукового давления 65 дБ. Громкоговоритель располагался примерно в 1 м перед детьми по азимуту 0 °.

Стимулы

слов в задании по набору рифм были тщательно проверены на фонологическое сходство. В качестве стимулов в задании на необычность рифмы использовались односложные слова с начальным согласным (т. Е. Начало), средним гласным (т. Е. Гласным) и конечным согласным (т. Е. Кодой).Гласные и коды образуют изморозь слов. Перцептивные качества гласных, кодов или рифм в не рифмующихся словах были созданы так, чтобы максимально отличаться от их аналогов в рифмующихся словах, с помощью матриц путаницы в Cutler et al. (2004). Матрицы путаницы предоставляют информацию о вероятности принятия английской гласной или согласной за другую в фоновом шуме слушателями с типичным слухом (например, сбивающими с толку / p / вместо / b /). В текущем исследовании гласные, коды и рифмы в не рифмующихся словах с меньшей вероятностью можно было спутать с таковыми в рифмующихся словах. В прошлых исследованиях ни одно из заданий по набору рифм или сопоставлений рифм с использованием слуховых стимулов не принимало во внимание сходство восприятия между звуками речи. Вполне возможно, что любые различия в производительности между словами из плотных и разреженных окрестностей рифм могли быть затронуты отсутствием контроля перцептивного сходства в рифмующихся элементах. Настоящее исследование позволяет обойти эту проблему, включив стимулы, которые настолько различны в восприятии, насколько это возможно.

Три лингвистических характеристики слов-стимулов были обработаны в задании на причудливую рифму.Во-первых, слова были отобраны как из плотных, так и из редких областей рифм с использованием слуховой базы данных, описанной в Де Кара и Госвами (2002). В восемнадцати испытаниях используются слова из плотных рифмующихся соседей (далее плотные испытания), а в остальных 18 словах — из разреженных окрестностей (в дальнейшем — разреженные испытания). T-тест подтвердил, что плотная манипуляция по сравнению с разреженной была значительной. Средняя плотность соседства рифмы для плотных стимулов составляла 25,3 (SD = 4,0), а средняя плотность соседства рифмы для разреженных стимулов составляла 7.7 (SD = 2,9), t (53) = 25,89, p <0,001.

Кроме того, три типа не рифмующихся слов были созданы путем изменения следующих фонем в рифмующихся словах во время испытания: «изменение рифмы» (например, sock / rock / win ), «изменение гласного» (например, hat / rat / neat ) и «coda change» (например, feed / need / deal ).

Наконец, орфографическая согласованность стимулов также контролировалась конгруэнтным написанием рифм (VC2) в половине рифмующихся слов (например,g., корм / потребность), а вторая половина написана неконгруэнтно (например, дата / ожидание). Дети не видели написания стимулов, им нужно было слушать и выбирать не рифмующиеся слова на основе слухового ввода. Эти манипуляции были сделаны, чтобы выявить, подвержены ли дети с CI и NH орфографической информации при вынесении суждений о рифмах в слуховом режиме.

В стимулах также контролировались знакомство со словом и возраст усвоения. Рейтинг знакомства всех слов был выше 6.75 по шкале от 1 до 7, как описано в Luce and Pisoni (1998). Возраст приобретения рейтингов ниже 4 лет; 22 по шкале от 1 до 7 (возраст 0–2 = 1, 2–4 = 2, старше 13 лет = 7) (Cortese and Khanna, 2008). Стимулирующие слова и сводная статистика для интересующих переменных показаны в дополнительном приложении A.

Статистический анализ

Сначала мы исследовали, существуют ли групповые различия между возрастом детей, слуховым опытом, языком и когнитивными способностями. Один ребенок NH не вернулся на второй сеанс, что привело к отсутствию данных в PPVT и тестах на вспоминание блоков.Поэтому данные этого ребенка не были включены в групповые сравнительные тесты по этим двум баллам. Для детей с КИ их слуховой опыт количественно оценивался по продолжительности использования амплификации с КИ. У детей с НГ опыт послеродового прослушивания соответствует их хронологическому возрасту. Необработанная оценка PPVT использовалась в качестве заместителя для «абсолютного размера словарного запаса детей», что является обычной практикой в ​​прошлой литературе, исследующей взаимосвязь между фонологической обработкой и развитием словарного запаса (например,г., Gathercole et al., 1991; Метсала, 1999). Тесты суммы рангов Вилкоксона использовались для групповых сравнений по хронологическому возрасту детей, опыту слуха, исходному баллу PPVT и стандартному баллу, общеязыковому стандартному баллу, стандартному баллу PTONI и исходному баллу запоминания блоков.

Участники получили двоичную оценку за задание на необычность рифмы. Чтобы ответить на первый вопрос исследования, касающийся взаимосвязи между индивидуальными различиями и осознанием рифм, к этой бинарной переменной результата была подобрана обобщенная логистическая регрессия со смешанными эффектами с использованием пакета lme4 (Bates et al., 2015) в RStudio версии 1.0.136 (R Development Core Team, 2017) и после Harel and McAllister (2019). Структура с фиксированным эффектом включала следующие переменные-предикторы: исходный балл PPVT, балл по шкале запоминания блоков, группу (NH по сравнению с ДИ) и взаимодействия между группой и всеми другими переменными. Все переменные-предикторы, кроме группы, были преобразованы в баллы z для облегчения сходимости модели. Переменная группы была закодирована в сумме, чтобы можно было интерпретировать другие переменные как общие предикторы точности.Случайные эффекты включали элементы теста и участника.

Чтобы ответить на второй вопрос исследования, касающийся связи между лингвистическими характеристиками и осознанием детьми рифм, была подобрана вторая логистическая регрессия со смешанным эффектом для данных о бинарной точности участников. Структура фиксированного эффекта включала следующие переменные-предикторы: Group, PPVT_r, RND, Ortho, Change, двусторонние взаимодействия между Group и PPVT_r, PPVT_r и Change, PPVT_r и RND, а также член трехстороннего взаимодействия между PPVT_r, RND и изменить. Опять же, Group, RND, Ortho и Change были закодированы в сумме, чтобы можно было интерпретировать другие переменные как общие предикторы характеристик точности. Случайные эффекты включали элементы теста и участника.

Результаты

Сравнение групп

Результаты теста суммы рангов Вилкоксона (таблица 3) показали, что хронологический возраст детей NH был значительно ниже, чем у детей с CI ( z = −2,56, p = 0,01), но что группа детей с CI время с амплификацией CI было аналогично хронологическому возрасту детей NH ( z = -1.14, p = 0,13). Дети NH имели значительно более высокие языковые баллы ( z = -3,04, p <0,001) и словарный запас (исходные баллы PPVT z = -1,85, p = 0,03) по сравнению с детьми с CI. Однако не было никаких групповых различий по каким-либо не связанным с языком показателям, включая невербальный интеллект (PTONI, z = -0,46 p = 0,32) или объем рабочей памяти (Block Recall, z = 0,24, р = 0. 59).

Таблица 3. Результаты тестов суммы рангов Уилкоксона , в которых сравниваются NH и CI с учетом их возраста, возраста слуха и результатов стандартизированных тестов.

Индивидуальные различия

Корреляции переменных-предикторов Спирмена суммированы в таблице 4. Корреляции показаны без поправки Бонферрони, так как эта процедура является чрезмерно консервативной согласно Perneger (1998). Результаты нашей первой модели (таблица 5) показали значительные эффекты группы (β = -0.36, p <0,001), что позволяет предположить, что дети с CI имели более низкую среднюю успеваемость, чем дети с NH в задании на понимание рифмы. Связь между PPVT_r и рифмовкой была значимой (β = 0,05, p <0,001), с положительным наклоном, указывающим на то, что в среднем дети с большим словарным запасом более успешно справлялись с заданием. Взаимодействие между группой и словарным запасом было значительным (β = -0,47, p <0,001), что позволяет предположить, что наклон словарного запаса был различным у детей с NH и CI, как видно на рисунке 1A. Связь между WM и осознанием рифм была значимой (β = 0,82, p <0,001) с положительным наклоном, свидетельствующим о том, что дети с лучшими навыками чтения рифм были лучше. Взаимодействие между группой и WM также было значительным (β = -0,06, p <0,001), что позволяет предположить, что наклоны WM были разными у детей с NH и CI, как видно на рисунке 1B.

Таблица 4. Корреляционная матрица Спирмена для независимых переменных.

Таблица 5. Результаты регрессии для индивидуальных различий.

Рис. 1. Производительность задачи Rhyme oddity в зависимости от словаря (A) и рабочей памяти (B) .

Чтобы исследовать эти два взаимодействия, мы разделили детей на группы (NH против CI) и выполнили две дополнительные модели для этих двух групп, соответственно. В таблице 6 результаты для детей NH показывают, что связь между PPVT_r и осознанием рифмы была значительной (β = 0. 53, p <0,05) с положительным наклоном, свидетельствующим о том, что дети NH с большим словарным запасом более успешно справлялись с заданием. Связь между WM и осознанием рифм также была значимой (β = 0,90, p <0,001), с положительным отклонением, свидетельствующим о том, что дети NH с лучшими навыками рабочей памяти имели лучшую способность осознавать рифму. В таблице 7 результаты показали, что связь между PPVT_r и рифмованием не была значимой в группе CI. Связь между WM и рифмой была значительной в группе CI (β = 0.68, p <0,05) с положительным наклоном, свидетельствующим о том, что дети с CI с лучшими навыками WM имели более высокие показатели понимания рифм.

Таблица 6. Результаты регрессии для индивидуальных различий в группе NH.

Таблица 7. Результаты регрессии индивидуальных различий в группе CI.

Характеристики элементов в задаче распознавания рифм

Как показано в Таблице 8, результаты нашей второй логистической модели смешанных эффектов не показали значительного эффекта для Group, PPVT_r, Change или Ortho. Не было значительного взаимодействия между Группой и PPVT_r, PPVT_r и RND, PPVT_r и Change, а также не было значимого трехстороннего взаимодействия между PPVT_r, RND и Change.

Таблица 8. Результаты регрессии лингвистических характеристик.

Качественный анализ объема словарного запаса, понимания рифм и лингвистических характеристик

Мы провели два дополнительных описательных анализа, чтобы качественно изучить взаимосвязь между объемом словарного запаса, рифмованием и языковыми характеристиками.В первом анализе мы построили двумерные отношения между тремя парами переменных: исходный балл PPVT и хронологический возраст; Стандартный балл PPVT и хронологический возраст; эффективность осознания рифмы и хронологический возраст (Рисунки 2A – C). На рис. 2А показана модель увеличения необработанных баллов PPVT у детей NH с увеличением хронологического возраста. Этот образец все еще присутствовал для детей NH, когда баллы PPVT были представлены как стандартные баллы (рисунок 2B). Есть только шесть детей с КИ, и поэтому нельзя сделать четких выводов, но похоже, что такой же закономерности нет в этой небольшой группе при визуальном осмотре (рис. 2А, В).Как оказалось, дети с CI и NH лучше справлялись с задачей осознания рифм с возрастом, основываясь на визуальном осмотре графиков (рис. 2C).

Рис. 2. Взаимосвязь между хронологическим возрастом и исходной оценкой PPVT (A) , стандартной оценкой PPVT (B) и показателями точности в задаче на точность рифмы (C) .

Второй анализ представлял собой качественное исследование того, какие типы не рифмующихся слов были наиболее сложными для детей с NH и CI, соответственно.Результаты детей с NH и CI в испытаниях, содержащих не рифмующиеся слова с изменениями C2, V и VC, показаны на рисунке 3. Визуальный качественный осмотр показал, что дети с NH одинаково справлялись с тремя типами не рифмующихся слов. Дети с КИ казались немного более сложными, когда не рифмованное слово отличалось от рифмующегося слова изменением средней гласной (V-изменение).

Рисунок 3. Точность испытаний с изменением C2, V и VC2 (по группам).

Обсуждение

В этом исследовании мы исследовали, как словарный запас и рабочая память имеют значение для фонологической осведомленности у детей. Мы включили небольшую группу из шести врожденно глухих детей с КИ, которым была имплантирована имплантация до двухлетнего возраста. По сравнению со многими предыдущими исследованиями, в которых участвовали дети с широким диапазоном возраста имплантации, в нашей группе все дети были имплантированы рано. Дети с КИ были старше, чем дети из NH, но обладали аналогичным слуховым опытом и невербальным интеллектом.В задаче распознавания рифм мы намеренно максимизировали разницу в восприятии слов в каждом испытании, чтобы дать справедливую оценку понимания рифмы у детей с КИ. При оценке фонологической обработки у детей с нарушениями слуха особенно важно удостовериться, что не рифмующееся слово в каждом испытании имеет минимальную вероятность путаницы восприятия с рифмованными словами. В противном случае более низкие показатели успешности по сравнению с детьми с НГ могут не быть результатом более слабых навыков фонологической обработки, а могут быть вторичными по отношению к менее оптимальному слуховому входу.

Наши результаты показывают, что объем словарного запаса, измеренный с помощью необработанных баллов PPVT, предсказывает успех в задаче на понимание рифмы у детей с НГ. Другие исследования показали, что навыки фонологической обработки связаны с размером словарного запаса (например, Edwards et al., 2004; Munson et al., 2005). В Metsala (1999) выполнение заданий по фонологической осведомленности было связано с общим объемом словарного запаса, возрастом усвоения слов и плотностью соседства. Исследователи показали, что словарные навыки важны для развития навыков фонологической осведомленности, и предположили, что целостное или сегментарное развитие навыков фонологической осведомленности является вторичным эффектом приобретения словарного запаса.По мере того как ребенок выучивает больше слов, возникает необходимость различать все более мелкие сегменты, потому что многие слова имеют плотные фонологические окрестности (Metsala and Walley, 1998). Дети с КН в нашем исследовании имели более низкий словарный запас по сравнению с детьми из NH, что согласуется с предыдущими исследованиями, показавшими, что словарные навыки развиваются медленнее у детей с КН (Yoshinaga-Itano et al., 2010). Мы не обнаружили положительной корреляции между объемом словарного запаса и осознанием рифм у наших детей с КИ.Этот вывод противоречит результатам Dillon et al. (2012), которые обнаружили, что у детей с КИ размер словарного запаса был промежуточным фактором между навыками чтения и фонологической осведомленностью. В их исследовании была выявлена ​​более слабая корреляция между фонологической осведомленностью и чтением, когда словарный запас контролировался. Рисунки 2A, B в нашем исследовании показывают, что один ребенок с CI был немного моложе остальных пяти и имел более низкий исходный балл PPVT. У пяти старших детей с ДИ стандартная оценка PPVT имела отрицательный наклон, что указывало на то, что словарные навыки у этих детей могли не развиваться в соответствии с прогнозируемой схемой с течением времени. Однако существует положительная корреляция между показателями точности в задании на понимание рифмы и хронологическим возрастом, что может указывать на то, что другие факторы были более важными в поддержке этих детей в развитии их навыков фонологической осведомленности. Поскольку в нашем исследовании была небольшая выборка детей с КН, мы по-прежнему осторожно интерпретируем эти результаты.

Вопреки нашим ожиданиям, мы не обнаружили существенной взаимосвязи между плотностью соседства рифм и размером словарного запаса, как измерено необработанным баллом PPVT.Дети с большим словарным запасом сравнительно справлялись со словами из плотных и разреженных районов, как и дети с меньшим словарным запасом. Одно из объяснений может заключаться в том, что наша версия задачи по наложению рифм менее утомительна по сравнению с более ранней версией в Де Кара и Госвами (2003), поскольку мы намеренно минимизировали перцептивное сходство между пробными словами. Сторкель (2002) обнаружил, что у детей более подробное сегментарное представление слов из плотных районов, чем у слов из разреженных районов. Следовательно, детям было труднее судить о том, звучат ли слова одинаково, когда эти слова были из редких районов. В словах из редких районов дети воспринимали слова, оканчивающиеся на звуки из той же категории по манере артикуляции, как и те же (буксир-грязь). Однако, поскольку наши стимулы из редких районов были сделаны так, чтобы они максимально отличались друг от друга, это могло снизить уровень сложности, пока дети принимали решения о рифмах. Это может быть причиной того, что дети показали одинаковую производительность со словами из плотных и редких районов.

Нам не удалось воспроизвести трехстороннее взаимодействие между размером словарного запаса, плотностью соседства рифм и типом изменений, описанных в Де Кара и Госвами (2003). Наши результаты показали, что успеваемость детей была одинаково точной в испытаниях смены кода, гласной и рифмы, и никаких эффектов соседства рифмы не было обнаружено ни при каких типах изменений. Этот нулевой результат, однако, согласуется с некоторыми более ранними исследованиями, в которых не было обнаружено различий в производительности между условиями смены кода и условиями смены гласных (Bradley and Bryant, 1983; Kirtley et al. , 1989; Bryant et al., 1990). Одно из объяснений их нового открытия, предложенное Де Кара и Госвами (2003), состоит в том, что в их задаче по рифмам для 5-летних детей использовались заранее записанные речевые стимулы. Слуховая природа стимулов не давала намеков на губы. Поэтому дети могли полагаться только на лингвистические подсказки, чтобы выносить суждения о рифмах. Поскольку испытание по смене кода дает наименьшее количество лингвистических сигналов (т. Е. Согласных) по сравнению с испытаниями на изменение гласных и рифм, это наиболее требовательное с лингвистической точки зрения условие и может быть наиболее различающим условием для выявления эффекта плотности соседства рифм. .Однако наша задача по созданию необычных рифм была уменьшена с точки зрения перцептивного сходства между пробными словами. Это могло вызвать потерю различающей способности в испытаниях кода и, таким образом, подавить эффекты плотности соседства рифм. Как можно увидеть при визуальном осмотре рисунка 3, нашим детям с КИ больше всего мешали изменения рифмы, включая изменение гласных. Возможно, дети с КИ склонны полагаться на акустическую информацию, содержащуюся в гласной при обработке речи, что сделало это изменение звука особенно трудным, несмотря на то, что мы внесли изменения как можно более заметные.

Многие из участвовавших детей были достаточно взрослыми, чтобы знакомиться с орфографическими формами при чтении и, возможно, сохранили не только фонологические формы слов, но и орфографические формы. Неизвестно, как орфографические представления поддерживают людей в задачах фонологической обработки, хотя мы знаем, что орфографическая поддержка облегчает изучение слов у детей с нарушениями развития языка (Ricketts et al., 2015). Однако наши результаты не выявили значительного влияния на орфографическое соответствие.В прошлых исследованиях, которые выявили такой эффект, использовались либо письменные задания, либо задание по идентификации изображений без каких-либо слуховых стимулов (например, Campbell and Wright, 1988; Miller, 1997; Sterne and Goswami, 2000). В письменных заданиях легкодоступная информация об орфографическом соответствии будет иметь прямое влияние на суждения детей о рифмах. В задачах по идентификации изображений дети должны получить доступ к фонологической информации слов посредством лексического поиска, который может активировать орфографии слов.Дети в нашем исследовании слышали только произношение стимулирующих слов и могли обрабатывать и анализировать фонологические компоненты этих слов без активации их орфографического представления. В результате орфографическая согласованность не оказала влияния на успеваемость детей в задаче на рифму.

Навыки невербальной рабочей памяти не различались у детей с НГ и детей с КИ с аналогичным слуховым опытом. На поверхностном уровне этот результат противоречит результатам Cleary et al.(2001), где дети с КИ хуже, чем дети с НГ, справлялись с заданиями, оценивающими невербальную рабочую память. Однако более пристальный взгляд показал, что дети с CI в их исследовании имели более короткий слуховой опыт, чем дети с хронологическим соответствием возраста с NH. Коэффициенты корреляции в текущем исследовании (Таблица 4) также показали, что показатели рабочей памяти имели более сильную корреляцию со слуховым опытом, чем с хронологическим возрастом. В совокупности это говорит о том, что слух способствует развитию навыков рабочей памяти у детей с КИ.Наш вывод о том, что невербальная рабочая память предопределяет осознание детьми рифм, согласуется с предыдущими выводами о том, что навыки фонологической обработки связаны с навыками краткосрочной памяти детей независимо от слухового статуса (Pisoni and Geers, 2000; Pisoni and Cleary, 2003; Willstedt-Svensson и др., 2004).

Подводя итог, мы обнаружили, что и объем словарного запаса, и невербальные навыки рабочей памяти являются важными факторами для навыков распознавания рифм у детей с НГ. У детей с КИ значимой оказалась только рабочая память.Тем не менее, изучение словарного запаса по-прежнему важно для детей с КИ. Дети с КН в нашем исследовании обладали более низким словарным запасом, чем дети с НГ. Предыдущее исследование (Dillon et al., 2012) выявило положительную взаимосвязь между словарным запасом и фонологической осведомленностью детей. Nittrouer et al. (2018), однако, не обнаружили сильной корреляции между выразительной лексикой и фонологической осведомленностью у детей 6-го класса с НГ или КИ. В нашем исследовании очень ограниченный размер выборки детей с КН, поэтому результаты трудно обобщить.Для наших детей NH, результаты указывают на положительную взаимосвязь между словарными навыками и осознанием рифм, что согласуется с более ранними исследованиями детей с NH (например, Metsala and Walley, 1998; Edwards et al., 2004; Munson et al., 2005). ). Наконец, навыки рабочей памяти важны для задач фонологической осведомленности независимо от статуса слуха. Этот вывод ожидается на основе предыдущей литературы, а также предполагает, что мысленное сравнение элементов в задаче фонологической осведомленности включает компонент памяти.

Настоящее исследование представляет собой первую попытку использовать задачу распознавания рифм со строгим контролем перцептивного сходства различимых фонем, что могло бы снизить уровень сложности задачи. Повышение уровня значимости различающих фонем в задаче могло повлиять на то, какую роль сыграли плотность соседства рифм или их тип изменения в нашей задаче. Это также может быть причиной того, что мы не обнаружили эффекта орфографического соответствия. В будущих исследованиях можно будет выяснить, могут ли различные уровни восприятия сходства стимулов влиять на успеваемость детей в задачах по изучению рифм.Такие исследования могут также привести к разработке сбалансированных стимулов, которые будут включены в стандартные тесты на понимание рифм. Администрирование задач было рандомизированным. Однако рандомизация могла повлиять на надежность корреляций. Наиболее важным ограничением настоящего исследования является небольшое количество детей в группе CI. Небольшой размер выборки также затрудняет исследование влияния фоновых характеристик и других факторов, таких как участие родителей, на навыки чтения детьми рифмы.В будущих исследованиях целью будет включение более сбалансированного числа участников в группы для изучения навыков фонологической обработки в этой популяции.

Доступность данных

Наборы данных, созданные для этого исследования, доступны по запросу соответствующему автору.

Заявление об этике

Это исследование было проведено в соответствии с рекомендациями Комитета Нью-Йоркского университета по деятельности с участием людей, Институционального наблюдательного совета Northwell Health и Наблюдательного совета Управления науки и научно-исследовательских институтов Медицинской школы Нью-Йоркского университета в Лангоне с письменного информированного согласия от опекуны всех субъектов.Все лица, ухаживающие за пациентами, получили письменное информированное согласие в соответствии с Хельсинкской декларацией. Протокол был одобрен Комитетом Университета Нью-Йорка по деятельности с участием человека, Советом по институциональному обзору Northwell Health и Управлением по науке и исследовательским учреждениям Медицинской школы Нью-Йоркского университета в Лангоне.

Авторские взносы

LJ разработал исследование, собрал данные, проанализировал результаты и написал рукопись. KV внесла свой вклад в разработку исследования благодаря своим знаниям в области аудиологии и внесла свой вклад в анализ.AM собрал данные у детей с CI и провёл стандартизированные тесты. CR участвовал во всех аспектах проекта, кроме сбора данных.

Финансирование

Это исследование было поддержано грантом Emerging Research от Фонда здоровья слуха (Ref. # A17-0484-001).

Заявление о конфликте интересов

Авторы заявляют, что исследование проводилось при отсутствии каких-либо коммерческих или финансовых отношений, которые могут быть истолкованы как потенциальный конфликт интересов.

Благодарности

Авторы благодарны детям-участникам и их родителям. Авторы также благодарны Центру кохлеарной имплантации в Лангоне Нью-Йоркского университета за ценную помощь. Авторы хотели бы поблагодарить доктора Сюзанну Леви, доктора Вишну К.К. Наир, г-же Эмили Матула и г-жа Грейс Кларк за отзывы о более ранних версиях рукописи и г-же Микаэлу Кристенсен за помощь в редактировании и форматировании. Авторы благодарят Фонд здоровья слуха за грант на новые исследования, поддерживающий это исследование.

Дополнительные материалы

Дополнительные материалы к этой статье можно найти в Интернете по адресу: https://www.frontiersin.org/articles/10.3389/fpsyg.2019.02072/full#supplementary-material

Сноски

Список литературы

Адамс, М. Дж. (1998). Начало чтения: размышления и знания о печати (10. Печать). Кембридж, Массачусетс: MIT Press.

Google Scholar

AuBuchon, A. M., Pisoni, D. B., and Kronenberger, W.Г. (2015). Нарушения кратковременной и рабочей памяти у пользователей кохлеарных имплантатов с ранней имплантацией и долгосрочных не зависят от слышимости и речи. Ear Hear. 36, 733–737. DOI: 10.1097 / AUD.0000000000000189

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Баддели, А. Д. (1986). Рабочая память. Oxford Psychology Series, 11. Oxford: Clarendon Press.

Google Scholar

Бейтс, Д., Мехлер, М., Болкер, Б., и Уокер, С. (2015). Подгонка линейных моделей смешанных эффектов с использованием lme4. J. Stat. Софтв. 67, 1–48. DOI: 10.18637 / jss.v067.i01

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Брэдли Л. и Брайант П. Э. (1983). Классификация звуков и обучение чтению — причинная связь. Природа 301, 419–421. DOI: 10.1038 / 301419a0

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Бриско, Дж., Бишоп, Д. В. М., и Фрейзер Норбери, К. (2001). Фонологическая обработка, язык и грамотность: сравнение детей с нейросенсорной тугоухостью от легкой до умеренной степени и детей с определенными языковыми нарушениями. J. Child Psychol. Психиатр. 42, 329–340. DOI: 10.1017 / S0021963001007041

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Брайант П. Э., Маклин М., Брэдли Л. Л. и Кроссленд Дж. (1990). Рифма и аллитерация, обнаружение фонем и обучение чтению. Dev. Psychol. 26, 429–438. DOI: 10.1037 / 0012-1649.26.3.429

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кэмпбелл Р. и Райт Х. (1988). Глухота, орфография и рифма: как орфография поддерживает навыки написания слов и рифм в картинках у глухих. Q. J. Exp. Psychol. А 40, 771–788. DOI: 10.1080 / 14640748808402298

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кэмпбелл Р. и Райт Х. (1990). Глухота и немедленная память на картинки: диссоциация «внутренней речи» и «внутреннего уха»? J. Exp. Child Psychol. 50, 259–286. DOI: 10.1016 / 0022-0965 (90) -7

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кэрролл, Дж. М., и Сноулинг, М. Дж. (2001). Влияние глобального сходства между стимулами на восприятие детьми инея и аллитерации. Заявл. Психолингвист. 22, 327–342. DOI: 10.1017 / S0142716401003034

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Клири М., Писони Д. и Гирс А. (2001). Некоторые показатели вербальной и пространственной рабочей памяти у восьми- и девятилетних детей с нарушением слуха с кохлеарными имплантатами. Ear Hear. 22, 395–411. DOI: 10.1097 / 00003446-200110000-00004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Купер, Д.Х., Рот, Ф. П., Спис, Д. Л., и Шатшнайдер, К. (2002). Вклад устной речи в развитие фонологической осведомленности. Заявл. Психолингвист. 23, 399–416. DOI: 10.1017 / S0142716402003053

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Катлер А., Вебер А., Смитс Р. и Купер Н. (2004). Паттерны путаницы английских фонем у местных и неродных слушателей. J. Acoust. Soc. Являюсь. 116, 3668–3678. DOI: 10.1121 / 1.1810292

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Де Кара, Б., и Госвами, У. (2002). Отношения сходства между произнесенными словами: особый статус римов в английском языке. Behav. Res. Методы Instrum. Comput. 34, 416–423. DOI: 10.3758 / bf03195470

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Де Кара, Б., и Госвами, У. (2003). Фонологическая плотность соседства: эффекты в задаче на понимание рифмы у пятилетних детей. J. Child Lang. 30, 695–710. DOI: 10.1017 / S03050005725

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Диллон, К.М., де Йонг, К., Писони, Д. Б. (2012). Фонологическая осведомленность, навыки чтения и словарный запас у детей, использующих кохлеарные имплантаты. J. Deaf Stud. Deaf Educ. 17, 205–226. DOI: 10.1093 / глухой / enr043

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Данн, Л. М., и Данн, Д. М. (2007). PPVT-4: Словарный тест Пибоди в картинках. Верхняя Сэдл-Ривер, Нью-Джерси: Пирсон.

Google Scholar

Эдвардс, Дж., Бекман, М., и Бенджамин, М. (2004). Взаимодействие между объемом словарного запаса и фонотаксической вероятностью влияет на точность речи детей и беглость их несловесного повторения. J. Speech Lang. Слышать. Res. 47, 421–436. DOI: 10,1044 / 1092-4388 (2004/034)

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Эрлер, Д. Дж., И МакГи, Р. Л. (2008). PTONI: Первичный тест невербального интеллекта. Остин, Техас: Pro-Ed.

Google Scholar

Gathercole, S.Э. и Баддели А. Д. (1990a). Нарушения фонологической памяти у детей с языковыми расстройствами: есть ли причинно-следственная связь? J. Mem. Lang. 29, 336–360. DOI: 10.1016 / 0749-596X (90)

-J

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Gathercole, S.E., и Baddeley, A.D. (1990b). Роль фонологической памяти в приобретении словарного запаса: исследование маленьких детей, узнающих новые имена. руб. J. Psychol. 81, 439–454. DOI: 10.1111 / j.2044-8295.1990.tb02371.х

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Gathercole, S.E., и Baddeley, A.D. (1993). Фонологическая рабочая память: важнейший строительный блок для развития чтения и приобретения словарного запаса? Eur. J. Psychol. Educ. 8: 259. DOI: 10.1007 / BF03174081

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Gathercole, S. E., Willis, C., and Baddeley, A. D. (1991). Дифференциация фонологической памяти и понимания рифмы: чтение и развитие словарного запаса у детей. руб. J. Psychol. 82, 387–406. DOI: 10.1111 / j.2044-8295.1991.tb02407.x

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Гаулин, К. А., Кэмпбелл, Т. Ф. (1994). Методика оценки вербальной рабочей памяти у детей школьного возраста: некоторые предварительные данные. Percept. Mot. Навыки 79, 55–64. DOI: 10.2466 / pms.1994.79.1.55

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Госвами, У. (1986). Использование аналогий в обучении чтению детьми: исследование развития. J. Exp. Child Psychol. 42, 73–83. DOI: 10.1016 / 0022-0965 (86) -0

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Госвами, У. (1998). «Роль аналогий в развитии распознавания слов», в Word Recognition in Beginning Literacy , ред. Дж. Л. Метсала и Л. К. Эри (Махва, Нью-Джерси: издательство Lawrence Erlbaum Associates).

Google Scholar

Госвами, У. (2002). Фонология, развитие чтения и дислексия: кросс-лингвистическая перспектива. Ann. Дислексия 52, 139–163. DOI: 10.1007 / s11881-002-0010-0

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Харрис, М., и Бич, Дж. Р. (1998). Неявная фонологическая осведомленность и раннее развитие чтения у детей с доязычной глухотой. J. Deaf Stud. Deaf Educ. 3, 205–216. DOI: 10.1093 / oxfordjournals.deafed.a014351

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хейс, Х., Гирс, А. Э., Трейман, Р. и Муг, Дж. С.(2009). Развитие рецептивного словарного запаса у глухих детей с кохлеарными имплантатами: достижения в интенсивной слухо-оральной образовательной среде. Ear Hear. 30, 128–135. DOI: 10.1097 / AUD.0b013e3181926524

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Хоган Т. П., Кэттс Х. У. и Литтл Т. Д. (2005). Взаимосвязь между фонологической осведомленностью и чтением. Lang. Речь Слушайте. Серв. Sch. 36, 285–293.

Google Scholar

Греско, В.П., Рид Д. К., Хэммилл Д. Д. (2017). Тест на раннее языковое развитие: TELD-4. Остин, Техас: Pro-ed, Inc.

Google Scholar

Ибертссон, Т., Ханссон, К., Аскер-Арнасон, Л., и Сален, Б. (2009). Распознавание речи, рабочая память и разговор у детей с кохлеарными имплантатами. Deafness Educ. Int. 11, 132–151. DOI: 10.1002 / dei.261

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джеймс Д., Раджпут К., Бринтон Дж. И Госвами У.(2007). Фонологическая осведомленность, словарный запас и чтение слов у детей, использующих кохлеарные имплантаты: объясняет ли возраст имплантации индивидуальные различия в результатах и ​​росте? J. Deaf Stud. Deaf Educ. 13, 117–137. DOI: 10.1093 / глухой / enm042

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джеймс Д., Раджпут К., Браун Т., Сириманна Т., Бринтон Дж. И Госвами У. (2005). Фонологическая осведомленность глухих детей, использующих кохлеарные имплантаты. J. Speech Lang. Слышать. Res. 48, 1511–1528. DOI: 10,1044 / 1092-4388 (2005/105)

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Джонсон, К., Госвами, У. (2010). Фонологическая осведомленность, словарный запас и чтение у глухих детей с кохлеарными имплантатами. J. Speech Lang. Слышать. Res. 53, 237–261. DOI: 10.1044 / 1092-4388 (2009 / 08-0139)

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кирк, К. И., Писони, Д. Б.и Осбергер М. Дж. (1995). Лексическое влияние на распознавание устных слов пользователями детских кохлеарных имплантатов. Ear Hear. 16, 470–481. DOI: 10.1097 / 00003446-199510000-00004

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Киртли, К., Брайант, П., Маклин, М., и Брэдли, Л. (1989). Рифма, иней и начало чтения. J. Exp. Child Psychol. 48, 224–245. DOI: 10.1016 / 0022-0965 (89)

-0

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Кроненбергер, В.Г., Писони, Д. Б., Харрис, М. С., Хоэн, Х. М., Сюй, Х. и Миямото, Р. Т. (2013). Профили роста вербальной рабочей памяти позволяют прогнозировать развитие речи и языка у детей с кохлеарными имплантатами. J. Speech Lang. Слышать. Res. 56, 805–825. DOI: 10,1044 / 1092-4388 (2012 / 11-0356)

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Либерман, И. Ю., Шанквейлер, Д., Фишер, Ф. В., и Картер, Б. (1974). Явная сегментация слогов и фонем у детей раннего возраста. J. Exp. Child Psychol. 18, 201–212. DOI: 10.1016 / 0022-0965 (74) -5

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Лундберг И., Фрост Дж., Петерсен О.-П. (1988). Эффекты обширной программы стимулирования фонологической осведомленности у дошкольников. Читать. Res. Q. 23, 263–284. DOI: 10.1598 / rrq.23.3.1

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Lyxell, B., Sahlén, B., Wass, M., Ibertsson, T., Larsby, B., Hällgren, M., et al. (2008). Когнитивное развитие у детей с кохлеарными имплантатами: отношение к чтению и общению. Внутр. J. Audiol. 47 (Дополнение 2), S47 – S52. DOI: 10.1080 / 14992020802307370

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Маршарк, М., Спенсер, П. Э. (2010). Обещания (?) Образования глухих: от исследований к практике и обратно. Oxford Handbook Deaf Stud. Lang. Educ. 2, 1–4.

Google Scholar

Метсала, Дж.Л. (1999). Фонологическая осведомленность детей младшего возраста и повторение несловесных слов как функция развития словарного запаса. J. Educ. Psychol. 91, 3–19. DOI: 10.1037 / 0022-0663.91.1.3

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Метсала, Дж. Л., и Уолли, А. С. (1998). «Рост разговорного словарного запаса и сегментарная реструктуризация лексических представлений: предшественники фонематической осведомленности и раннего чтения», в Word Recognition in Beginning Literacy , eds J.Л. Метсала и Л. К. Эри (Махва, Нью-Джерси: Эрлбаум).

Google Scholar

Миллер П. (1997). Влияние режима общения на развитие фонематической осведомленности у глухих студентов. J. Speech Lang. Слышать. Res. 40, 1151–1163. DOI: 10.1044 / jslhr.4005.1151

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Монтгомери, Дж. У. (1995). Понимание предложений у детей со специфическими языковыми нарушениями: роль фонологической рабочей памяти. J. Speech Hear. Res. 38, 187–199. DOI: 10.1044 / jshr.3801.187

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Nittrouer, S. (2010). Раннее развитие детей с потерей слуха. Сан-Диего, Калифорния: Множественное издание.

Google Scholar

Nittrouer, S., Caldwell, A., and Holloman, C. (2012). Измерение того, что важно: эффективное прогнозирование языка и грамотности у детей с кохлеарными имплантатами. Внутр. J. Pediatr.Оториноларингол. 76, 1148–1158. DOI: 10.1016 / j.ijporl.2012.04.024

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Nittrouer, S., Lowenstein, J.H., and Holloman, C. (2016). Ранние предикторы фонологических и морфосинтаксических навыков у второклассников с кохлеарными имплантатами. Res. Dev. Disabil. 55, 143–160. DOI: 10.1016 / j.ridd.2016.03.020

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Nittrouer, S., Muir, M., Титгенс, К., Моберли, А.С., и Ловенштейн, Дж. Х. (2018). Развитие фонологических, лексических и синтаксических способностей у детей с кохлеарными имплантатами в младших классах. J. Speech Lang. Слышать. Res. 61, 2561–2577. DOI: 10.1044 / 2018_JSLHR-H-18-0047

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ниттруэр, С., Сансом, Э., Лоу, К., Райс, К., и Колдуэлл-Тарр, А. (2014). Языковые структуры, используемые воспитанниками детского сада с кохлеарными имплантатами: отношение к фонологической осведомленности, лексическим знаниям и потере слуха. Ear Hear. 35, 506–518. DOI: 10.1097 / AUD.0000000000000051

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Пикеринг, С., и Гатеркол, С. (2001). Батарея для тестирования рабочей памяти для детей (WMTB-C): Руководство. Лондон: Пирсон.

Google Scholar

Писони Д. и Клири М. (2003). Измерения объема рабочей памяти и скорости вербальной репетиции у глухих детей после кохлеарной имплантации. Ear Hear. 24, 106С – 120С.DOI: 10.1097 / 01.AUD.0000051692.05140.8E

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Писони Д., Гирс А. (2000). Рабочая память у глухих детей с кохлеарными имплантатами: корреляция между размахом пальцев и показателями обработки разговорной речи. Ann. Отол., Ринол. Ларингол. 185, 92–93. DOI: 10.1177 / 0003489400109s1240

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Писони Д., Кроненбергер В., Роман А. и Гирс А. (2011).Статья 7: измерение размаха пальцев и скорости вербальной репетиции у глухих детей после более чем 10-летней кохлеарной имплантации. Ear Hear. 32, 60С – 74С. DOI: 10.1097 / AUD.0b013e3181ffd58e

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

R Основная группа разработчиков (2017 г.). R: язык и среда для статистических вычислений. Вена: Фонд R для статистических вычислений.

Google Scholar

Рикеттс, Дж., Докрелл, Дж.Э., Патель, Н., Чарман, Т., и Линдси, Г. (2015). Польза для детей с определенными языковыми нарушениями и расстройствами аутистического спектра от наличия орфографии при изучении новых устных слов? J. Exp. Child Psychol. 134, 43–61. DOI: 10.1016 / j.jecp.2015.01.015

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сален, Б., Рейтерскиолд-Вагнер, К., Неттельбладт, У. и Радеборг, К. (1999a). Несловесное повторение у детей с нарушением речи: подводные камни и возможности. Внутр. J. Lang. Commun. Disord. 34, 337–352. DOI: 10.1080 / 136828299247441

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Сален Б., Вагнер К. Р., Неттельбладт У. и Радеборг К. (1999b). Понимание языка и неповторение слов у детей с языковыми нарушениями. Clin. Лингвист. Phon. 13, 369–380. DOI: 10.1080 / 026992099299031

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Скарборо, Х. С., Эри, Л. К., Олсон, Р. К., и Фаулер, А.Э. (1998). Судьба фонематического осознания за пределами начальной школы. Sci. Stud. Читать. 2, 115–142. DOI: 10.1207 / s1532799xssr0202_2

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Семел Э., Уиг Э. Х. и Секорд В. А. (2004). Клиническая оценка основ языка-Дошкольная-2 (CELF-Preschool-2). Сан-Антонио, Техас: Психологическая корпорация

Google Scholar

Станович, К. Э. (1992). «Размышления о причинах и последствиях индивидуальных различий в приобретении навыков чтения в раннем возрасте», в книге Reading Acquisition , ред.Б. Гоф, Л. К. Эри и Р. Трейман (Хиллсдейл, Нью-Джерси: Lawrence Erlbaum Associates, Inc.).

Google Scholar

Стерн А. и Госвами У. (2000). Фонологическая осведомленность о слогах, рифмах и фонемах у глухих детей. J. Child Psychol. Психиатр. 41, 609–625. DOI: 10.1111 / 1469-7610.00648

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Торгесен, Дж. К., Вагнер, Р. К., и Рашотт, К. А. (1994). Лонгитюдные исследования фонологической обработки и чтения. J. Learn. Disabil. 27, 276–286. DOI: 10.1177 / 002221949402700503

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Торгесен, Дж. К., Вагнер, Р. К., Рашотт, К. А., Роуз, Э., Линдамуд, П., Конвей, Т. и др. (1999). Профилактика ошибок чтения у маленьких детей с нарушениями фонологической обработки: групповые и индивидуальные реакции на инструкцию. J. Educ. Psychol. 91, 579–593. DOI: 10.1037 / 0022-0663.91.4.579

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Тоуз, Дж.Н., Хитч, Дж. Дж., И Хаттон, У. (1998). Переоценка объема рабочей памяти у детей. J. Mem. Lang. 39, 195–217. DOI: 10.1006 / jmla.1998.2574

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Вагнер, Р. К., Торгесен, Дж. К., Рашотт, К. А., Хехт, С. А., Баркер, Т. А., Берджесс, С. Р. и др. (1997). Изменение отношений между способностями фонологической обработки и чтением на уровне слов по мере того, как дети развиваются от начинающих до квалифицированных читателей: 5-летнее лонгитюдное исследование. Dev. Psychol. 33: 468. DOI: 10.1037 / 0012-1649.33.3.468

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уолли А.С. (1993). Роль развития словарного запаса в способности детей распознавать устные слова и сегментации. Dev. Ред. 13, 286–350. DOI: 10.1006 / drev.1993.1015

CrossRef Полный текст | Google Scholar

Уолли А.С. (2008). В Справочниках Блэквелла по лингвистике: Vol. Справочник по восприятию речи. Malden: Blackwell Publishing.

Google Scholar

Виллстедт-Свенссон, У., Лёфквист, А., Альмквист, Б., и Сален, Б. (2004). Является ли возраст на момент имплантации единственным важным фактором? Влияние рабочей памяти на лексико-грамматическое развитие детей с кохлеарными имплантатами. Внутр. J. Audiol. 43, 506–515. DOI: 10.1080 / 14992020400050065

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Ёсинага-Итано, К., Бака, Р. Л., и Седей, А. Л. (2010). Описание траектории развития речи при тяжелой и глубокой потере слуха: более пристальный взгляд на детей с кохлеарными имплантатами и слуховыми аппаратами. Отол. Neurotol. 31, 1268–1274. DOI: 10.1097 / MAO.0b013e3181f1ce07

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Циглер, Дж. К., и Госвами, У. (2005). Приобретение навыков чтения, дислексия развития и умелое чтение на разных языках: психолингвистическая теория размера зерна. Psychol. Бык. 131, 3–29. DOI: 10.1037 / 0033-2909.131.1.3

PubMed Аннотация | CrossRef Полный текст | Google Scholar

Слуховая дискриминация у детей

Слуховая дискриминация — это способность распознавать сходства и различия между звуками. В частности, слуховая дискриминация позволяет людям различать фонемы в словах. Фонемы — это наименьшие единицы звука в любом данном языке. Слуховая дискриминация позволяет человеку различать похожие слова и звуки, а также разные слова и звуки.

Что такое слуховая дискриминация?

Ребенок, у которого есть проблемы со слуховой дискриминацией, может с трудом отличить такие слова, как «сестра» и «сиделка» или «кошка» и «кроватка». В целом дети не могут различить небольшие различия в звучании слов.

Иногда из-за этой проблемы детям трудно понять, что говорят люди. Это вдвойне подходит для детей в шумной обстановке, как это часто бывает в классных комнатах или даже в доме ребенка, если они принадлежат большой семье, или если часто играет громкая музыка и телевизоры.

Слуховая дискриминация играет важную роль как в развитии языковых навыков, так и в развитии навыков чтения. Чтобы достичь грамотности, дети должны обладать фонематической осведомленностью, поэтому проблемы со слуховой дискриминацией могут создавать проблемы для юных читателей.

Если бы ребенок читал книгу о цветах, в которой, например, был раздел о пчелах, он должен был бы заметить, что слово «пчелы» состоит из трех звуков: «б», «ее» и «зз». »

Дети с проблемами слуховой дискриминации могут иметь проблемы с запоминанием последовательности слов, а также могут неправильно писать слова.Взаимодействие с другими людьми

Диагностика

У некоторых детей могут быть трудности со слуховой дискриминацией. Если это так, важно, чтобы ребенок был оценен. Оценка и осмотры врачей могут помочь определить, почему у ребенка проблемы в этой области, которая широко известна как расстройство обработки слуха (APD).

Большинству людей даже не нужно думать о различиях между звуками. Это то, что мозг делает автоматически. Но у людей с APD возникает своего рода неисправность, которая не позволяет им различать фонемы.Взаимодействие с другими людьми

Дети с этими расстройствами обычно не имеют нарушений слуха. Просто у них есть различия в обнаружении тонкостей в звучании слов.

Причины

APD — относительно редкое заболевание, диагностированное примерно у 5% американских детей школьного возраста (2,5 миллиона). Заболевание связывают с низкой массой тела при рождении, отравлением свинцом, продолжающимися ушными инфекциями и другими проблемами со здоровьем. Хотя некоторые исследования показывают, что это расстройство может быть больше у мальчиков, чем у девочек, окончательных доказательств этому нет.

Лечение

Проблема слуховой дискриминации может быть обнаружена, если у ребенка длительные проблемы с языком и чтением. Раннее вмешательство является ключом к возвращению этих детей в норму, поэтому не откладывайте лечение. Диагноз, поставленный ребенку еще маленьким, может предотвратить проблему слуховой дискриминации, которая может помешать успеху молодежи в школе и за ее пределами, учитывая, что слуховая дискриминация необходима для всех аспектов жизни.

Игра со звуками приводит к фонематическому восприятию

Пять игр «со звуком», которые помогают детям развить свое фонематическое восприятие.

По словам Терезы Байингтон, адъюнкт-профессора дошкольного образования Университета Невады, «Мы можем помочь нашим детям развить их фонематическую осведомленность, и лучший способ — играть с ними в игры как часть регулярного повседневного распорядка дня».

Эксперты по грамотности говорят нам, что навыки чтения и письма начинаются с языковых навыков говорения и аудирования. По мере того как дети развивают язык, их навыки совершенствуются. Итак, в первые годы жизни, даже при том, что они могут использовать слова, они не обязательно слышат отдельные звуки в словах — фонемы.

Мы можем помочь нашим детям развить их фонематическое восприятие, и лучший способ — играть с ними в игры как часть регулярного повседневного распорядка дня. Расширение Университета штата Мичиган собрало несколько игр, в которые можно легко играть, когда вы стоите в очереди в продуктовом магазине, едете в машине или просто слоняетесь поблизости. Развитие навыков в этих играх идет от самого простого к самому сложному. Не удивляйтесь, если ваш ребенок не сможет сразу добиться успеха во всех этих занятиях.Эксперты говорят нам, что фонематическое восприятие не может быть полностью развито до 5 и более лет.

Помните о способностях вашего ребенка к развитию. Не забудьте сделать это увлекательным и начать с простых ответов. По мере того, как ваш ребенок учится игре, он может предлагать вам задачи.

Пять игр «со звуком»
Смешивание или комбинирование звуков

Это то, что мы делаем, когда говорим слова. Мы берем отдельные звуки в слове и объединяем их, чтобы получилось узнаваемое слово.Чтобы показать этот процесс детям младшего возраста, вы можете сыграть с ребенком в игру, чтобы подчеркнуть звуки в словах. Используйте «медленную речь» — просто затягивайте звуки в словах, которые узнает большинство детей. Слово «улитка» будет сказано «ссссс-нннн-айаиай-ллл» (всего четыре звука). Затем вашему ребенку дается минута, чтобы угадать, как обычно звучит это слово.

Сегментирование или разделение звуков

Это то, что мы делаем, когда разделяем звуки в словах, чтобы выделить их. Мы можем использовать то же слово «улитка», только пусть ваш голос прерывается между звуками, например: sss (стоп) nnn (стоп) aiaiai (стоп) lll (стоп).Опять же, дайте ребенку минуту, чтобы он узнал слово. Чтобы научить ребенка, вы можете повторять звуки быстрее, чтобы они больше походили на слово, чем на набор звуков.

Удаление или удаление звуков

Это то, что мы делаем, когда начинаем слово, но произносим последний звук слова безмолвным, например «snai…». Это труднее для детей, поэтому нам, возможно, придется упростить процесс, используя слово в предложении, например: «Я заглянул под лист и обнаружил, что ползает маленькое животное — снай…».Конечно, вы также можете удалить начальный звук.

Замена звука другим звуком

Это игра, в которую дети иногда играют друг с другом, когда поют песню, например «Уиллоуби Валлаби Ву». Эта песня забавная, потому что в ней используются детские имена, но вы можете использовать и другие простые слова. Будет проще, если вы начнете с таких примеров, как «get» и «net», а затем спросите: «Какие еще звуки мы могли бы использовать, чтобы образовать подобное слово?»

Формирование или придумывание слов с одинаковыми или похожими звуками

Это еще более сложное занятие, и иногда легче использовать карточки с алфавитом для сопровождения разговора.Ваш ребенок выбирает букву алфавита, вы оба повторяете звук этой буквы, а затем спрашиваете: «Какие слова начинаются с этого звука?» Детям может потребоваться подсказка, например, предложение осмотреться в поисках предметов, которые начинаются с этого звука. Вы также можете включить игру «Я шпионю», чтобы дать подсказку к слову по первоначальному звуку, который это слово издает.

Все дело в том, чтобы превратить взаимодействие в увлекательный процесс, а не в «задание», где вы ожидаете, что ваш ребенок даст «представление». Лаура Бонджорно, директор выпускной программы для детей младшего возраста в Champlain College, говорит нам, что « игры — это среда обучения ребенка», и, как все мы знаем, грамотность начинается дома.

Вы нашли эту статью полезной?